Рика Ром – Измена. Босс не отпустит! (страница 33)
– Большой, но ребенок ребенком! Мне кажется, я до пенсии буду сопли ему подтирать.
– Мальчики они такие. Очень привязаны к матери.
Не нарочно, на уровне подсознания прикладываю ладонь к животу и глажу круговыми движениями.
– Неужели, Станислава Игоревна!
Выдаю себя с потрохами. Поздно поворачивать вспять.
– Да…так уж вышло…
– Боже, какая радость!
Катерина со звоном ставит кружку на стол, поднимается и обнимает меня. Так искренне, так по–настоящему. Сердце ёкает от предательства, которое таится в ней. И почему все меня обманывают? Я не заслуживаю честности, любви и старой–доброй дружбы?
Эрнест своим поступком перечеркивает годы теплых отношений, разговоров и встреч. Страшно сказать, сколько всего обсудили наедине и пережили вместе.
Теперь и Катерина. Наверное, я чересчур наивная и легко ведусь на уловки. И сейчас, срываясь с насиженного крючка, не понимаю, кому можно верить, кому нет.
Я по уши во лжи.
– Спасибо, Катерина Васильевна. Мне очень приятно.
– Я немного завидую вам. Мне уже не испытать этого замечательного чувства, не понянчиться с меленьким, не спеть колыбельную. А у вас все впереди. Может быть, за вторым малышом вскоре пойдете.
– Я еще не знаю, что с этим делать.
– Что? Не позволяйте ужасным мыслям засорять голову! Леон Робертович будет отличным отцом. Он уже созрел, как следует.
И опять в омут без акваланга. Опускаюсь на самое дно и не пытаюсь выкарабкаться наружу.
– Я пойду. Загляну к Семену Сергеевичу.
– Он последние дни был не в духе, – прикладывает ладошку ко рту, будто за нами кто–то тайно подглядывает. В реальности так и есть. Камерами Архипа напичкан каждый уголок в офисе. – На любовном фронте не заладилось.
У Семена Сергеевича дама сердца? Шокирующая новость. Я ополаскиваю чашку, стараясь незаметно слить кофе в слив, и покидаю уютную комнатку отдыха. Леон ловит меня из своего кабинета и перетаскивает через порог.
Грозовая туча нависает надо мной и пускает молнии глазами.
– Она нас увидит и всё поймет.
– Что поймет? – Леон крепко сжимает мою талию.
– Мы выглядим подозрительно.
Перед появлением на горизонте Катерины, Леон впивается в мою шею своими пухлыми, горячими губами. Щетина метит кожу мелкими царапинками. Едва экономист скрывается в конце коридора, мой муж выравнивается. Кожа от его нападения пылает и плавится.
– Ты с ума сошел!
– Пусть думает, что мы помирились и не можем устоять друг перед другом.
– Что ты несешь? – чуть отталкиваю его от себя.
– Она мечтает танцевать на наших костях, а точнее разводе, строит планы, как похоронит нас заживо, так что подыгрывай, любимая. Пусть в ней дерьмо кипит.
– Ты и Архип…вы сумасшедшие! У одного мания всё держать под контролем, не удивлюсь, если вживил Дане чип под кожу во сне, а у тебя наоборот тумблер самоконтроля выключился!
За моей спиной дверное полотно. Я надавливаю, оно шевелится. Никакой стабильности. Еще и Леон правит положением. Полностью гипнотизирует своим черным взглядом.
– Как наш малыш?
– Мой малыш. Запомни это.
Леону стоит сделать всего один шажок и вот я в его плену. Вернее мой живот. Здоровенная ладонь греет прикосновением. Крошечка внутри отзывается легким кивком или правильнее сказать толчком. Дельфинчик на мгновение показывается над поверхностью воды. Непередаваемые ощущения. Я пьянею от них.
– Нам нужно сходить в больницу. Вдвоем. Я хочу увидеть ребенка.
– Сегодня я задержусь на работе. Не получится.
– Я твой босс. И ты уйдешь тогда, когда я скажу.
– Теперь ты так заговорил? Лучше остановись сейчас, прежде чем выпалишь еще какую–нибудь глупость.
– Мы уйдем вместе. Зайду за тобой в шесть.
Толкаю его подальше. Скалу сдвинуть нельзя, а обойти не составит трудностей.
В коридоре одергиваю блузку и приглаживаю юбку. Чувствую, щеки полыхают. Я снова та неопытная студентка, нарвавшаяся на профессора и получившая незачет. Экзамен мне теперь не сдать. Провал, крах, отчисление…
***
К Семену Сергеевичу, к сожалению, я так и не добираюсь. Но он отправляет мне послание в виде стикера на экране моего компьютера.
Решаю, или сейчас или никогда.
Набрав номер адвоката, слышу усталый, гнусавый голос.
– Здравствуйте, Аркадий Петрович, простите, что потерялась и…
– Любезная моя, так не делается. Ваши документы давно готовы.
– В каком смысле готовы?
Аркадий Петрович кашляет. Кашель не болезненный, а табачный.
– Никто из супругов не протестовал, не высказывал недовольства. Мирно, чинно, благородно. Это мой первый за долгое время спокойный развод.
– Развод?
Я повторяю за ним фразы и слова, убеждая себя в происходящем.
– Да, вы с Леоном Робертовичем больше не состоите в браке. Все подтверждающие бумаги пришлю курьером. До свидания.
– Постойте, а Леон знает? И что по оплате ваших услуг?
– Господин Лакницкий обо всем позаботился.
– Всего доброго…
ГЛАВА 31
Я жду Леона в главном холле офисного центра и без остановки кусаю, мучаю, извожу нижнюю губу. Разговор с Аркадием Петровичем выбивает меня из колеи.
Леон знает о разводе.
Не требует объяснений.
Не устраивает сцен.
Горжусь им и в тоже время проклинаю.
Наша любовь была крепче камня и сносила любые ураганы и бураны. Точно такие, которые сейчас разворачиваются за панорамными окнами. Смотрю на снежные вихри, низкую поземку и думаю, сколько на свете одиноких людей. Разлученных другими людьми. Мужчины по природе полигамны? Бред. Это мы женщины их балуем, позволяем вытирать об себя ноги, поступать с нами, как с вещами. И в тот день, минуту, секунду, когда я застаю Леона и Алину за откровенным делом, я даю себе слово – не прощать. Мое сердце мне дороже.
Но против судьбы не попрешь. Дана так говорит, и не поспоришь. Теория относительности в действии. В нашем мире кругом всё относительно. Любовь и безразличие бродят рядом, верность и предательство почти стерли между собой границы.
– Хорошо, что не убежала от меня.