Рим Уэйт – Тепло пустынных гор (страница 6)

Я кивнула ему в ответ, кинув взгляд в зеркало заднего вида.

– Я? Отсю-ю-юда? Ах, нет, я здесь работаю только. Я из Пакистана, но живу здесь уже пять лет! – с довольной натянутой улыбкой отвечал он на ломаном английском.

– Здесь очень красиво, – старалась я поддерживать я беседу.

– Да, красиво… очинь. Очинь красиво, мисс! И глаза у вас очинь красивые, мисс! Как луна! – жестикулировал он.

Я ничего не ответила ему. Комплимент показался мне неуместным, а влажный взгляд водителя напрягал меня, и внутренне я уже молилась, чтобы он как можно быстрее довёз меня до моего нового дома.

– Приехали, мисс! – объявил он, и я быстро вылезла из машины.

Сунув ему чаевые в руку, я быстрым шагом вместе с чемоданом поспешила к подъезду.

Оказавшись в квартире, я окинула её взглядом. Это были по моим меркам довольно просторные двухкомнатные апартаменты с небольшой кухней-гостиной. Диван, телевизор, полный комплект на кухне вместе с маленьким круглым столом и двумя стульями, средних размеров ванная комната, но чистая и современная, что было важно. Двуспальная широкая кровать в спальне с уже застеленным постельным бельём и шкаф для вещей. В квартире было всё готово для проживания, и я с облегчением вздохнула, ведь в один чемодан не уместились бы ни сковородки, ни постельное бельё, ни тем более подушки с одеялами.

Немного расположившись, я прилегла на кровать, чтобы протестировать матрас. Закрыв глаза на мгновение, я открыла их уже утром, проснувшись от ярких солнечных лучей, которые светили мне прямо в глаза. Словно высокоградусные лазерные лучи они выжигали глаза так сильно, отчего я вскочила на ноги и суматошно оглядела комнату. Вещи были разбросаны, чемодан открыт нараспашку, а я всё в той же одежде, в которой приехала накануне. А ещё в комнате стояла самая настоящая жара. Нет, духота – вот наиболее точное определение. Найдя в спальне пульт управления, я с нетерпением включила кондиционер и уже спустя несколько минут наслаждалась прохладой. Я знала, что в Джаннате жарко, но ещё никогда прежде мне не приходилось просыпаться с утра от подобного зноя, да и тем более бежать включать кондиционер, чтобы не расплавиться. В Дублине, как и в Корке, жара – гость редкий.

Глава 4

Та ночь выдалась не такой спокойной, как все остальные за последние несколько лет. Какая-то непонятная тревога охватывала меня, и я время от времени просыпалась посреди ночи, ощущая капли пота на теле.

Не обнаружив ничего подозрительного в комнате, что вызывало бы беспокойство или хотя бы паранойю, я ложилась обратно в кровать, чтобы продолжить просмотр снов. Давно забытые кошмары вновь появились в моей жизни. Я уже и забыла, какого это, но в ту ночь будто бы начался отсчёт нового витка, хотя первый я упорно пыталась лечить у психотерапевта ещё в школе. Не желая об этом думать, я отгоняла от себя болезненные мысли. В то же время я не могла вспомнить, что именно мне снилось, отчего тревога только усиливалась.

В тот день я купила недостающие в спальню шторы в местном молле8. И это оказалось не так просто, как я себе представляла.

Открыв карту города, я обнаружила, что метро находится в пяти минутах ходьбы от моего дома. Изначально мне показалось отличной идеей немного прогуляться по району, чтобы получше изучить место, где мне теперь предстояло жить. Уверенной походкой я вышла из подъезда и по иронии судьбы направилась в противоположную от станции метро сторону, и буквально за несколько минут вспотела настолько сильно, что даже успела пожалеть о своей беспечности – я действительно недооценила местный климат.

Если поначалу я удивлялась, почему никто не гуляет по таким красивым и ухоженным тротуарам, то уже спустя те же пять минут нахождения на улице, которая скорее напоминала раскалённую сковородку, получила исчерпывающий ответ. Люди из проезжающих мимо машин сигналили мне, а те, кто не сигналил, делал удивлённый вид. Таким образом, я поняла, что летом там было, куда более безболезненно засунуть голову в микроволновку, чем пройтись по улице днём.

Солнце было настолько ярким, что я едва могла рассмотреть экран телефона. Бело-жёлтая дымка застилала небесно-голубое небо – так выглядел в бывшей арабской пустыне зной.

В тот день вместе со шторами я приобрела ещё и солнечные ожоги на плечах, груди и на лице, которые обнаружила в ванной вечером.

На следующее утро я столкнулась с муками выбора перед раскрытым с вещами шкафом, и вспомнила, что накануне забыла подготовить одежду для первого рабочего дня. Солнце настолько сильно ужалило меня, и я намазалась толстым слоем прозрачного геля с алоэ, лежа под кондиционером в надежде, что это как-то поможет охладить ожоги.

