Рика Ром – Измена. Босс не отпустит! (страница 32)
– Я верю Архипу. Это его работа. Он на этом миллионы поднимает.
– А потом что?
– Потом полиция, суд и несколько лет в колонии.
Парни архитекторы, увидев Леона через стеклянную стену, зовут взглянуть на новый проект загородного поселка. Мы обмениваемся молчанием и я ухожу. Я закончила с Романовыми, но остаются кое–какие нюансы и сейчас самое время с ними разобраться.
***
Стрелки на часах отщелкивают каждую минуту. Или я в бреду. Меня раздражает их монотонное движение. Выводит из себя еле уловимое тиканье. От полного уничтожения отвлекает Дана. Она врывается в мой кабинет лавиной.
– Архип меня с ума сведет!
– Вау, тише, Дана. Ты чего как смерч?
– Я спросила у него, как вы с Леоном поживаете, потому что меня он изолировал от вас, а он знаешь что заявил? Что вы оба работаете! Я не поверила, села в машину и приехала сама.
– Присядь, хочешь воды?
Сидя в кресле, откатываюсь от стола и жду ее ответа.
– Нет, спасибо! – пригвождает свою брендовую сумочку на столешницу.– Лучше скажи, что тут происходит? Вы вместе? Ты вернулась к нему, и теперь вы счастливые ждете малыша?
– Медленнее, Дан. Я всё тебе объясню, только выдохни. Хорошо?
Резко поднявшись, ощущаю головокружение. Хватаюсь за подлокотники и сажусь обратно. Дана бледнеет.
– Ты…ты в порядке? Вот я дура!
Она огибает стол, разворачивает меня к себе и обнимает.
– Прости, прости меня, Стася. Просто столько всего нового. Особенно этот мерзавец Эр!
Хорошо она не знает про Катерину. Боюсь, прямо сейчас я бежала бы за ней по коридору и всячески пыталась помешать ощипать Катерине перышки.
– С Эрнестом всё закончено. А у него с Региной.
– Стерва даже на звонки мои не отвечает.
– И не ответит.
– М–да…настоящей дружбы нет. Вымерла. Как мамонты сотни тысяч лет назад.
– Мы же дружим. Или нет?
Дана хмыкает без определенного рвения и пристраивает попу к моему столу.
– Надеюсь, что да. А вот когда родишь, не знаю. У тебя появятся новые интересы, знакомства, быт перевернется с ног на голову.
– Перестань, – касаюсь ее колена, – я всего лишь стану мамой.
– Всего лишь…
– Ну, не грусти. Хочешь, открою секрет?
– Давай. – Складывает ладони меж ног.
– Архип хочет увезти тебя на юг.
– Большое открытие. Вчера я обнаружила в его домашнем компьютере предложения о продаже домов. Парочку он пометил галочкой.
– Ты не рада?
– Я хочу быть с ним. И неважно где. Хоть в шалаше.
– Обожаю тебя.
Набравшись сил, обнимаю подругу. Ее сладковатые, с ягодной ноткой духи, будоражат мое обоняние.
– И я тебя люблю, крошка.
Покончив с нежностями, мы разговариваем о моем сне. Только с ней я могу быть честной и открытой. Не страшиться своих переживаний и не надевать маску. Дана безмерно щедрая на чувства, бесконечно добрая и чуткая. Каждый наш откровенный разговор проходит через нее насквозь. Жаль, я не могу и слова вымолвить о Катерине, о том, на кого работает Красный шнурок. Отчасти, я сама не всё знаю. Например, почему эта женщина настолько зла.
Дана спешит на очередное репетиторство, а я направляюсь в комнату отдыха. После нашей беседы, меня атакует голод. В холодильнике точно найдется йогурт и какой–нибудь фрукт. Проходя мимо кабинета Леона, наблюдаю очень двоякую картину.
Катерина Васильевна склоняется над его столом, а он откидывается на спинку кресла, скрепляет руки в замок на груди и не сводит с нее убийственного взгляда. Скорее всего, обычный диалог босса и экономиста. Но я–то знаю, какая внутри него битва.
Я задумываюсь настолько, что покидая вражескую территорию, Катерина наталкивается на меня. Ее короткие волосы уложены иначе. Нет завитков у висков. Парик?
– Извините, Станислава Игоревна.
– Не извиняйтесь, я сама виновата. Кофе? Я как раз иду перекусить.
– Да. Присоединюсь через пять минут. Я как раз заварила свежий. Только для вас с Леоном Робертовичем.
– Отлично, жду вас.
Леон следит за нами и шевелит губами, будто пережевывает кусок мяса. Мы с Катериной расходимся, улыбнувшись друг другу. И чем ближе я подбираюсь к нужной двери, тем сильнее колотится мое сердце…
ГЛАВА 30
– Знаете, Станислава Игоревна, в ваше отсутствие случилось много интересного.
Катерина пьет чай. Не кофе. Смакует каждый глоток.
– Что именно?
Я подношу чашку к губам, но не пью. Лишь делаю вид.
– Алина появлялась. Забрала какие–то папки у одного из наших инженеров.
– И никто не узнал, что за папки?
Алонцева беспрепятственно расхаживает по офису, и никто даже в ус не дует. Толика сомнения закрадывается в мою голову. Вдруг Катерина чище и прозрачнее стёклышка? Может быть, это ловкий ход Алины. И тогда в туалете ресторана, она забрасывает мне наживку, приправленную сладкой пыльцой.
– Я поймала ее у лифта. Поверьте мне, глазки у нее забегали.
– Думаете, что–то украла?
– Не буду зря наговаривать, но эта девка способна на что угодно.
Кофе изумительно пахнет, я очень хочу попробовать. Но вокруг много фальши. А я беременна.
Катерина улавливает мое натянутое струной настроение и интересуется:
– Вы случайно не заболели?
– Я прекрасно себя чувствую. Просто немного погода влияет.
– О, мой сын, когда был малюткой, постоянно реагировал на полнолуние. Не могла уложить до трех часов ночи, а то и до самого утра.
У нее есть сын. Неужели она будет рисковать свободой и шансом воспитывать его самой? Если ее посадят, к моменту освобождения из колонии, он забудет кто она такая. Хотя…я даже не знаю, сколько ему лет.
– Костику четырнадцать. Ненавижу этот возраст всеми фибрами души!
Зеленый чай в ее кружке переливается изумрудными всплесками. Умело же она предвосхищает мой мысленный вопрос.
– Большой мальчик.