Рин Дилин – Главная Злодейка (страница 7)
Ладно, вру, пришлось помочь. Придушила её немного.
А что ещё оставалось делать?!
Стоило мне сделать попытку высунуться наружу, она вцепилась в мою юбку, бульдозером не оттащишь.
Гугла под рукой нет, искать на её шее сонную артерию и точку, нажатием на которую герои так лихо отправляют злодеев в объятья Морфею, не с руки: она ещё брыкаться и лягаться вздумала, когда я пыталась эту самую точку найти экспериментальным путём.
Так что да, придушила. Чуть-чуть. Монашка осталась жива. И то, потому что она мне ещё была нужна.
Родовой императорский перстень с моей руки успешно перекочевал на её палец, подстроился под размер и сверкнул камнем, показывая, что теперь монахиня его самостоятельно снять не сможет. Только если руку отрубят. В карман её платья отлично влезли документы на Тильду и ополовиненный кошель с золотом.
– Запрещаю тебе называть своё имя! – отдала приказ, подкрепив его магией. – Для всех ты королева Силиция, сменившая имя на Тильду!
Императорское кольцо опять сверкнуло, означая, что моё распоряжение принято. Теперь, пока перстень на руке монашки, при просьбе назвать имя она всем будет говорить, что она это я. Злиться, орать, но её рот сам будет выдавать имя Силиции вместо собственного, хе-хе.
Перстень Силиции – удобная вещица, ничего не скажешь. Заставляет жертв делать и говорить то, что надо королеве. Например, можно было тайком надеть его на Джонатана и приказать ему убить Виллу. И он убил бы, эта девица не зря боялась. Однако после снятия кольца король снёс бы голову самой Силиции, и она это понимала.
Жаль с артефактом расставаться, но ладно. Пусть теперь монашка доказывает, что она не Свин и даже близко не Силиция. Вообще эту козу-грубиянку не жалко.
Вторую половину кошеля я взяла себе: неизвестно, сколько мне ещё по этому миру мыкаться, а пуговицы-брошки как-то подозрительно низко оценивают. Лучше обменять их где-нибудь на чеканную монету и расплачиваться привычным способом.
Документы на землю тоже оставила себе: хочу посмотреть потом, что там за хоромы такие Силиции благоверный с щедрого плеча отвалил.
Забрав у монахини накидку, обшарила карету и рундуки. Но, кроме скромной котомки с несколькими яблоками и чёрствой краюхой хлеба, ничего не нашла. Похоже, в этой суме питание для меня на пять дней. А монахиня и стражники имели провизию в другом месте.
Вот такое несправедливое раздельное питание.
Ай-яй-яй! Как не стыдно, как не стыдно…
Нет бы жертвоприношение своему боженьке сделать, чтобы он, то есть я, хоть немного подобрел... Шашлычка ему сварганить… Только не из грешника! Жареная курочка вполне сгодилась бы… Но нет! Морят голодом, а потом ещё недоумевают: помогите-спасите, за что, господи?!
Да за то, за всё хорошее…
Бестолочи.
Бормоча себе под нос, я осторожно выглянула. Разбойников, и правда, было по два-три на одного стражника, и все они так славно сражались, что стыдно было отвлекать. Поэтому я тихонько выбралась наружу и стрелой бросилась в ближайшие кусты.
Моей пропажи никто благополучно не заметил.
Ох, уж эти мальчишки! Им только дай в кого-нибудь чем-нибудь потыкать…
Через минуты три после бега по лесу я перешла на шаг и, убедившись, что сзади нет погони, достала из котомки яблоко, обтёрла его и смачно им захрустела.
А всё-таки я молодец, что создала в этом мире такую дремучую, но весьма живописную местность! Если уж лес, то с деревьями в пять обхватов, если уж кусты, то непроглядные и непролазные. Если уж горы, то высокие и с белыми шапками на вершинах даже летом…
Нет, хорошо получилось, красиво!
Глава 5
– Чего тебе, девка? – грозно рявкнул на меня хозяин постоялого двора. – К гостям не пущу, ещё заразу им какую принесёшь! Пш-шла вон отсюдова!
На подобное отношение я нисколько не обиделась, было из-за чего: я едва держалась на ногах от усталости и была грязная, как кутёнок, извозившийся в луже. А всё потому, что пару раз за этот день меня в дороге настигал ливень, почву расквасило, и я, неудачно оступившись в своих очень уж королевских, но никчёмных туфельках, пропахала землю носом.
– Номер, горячую ванну, сменную одежду, ужин, очень горячую ванну, чистую постель, завтрак, резвую лошадь и провизию в дорогу, – хрипло перечислила я и выложила на столешницу перед ним три золотых. – Ах да, ещё настойку от головной боли и ботинки.
При виде монет глаза мужчины алчно блеснули. Молниеносным движением он сгрёб их и рассыпался передо мной бисером, заюлив и разве что хвостом не виляя и не повизгивая от радости:
– Простите, госпожа! Зрение подводит, совсем старый стал… Прошу, следуйте за мной, сейчас всё будет… – запнулся и с вопрошанием оглянулся на меня: – Вы дважды назвали ванну?..