С утра полоски под глазами уже не были такими ярко-красными как в первый день, и это слегка успокаивало меня, но лишь отчасти. Я даже пыталась убедить себя, что бронзовый оттенок кожи мне к лицу и всё в этом роде, но вот незадача: это был не загар, а самый настоящий ожог. Банально обгорев, я пыталась хоть как-то себя успокоить. Что, например, зелёные глаза кажутся ещё более выразительными и яркими на фоне сгоревшего носа и наполовину белого лба. Или эта белая хлопковая рубашка с длинным рукавом эффектно смотрится на фоне красного треугольника на декольте.

Смирившись с неизбежным, а именно с тем, что в таком виде мне предстояло провести свой первый рабочий день, я натянула на себя светло-розовые джинсы, а затем добавила побольше светлого тонального крема на лицо. И, конечно, я что есть мочи, ругала себя за столь безрассудный шаг: выйти на улицу в Джаннате днём под палящим солнцем.

Стоя на пороге здания, и, переминаясь с ноги на ногу, будто бы неуверенная в себе школьница, я заприметила вывеску над входом с крупными золотыми буквами «Аль Газаль Инк». Сделав шаг вперёд, меня неожиданно обдало сильным потоком воздуха, вихрем, пронёсшимся из ниоткуда. Даунтаун фактически находился посреди бывшей пустыни, и до моря расстояние составляло порядка несколько километров. Вокруг стояли только высотные здания по пятьдесят и выше этажей. Наверное, поэтому, там был частый сквозняк, ведь пустыня противилась человеческому прогрессу. Природа хотела взять своё, и тогда на асфальте можно было заметить редкие песчинки песка, которые надувало прямиком из пустыни.

Обернувшись и никого не заметив за собой, я вошла в двери высотки, где мне предстояло работать ближайшие месяцы. На первом этаже располагался просторное лобби с ресепшен9 в строгих серо-белых офисных тонах и светло-серыми диванами рядом с панорамными окнами. Белый мрамор с чёрными вкраплениями словно разломы на полу смотрелся дорого и стильно. Золотые детали на вывеске, столешнице на стойке ресепшен, ручках и остальной фурнитуре выбивались из строгого стерильного дизайна помещения. За небольшими кофейными столиками из чёрного дерева и креслами в тон диванов сидели немногочисленные посетители, обсуждавшие какие-то рабочие моменты.

Я не сразу поняла, как пройти к лифту, но оказалось, что мне нужен был пропуск, чтобы я смогла добраться до нужного мне этажа, где и располагался мой офис.

– Пожалуйста, угощайтесь! – предложил мне менеджер за стойкой, указав на корзину с глянцево блестящими яблоками.

– Ах, спасибо! – улыбнулась я и сложила одно себе в сумку.

Пока работники за стойкой любезно и с такой же улыбкой – подчёркнуто вежливой были заняты бюрократическими моментами, связанными с тем, чтобы я смогла беспрепятственно попасть в офис – я принялась разглядывать портреты, висевшие на стене.

На первом месте или, если так принято начинать отсчёт слева, находилось фото главы государства – правящего короля. Пожилой мужчина с густой, но не очень длинной чёрной бородой смотрел сверху вниз, как бы подчёркивая силу своей власти.

На втором был мужчина, пронзительно смотревший прямо в камеру. Острые скулы, большой орлиный нос, лёгкий прищур, осунувшиеся щёки и морщины на смуглой коже. Казалось, ему точно было больше шестидесяти, но по виду он был на немного моложе короля, по крайней мере у меня сложилось такое впечатление. Это оказался президент и владелец компании «Аль Газаль Инк».

На третьем портрете уже было молодое, привлекательное и объективно по восточному красивое лицо. Ровная и короткая, аккуратно подстриженная борода, глаза без прищура, но взгляд острый, небольшие, но выразительные губы, нос, повторяющий отцовский. Все трое были в национальных арабских платках с орнаментом, свойственным исключительно их стране, и с чёрным обручем на головах – он же игаль. Под последним значилось, что он занимает пост СЕО10, генерального директора «Аль Газаль Технолоджис». И это лицо мне было уже знакомо – Иса, сын президента. Только его должность меня несколько сбивала с толку, ведь в рабочем оффере и в письме он подписался как вице-президент, а здесь было золотыми металлическими буквами выбито: СЕО.

– Вот, всё готово, мисс Манстер. Проходите, лифты с правой стороны, пожалуйста, – с широкой натянутой улыбкой протянул мне пропуск и карточку для лифта молодой менеджер-азиат за стойкой.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Лифт бесшумно, но очень быстро, да так, что закладывало уши, мчался на пятьдесят первый этаж. Именно там мне теперь предстояло работать.

Рука об руку вместе с лёгким волнением шёл ещё и трепет. Что ждёт меня там? Какие коллеги? Хорошее ли руководство? И в конце концов:правильный ли выбор сделала я, приехав сюда?