Рин Дилин – История Древнего бога 2 (страница 11)
– С чего ты взяла, что гребень похитили именно люди? Может это кто-то другой постарался? – засомневался Акира.
– Когда один из русалочьих гребней попадает в человеческие руки, на гребнях других русалок капли Чистой Воды окрашиваются в красный цвет, – она кивнула навке, и та показала гребень: камни на нём сверкали пламенным цветом. – Русалка, что похитила ребёнка, обокрала воров, утащивших её гребень. Ищите его в том дворе. Вернёте украденное, и в ту же минуту русалки положат ребёнка обратно.
– Это хорошо, что у твоего народа есть закон, – процедил Ратмир. – Но законы имеются и у нас. И один из них гласит: если нечисть причинила вред человеку, значит, нечисть должна умереть. Понимаешь, к чему это я? Если ребёнка не вернут матери, между лютичами и русалками быть войне.
И прежде чем хозяйка реки успела что-то ответить, горцы обернулись волками и скрылись в зарослях, решив доложить о происшествии вожаку.
Настя удивлённо захлопала глазами им вслед:
«Оборотни! А такие милые с виду ребята…»
– Я больше невольница, чем царица… – горестно вздохнула хозяйка реки и посмотрела на Настю. – Найдите гребень и чем скорее, тем лучше!
Она повернулась и медленно стала погружаться в реку.
«Как же, наверное, это ужасно — пожертвовать собой ради других и жить, не имея возможности видеть солнца, не слышать пения птиц, и общаться только с мёртвыми утопленницами…»
– Постойте! – крикнула ей девушка. – Скажите, это, наверное, очень ужасно… жить так? Вы сильно страдаете там, под водой?.. – и тут же осеклась, поняв бестактность неуместного любопытства.
– Страдаю? Эм… нет, скорее, не особо, – задумалась Серафима. – Раньше, конечно, тягостно было коротать годы под водой среди рыб, жаб и русалок, не видя света белого, без возможности поговорить хоть с какой-нибудь живой душой. Но теперь всё по-другому. Мой супруг исхитрился достать мне компьютер и даже умудрился провести этот… как его… а! Вай–фай! Он с летним лагерем договорился: они безгранично предоставляют доступ к интернету, а он, значит, летом отдыхающих у них детишек не топит. Ещё в день Нептуна играет роль этого самого заморского божества. Дети конкурсы проводят, развлекают его всячески. Скажу по секрету, ему так нравится, что он этого дня целый год с нетерпением ждёт, – у Насти от удивления глаза полезли на лоб. – Знамо дело, у нечисти срок жизни долог, а с развлечениями не густо. Так что теперь я коротаю дни в интернете, общаюсь с людьми в сетях и смотрю видеоролики о путешествиях.
Заметив удивление девушки, она улыбнулась:
– Да, прогресс не стоит на месте, и нужно шагать в ногу. Если хочешь, подписывайся на меня в социальных сетях. Фима Сладкая Рыбка – это я. Ну всё, мне пора, а то светать начинает, – махнув на прощание, добавила: – Ещё раз спасибо за цветы! – и скрылась под водой.
Навки последовали за своей госпожой.
– Фима Сладкая Рыбка… – ошарашенно повторила Настя, глядя на спокойную гладь реки.
Из деревни донеслись крики первых петухов.
– Ты знал, что лютичи оборотни? – спросила девушка и посмотрела на Акиру.
Отпираться было бессмысленно.
– Недавно узнал, – сказал он, застёгивая ремень на поясе.
– И Гай тоже? – не унималась Настя.
– Да, и Гай тоже. Думаю, что и Сычиха с его невестой Любавой такие же.
– У него есть невеста?! – воскликнула девушка, лихорадочно соображая, как об этом сказать Алёне, чтобы не затронуть аспект магической стороны её ухажёра.
– Ты что, хочешь рассказать об этом подруге? – словно прочёл её мысли Акира, и Настя кивнула в ответ. – Не нужно лезть в их отношения, если таковые имеются, пусть разбираются сами. По крайней мере, о том, что он оборотень, ей знать точно не стоит. Тем более что человечиной лютичи не питаются.
– А про невесту? Какая же из меня подруга, если я не скажу ей об этом… – запротестовала Настя, но это прозвучало как-то неуверенно.
– У Алёны с Гаем какие-то отношения?
– Нет, наверное… я не знаю… Просто он ей вроде бы как нравится… – растерянно пролепетала Настя.
– Вот видишь, ты не знаешь. Поэтому не нужно бежать и кого-то спасать. Сегодня нравится он, завтра другой. К тому же лютичи здесь не навсегда. Рано или поздно они вернутся в Вару. Поэтому Алёне лучше сразу выкинуть Гая из головы.