– Всё верно, вы не ослышались, – откликнулась я. – Одну сейчас, а вторую перед сном. И «постельную грелку» на ночь ко мне можно не присылать. Если только это не орк, конечно. Орка, так и быть, приводите…
Хозяин на это расхохотался, будто я выдала дельную шутку, хотя я была вполне серьёзна. Это драконы и оборотни мне уже поперёк горла стояли, а клыкастые и ушастые ещё нет. Риан ускакал в Гиблые земли, его совратить мне уже не судьба, так, может быть, хотя бы с орком повезёт?..
Но, судя по реакции, тоже облом.
А жаль…
Мы поднялись на второй этаж, мужчина распахнул передо мной дверь номера и посторонился, пропуская меня внутрь:
– Располагайтесь, госпожа! Сейчас я пришлю свою дочь, она будет вам прислуживать. Если хотите, можете оттаскать её за волосы…
– Зачем? – устало поинтересовалась я.
На что он только развёл руками: мол, мало ли… вдруг госпожа и такой релакс предпочитает?..
Госпожа не предпочитала. Особенно чего-то там с девушкой. Вот был бы эльф тут, а так… И то за волосы я его точно не тягала бы.
Однако помощь мне всё же требовалась: Силиции с самого рождения не стригли волосы и выросли они не хуже, чем у Рапунцель. Самостоятельно с такой гривой в дороге тяжело справиться. А подхватить на плохо промытую голову вшей на постоялом дворе – раз плюнуть. Под корешок потом придётся стричься. Лучше уж укоротить сейчас.
Поняв, что его кровиночку никто тиранить не собирается, хозяин выдохнул с облегчением, расслабился, и я окончательно стала для него самой дорогой и желанной гостьей.
Мина, дочка хозяина, оказалась весьма весёлой и словоохотливой девушкой. Румяная, голубоглазая, с золотисто-пшеничными волосами, она была похожа на солнышко. Видимо, отец её хорошо проинструктировал, потому что девушка появилась сразу с подносом еды, который сунула мне, предварительно усадив в кресло.
Ну, вот же, вот! Могут, когда хотят!
Пока я накинулась на еду, Мина с ловкостью дирижёра руководила мужчинами, установившими в номере ванну и наполняющими её горячей водой.
– Поосторожнее с едой, госпожа, – бросила мне через плечо. – Вы можете переесть, и вам станет плохо во время купания.
Я ответила ей кошачьим урчанием, мол, поняла. Но остановиться было невозможно! Нереально вкусно! Мясо, тушёное с овощами, такое мягкое и сочное… Свежие лепёшки, только что из печи: хрустящая корочка, нежная мякоть… Достаточно остывшие, чтобы их можно было есть, но ещё вполне тёплые, чтобы сливочное масло слегка таяло и впитывалось…
М-м, блаженство!
Может быть, ну его, мой техногенный мир? Останусь здесь… Возведу культ имени себя… Мину сделаю своей верховной жрицей: девчонка явно знает, как ублажить вредное божество…
Ладно, шучу, конечно. Чего я тут забыла? У меня дома интернет, книжки, любимый компьютер… Я интернет уже упоминала, нет?.. Вот, ещё и он. Всяко интереснее, чем здесь. Даже несмотря на все удобства, которые я, по сибаритству своему, в этом мире создала…
Мина помогла мне помыться и тщательно прополоскать волосы. Дико возмущалась, узнав, что я хочу их обрезать. После недолгих препираний, которые доставили мне истинное удовольствие, мы сошлись на длине, доходящей до талии. Вода после моего купания осталась такой, словно в ванной поросёнка намывали, а не девушку.
Облачив меня в некое местное подобие гостиничного халата, девушка уложила меня в постель, увидев, что меня разморило.
– Это из-за того, что вы под дождь попали. Так ведь и заболеть недолго! – ворчала при этом.
Я проспала всего пару часов, как проснулась от вновь засосавшего чувства под ложечкой. М-да… Кажется, мой желудок особо не верил в чудо спасения и желал наесться загодя. Мина тихой мышкой сидела на стульчике возле камина и читала какую-то книгу.
Вскочила, когда я поднялась, и пояснила на моё удивление:
– Отец велел прислуживать вам, пока вы у нас гостите. Быть постоянно рядом на случай, если вам что-то понадобится…
Я понимающе кивнула, батя у неё молодец, убивал двух зайцев сразу: и девчонка на ночь к делу пристроена, когда номера забиты наёмниками и прочими подозрительными личностями, и «добрая госпожа» за хороший сервис может добавить что-нибудь сверху.
О том, что именно сейчас мне было нужно, громко заявил живот. Мина радостно подскочила, отложив чтение, и унеслась за ужином для меня: приличной женщине без мужского сопровождения
* * *
Девушке я позволила остаться с собой, Мина меня развлекала щебетанием, пока я разглядывала документы на землю, дарованные мне Джонатаном, и мучительно вспоминала, где они находятся. Уж попросила у Мины бумагу и карандаш, рисовала карту королевства с горами и трактами, а всё никак.