Рин Чупеко – Кузнец душ (страница 23)
Халад как раз работал над одним из своих творений, когда мы влетели в комнату. Он вздрогнул, но ловко поймал изящный стеклянный кулон прежде, чем тот упал.
– В следующий раз, леди Тия, пожалуйста, стучись, – сурово произнес он. – В этом новом сердце заключено очень редкое воспоминание. Не каждый день встретишь столетнего…
– Халад, принц Канс болен, – выдохнула я. – Говорят, у него сонная болезнь!
Глаза Халада округлились, на лице вдруг отразилась боль.
– Канс болен?
– Уже два дня! Его сердце стало серым прямо у меня на глазах! Разве не таков симптом той самой сонной болезни, которую изучает старый кузнец?
Парень вспыхнул.
– Но это невозможно! Учитель был уверен, что в Одалии подобных случаев не будет.
– А на деле болезнь ведет себя по-другому, – возразил Фокс.
Халад порылся в стопке книг, сваленной в углу комнаты, и вернулся с несколькими рукописями.
– Учитель провел тщательное расследование, – объяснял он, разворачивая пергамент. – На сегодняшний день известно о четырех случаях. Барон Сиран из Истеры, двадцати трех лет. Однажды он лег спать, а наутро не проснулся. – Халад взял следующий свиток. – Эрл из Мансера, Архен-Кошо, тридцати восьми лет. Во время охоты на кабана он внезапно свалился с лошади. Вот еще: принцесса из Дома Вейсюй, Даанорис, шестнадцати лет. Она упала без сознания в самый разгар бала.
Халад быстро развернул последний пергамент.
– Маркиз из Тхана, одного из небольших городов-государств Ядоши. Ему было шестьдесят семь лет, при этом он отличался хорошим здоровьем. Он уснул во время того, как произносил речь. Никто из них так и не проснулся, а их сердца стали мутно-серыми.
– Все разного возраста, благородных кровей. Физически здоровы, – проговорила я, изучая отчеты. – Но между ними нет ничего общего.
– Их объединяет одно, – мрачно произнес Халад. – По словам учителя, они все – потомки Пяти Великих Героев.
– Так это… – Я открыла было рот, но, вспомнив, тут же захлопнула.
– Митра Защитник, – начал загибать пальцы Фокс. – Аши Стремительная. Анахита Могущественная. Рашну Справедливый. И Сраоша Покорный. Но почему Кузнец душ так в этом уверен?
– Потому что он видит их происхождение в сердцах. – Халад коснулся своего кулона. – Как и я. Сделать это непросто, но возможно. Учитель долгое время подозревал, что кто-то охотится за их потомками, только не знал почему. Лишь одного наследника Великих Героев – Анахиты Могущественной – болезнь не затронула. – Халад вздохнул. – Однако мой отец, король Телемайн, не считается ее прямым потомком. Как Ванор или Ланс, герцог из Хольсрата.
– В отличие от принца Канса! – вспомнила я. – И тебя!
Халад моргнул.
– Учитель не просто так когда-то исследовал сердца Ванора и Телемайна. Они…
– Иного происхождения, – вмешался Фокс. – Помнишь, как Тия случайно воскресила короля Рэндралла? Тот утверждал, что наследник престола не его сын, а командующего одалийской армии. Род Ванора и Телемайна исходит не от него, однако твоя мать – наследница Анахиты.
– Я даже не подумал о маминой родословной, – смущенно пробормотал Халад. – Но ведь такой факт не укрылся бы от внимания учителя.
– А он мог ничего не сказать, чтобы не волновать тебя? – спросила я.
– Возможно. Раньше он всегда скрывал свои заключения, пока я не стал его донимать. – Халад вскочил на ноги и начал запихивать в большой мешок бумаги и свои инструменты. – Но я должен сам удостовериться. Мне нужно взглянуть на сердце брата!
– Ты можешь вылечить его?
Халад безнадежно помотал головой.
– Учитель рассказывал о том, что как-то пытался это сделать, но в подробности не вдавался.
– Ты знаешь, где он сейчас?
– Он уехал в Даанорис посмотреть на спящую принцессу. Ее смерть показалась ему самой подозрительной из всех.
– Почему?
– Даанорийцы не носят стеклянных сердец. Они всегда с недоверием относились к магии, хотя их нынешний император поддерживает аш и долгие годы влюблен в Инессу. Чтобы даанориец заболел так же, как и все остальные, для него пришлось бы нарисовать руну Сердца.
– Тогда давайте пока вернемся в замок ради безопасности Халада, – решил Фокс.
– Меня?
– Стоит ли напоминать вашей светлости, – тихо произнес Фокс, сделав ударение на последнем слове, – что пусть официально вы и отреклись от королевского права наследования, но все равно остаетесь братом Канса, а значит, можете его себе вернуть. Если с принцем что-то случится, я сомневаюсь, что ваш отец позволит вам и дальше быть учеником Кузнеца душ.
Меня поразило то, что весь тронный зал оказался заполнен солдатами, когда мы вошли. Словно нас встречала вся одалийская армия.
– Тия! – раздался голос Калена. Его удерживали несколько солдат. – Уходи отсюда!
Я отступила назад, но путь мне преградили мечи. Двое шагнувших вперед мужчин опустили руки мне на плечи, два других схватили за запястья.
– Что происходит? – недоумевал Фокс. – Альби? Парвиз? Почему вы так поступаете? – Я ощутила его гнев, почувствовала сзади, как он сопротивляется. Его взгляд метнулся к командиру. – Генерал Лоуд?
Мужчина только покачал головой. В его кулоне отразилось все нежелание и непримиримость. Хорошие солдаты подчиняются приказам.
В этот миг вперед вышел герцог из Хольсрата. Он улыбался, а его сердце зловеще сверкало ярко-красным.
– Нас, кажется, не представили друг другу, леди Тия. – Он поклонился мне. – Король Телемайн предпочел оставаться возле своего сына. Меня же, пока Канс выздоравливает, он назначил ответственным во дворце.
– Я вам не верю! – Было немыслимо представить, чтобы король добровольно передал правление королевством своему брату, которого заточил в темницу как заговорщика. – Я требую видеть его!
– Вы не в том положении, чтобы что-то требовать, миледи. Телемайн сделал заявление перед лицом всех солдат. Даже Кален может подтвердить. Верно, Кален?
Молодой человек стиснул зубы.
– Иди к черту.
Герцог внимательно посмотрел на сына, а после как бы между делом ударил его.
Я дернулась вперед, глаза заволокла раскаленная добела ярость. Фокс рванулся за мной. Но нас оттащили назад, послышался лязг мечей, и в горло мне уперся кончик лезвия.
– Кален, ты можешь меня ненавидеть, – холодно произнес герцог, – но я по-прежнему твой отец. И не позволю такого неуважения к себе.
Я пошевелила пальцами, уже наполовину начертив руну Принуждения.
– Леди Тия, вы действительно пойдете на это? – Ровный тон его голоса вызывал у меня такое же отвращение, как и прилипшая к коже грязь. – Вы подчините всех этих солдат, друзей вашего брата? Заставите против их воли совершить предательство – преступление, наказуемое смертью? Как же мало вы цените жизнь, миледи. Сразу видно, что вы все время имеете дело со смертью.
Дрожа от злости, я неохотно выпустила руну.
– Тия Пехлеви, именем короля вы арестованы за покушение на жизнь его высочества, принца Канса. Фокс Пехлеви, именем короля вы арестованы за причастность к тому же преступлению.
– Ты с ума сошел? – закричал Кален. – Они ничего не сделали!
Герцог поднял руку, и я увидела болтающийся между его пальцами кулон, который подарила принцу Кансу.
– В этой безделушке без труда можно скрыть злое заклинание. Есть несколько свидетелей того, что моему племяннику стало плохо вскоре после того, как он принял от вас подарок. Леди Тия, вы останетесь под стражей до суда. Но не волнуйтесь. Я не настолько жесток, чтобы держать вас в подземелье. Вашей тюрьмой станет охраняемая комната в самой отдаленной части дворца. Вооруженные стражники и Искатели смерти не допустят дальнейших посягательств.
– А что касается ученика Кузнеца душ. – Герцог обернулся к побледневшему Халаду. – Несмотря на то, что против бывшего принца не выдвинуто никаких обвинений, он все равно будет задержан для допроса на неопределенный срок. Твой предыдущий статус не освобождает тебя, Халад. Ты практикуешь использование Темных наук, а потому будешь подвергнут тщательной проверке. Станешь помогать нам в расследовании, тебе же будет лучше. То, что ты мой племянник, тебя не спасет – точно так же я бы поступил и со своим сыном.
Я снова начертила за спиной руну Принуждения, но теперь направила ее на разум герцога из Хольсрата. Однако натолкнулась на прочную, словно сталь, стену сопротивления.
Герцог рассмеялся. Его стеклянное сердце сверкнуло, и я заметила приколотую к рубашке булавку, которая вспыхивала золотом в ответ на мои усилия пробиться.
– Хорошая попытка, леди Тия. Но я пришел не безоружным. Наверное, еще стоит упомянуть, что леди Микаэла также обвиняется и задержана.
Я снова рванулась вперед, невзирая на приставленный к горлу меч. Руки сжались в кулаки, готовые сделать то, на что неспособна магия. Но меня опять вернули на место.
– Не волнуйтесь, она отдыхает, учитывая сложившиеся обстоятельства. Впрочем, ее удобство будет зависеть от ваших действий. Если вы действительно окажетесь невиновны, как утверждаете, то вас отпустят сразу, как только это будет установлено. И наоборот, если вы признаете свою вину, мы сможем избежать некоторых… неприятных процедур, применяемых при допросе. Что скажете, миледи?
– Я ничего не сделала принцу Кансу, – огрызнулась я.