– Я боюсь за неё… Вдруг он навредит ей? Выйдет из себя и…
– Убьёт её? Разорвёт на части? – Акира усмехнулся. – Тебе следует поменьше верить ужастикам. У лютичей всё не так устроено, как в фильмах показывают. Алёна в безопасности, успокойся.
Настя поёжилась от утренней прохлады и неприятных мыслей, но вслух пробормотала:
– Может быть, ты и прав…
– Замёрзла? Пойдём домой, – Акира обнял девушку за плечи, – тебе нужно ещё хоть немного поспать.
Глава 8
Василиса и Аой сидели на узком мосту и, свесив ноги, рыбачили самодельными удочками. Девочки грызли семечки и наблюдали за покачивающимися на воде камышовыми поплавками.
– Значит, не помогла хозяйка реки… – задумчиво вымолвила Василиса. – Нужно теперь ещё какой-то гребень найти…
– Но Мишка сказал, что не брал ничего такого. Только книгу у «студента». Да и у мамы его короткая стрижка, волосы коротковаты, чтобы их можно было гребнем закалывать.
– Это всё так ужасно, ребёночка, похоже, совсем нет шансов вернуть… – расстроилась Василиса.
Сквозь плеск воды Аой различила под мостом тихие всхлипы. Держась за перила, она свесилась и заглянула под него.
– Что такое? – не терпелось узнать Василисе.
– Мне кажется, что там кто-то плачет.
Девочка прислушалась и засомневалась:
– Я ничего не слышу. Наверное, тебе показалось.
Чуткие лисьи ушки «маленькой» Аой снова различили горестные звуки.
– Вот опять! Там точно кто-то плачет! – она свесилась и крикнула: – Эй! Кто там?
Ей никто не ответил, но всхлипы прекратились.
– Может, и правда показалось… – стоило озадаченно пробормотать Аой, как всхлипы повторились.
– Теперь и я их слышу, – Василиса смотала удочки. – Чего гадать? Пойдём и посмотрим, кто там такой. Всё равно рыбалка сегодня никакая.
Осторожно пробираясь сквозь заросли, девочки спустились под мост. Здесь было сумрачно, сыро и прохладно. Вода плескалась, билась об опоры моста, и эхо гулкими звуками вторило ей. На тонкой полоске берега под мостом никого не оказалось. Девочки замерли и прислушались. Отблески от воды сияющими узорами скользили по столбам, своду моста и их лицам.
Переглянувшись, они пожали плечами: никого. Внезапно опять раздался тихий всхлип, и эхо подхватило его, гулко вторя с разных сторон, словно дразнясь, так что понять, откуда он прозвучал, было невозможно.
– Кто здесь? – спросила Василиса, и в ответ ей раздался горестный вздох, несущийся с разных сторон.
Аой сердито дёрнула хвостиком и сняла со своего «звериного» глаза зеркальный щит, скрывающий от простых смертных его необычный вид. Он хорошо различал магическую и живую ауру, но прикрытый щитом, лишался такой возможности. Прищурившись, лиса внимательно осмотрела пространство под узким мостом, медленно, словно сканируя глазом с узким зрачком.
Внезапно в воде за одним из ближайших столбов полыхнуло зеленоватым свечением и пропало. Кицунэ брезгливо поморщилась: аура водяной нежити! Под мостом, повторённый эхом, снова заметался чей-то всхлип. Аой зажгла в ладони лисий огонь и грозно произнесла:
– Выходи! Хватит прятаться! Не то я сейчас так «бахну», мама родная не узнает!
– Не надо! – захныкал звонкий голосок, и из воды показалась бледная девушка в белом одеянии.
Её мокрые волосы мерно шевелились вокруг головы.
– Русалка, – презрительно отозвалась Аой и погасила лисье пламя. – Шпионишь?
Девушка подплыла к берегу и села на небольшой камень, выступающий над поверхностью воды.
– Больно мне нужно за вами шпионить! – всё ещё всхлипывая, огрызнулась она.– Много чести!
– Почему ты плачешь? – спросила Василиса и хотела подойти к русалке ближе, но кицунэ удержала её за рукав и предупредительно покачала головой: русалки лживая и злобная нечисть, могут внезапно атаковать без всякой видимой причины.
– Мою сестру хозяйка реки приказала взять под стражу, пока земное божество и смертная не найдут её гребень. Если он не найдётся, то сестру превратят в тину! – русалка занюнила с новой силой. — Но если гребень не найдут, она и так осенью станет тиной речно-о-ой!
– Так это твоя сестра подменила ребёнка?
Русалка кивнула:
– Но перед тем, как сделать это, сестра весь дом обыскала, пытаясь найти гребень. Даже мешок с солью голыми руками просеяла, представляете? А для нас же это смерти подобно! Нет его нигде.
– Так, может, гребня там и правда нет? – Василиса осторожно подошла ближе. – Может быть, это даже не эти люди его взяли?
Русалка печально покачала головой: