Рика Ром – Измена. Босс не отпустит! (страница 28)

В машине духота. Открываю окно и поправляю боковое зеркало. Больница издалека навевает воспоминания родом из прошлого. Мать постоянно таскала меня по врачам и сама страдала ипохондрией. Но сегодня я полюбил это гиблое местечко. В его стенах, я узнал об отцовстве. Спустя столько лет, я возьму на руки свою дочурку или сына. Маленькую беззащитную кроху, похожую на меня или Стасю. Пусть лучше на Стасю. Она идеальная и вылепленная по подобию греческой богини.

Мысли сбиваются в стаи. Звенят в ушах. Беру телефон и звоню Архипу. Наша вчерашняя встреча, увенчается успехом в одном деликатном дельце. Но я пока не готов взять за жабры горе–преследователя. Рано еще. Маловато доказательств. Да и у меня сотня вопросов. Какого черта ей захотелось начать охоту именно сейчас? И в чем я собственно виноват?

– Здорово. – Наконец–то отзывается друг.

– И тебе привет. Как там с насущным?

– Отлично всё. Знакомые в органах пробивают ее биографию. Ты как? Не говорил еще с Самойловым?

– Мне вчера хватило.

– Не будь бабой, Лакницкий и выясни, что его толкнуло пристать к твоей жене. Он держит дистанцию со мной, а тебе выложит всё, как на духу. Обязан жизнью и здоровьем.

Швец усмехается. Он прав, надо прояснить с Самойловым и заехать к Кравченко. Мне на хрен не сдаются торги. Нет времени копаться в документации и готовиться к участию. У меня в офисе жирная кобра, а в больнице беременная девочка. Любимая и единственная.

– Успокойся, я вытрясу душу из этого выхухоля.

– Добро. До связи.

– Пока.

Айфон горит в руке. Сжимаю сильно. До треска. Я сжег уже прилично бензина, поэтому пора выдвигаться. Надо разгребать проблемы поочередно.

Петляю по городу, ища заведение, которое назвал Кравченко. С Эрнестом вопрос решен. Мы поняли друг друга почти без слов. Регина кинула его и укатила в Эмираты с каким–то миллиардером, с которым познакомилась в одном из ресторанов Москвы. Я говорил ему, не стоит переезжать туда. Столица портит людей. Внушает им вседозволенность и манит большими возможностями. Женщины слабые существа и им многого не надо. Парочка сладких обещаний в уши и готово. Эр извинился за свой поступок и пообещал никогда не приближаться к Стасе. Забыть о ее существовании.

«Ла Перла» изысканный французский ресторан. Атмосферное местечко. Со сцены звучит колоритный шансон. Вижу Борю и на ходу снимаю кожаные перчатки. Сую в карманы и, подойдя, падаю на стул.

– И снова здравствуйте.

– Леон Робертович, не скажу, что приятно удивлен. Наоборот.

– Разговор будет коротким. У меня есть дела поважнее.

– Да–да, – Боря вскрывает устрицу закругленным клинком, – поздравляю, папаша.

– Уже в курсе?

– Что ты, город кишит слухами!

Кравченко не перестает возиться с деликатесом. Поддевает вилкой устричную ножку, отрывает мякоть, брызгает на нее лимонным соком и загружает в рот. Мерзкое зрелище. Я мясоед по натуре.

– Будь он проклят. Но я не за этим с тобой связался. Забирай гребаный проект с потрохами. Я уже вышел из игры.

– Вот так сюрприз! Ну, спасибо. Услужил.

– Это никакая не услуга, Боренька, – жестко рву окончания букв. – Тебе просто везет.

– После обеда поеду на покер, проверю.

– Давай, оторвись на полную.

Встаю, отряхиваюсь, будто он оплевал меня с ног до головы и задаю вопрос, который интересует меня уже очень давно.

– Тебе не жалко было подкладывать под меня родную племянницу?

– Алинка сама кого хочешь, подложит. Есть цель, не вижу препятствий. Так вроде говорят.

– А еще говорят, что первыми падают пешки. Учти на будущее.

– Не я твой главный враг.

– Спасибо, с ним я тоже решу.

– Желаю удачи.

– Засунь ее себе поглубже и ощути вкус реальной жизни.

Ради ребенка и Стаси, я умру и воскресну, вынесу любые пытки и попрощаюсь с миллионами…

ГЛАВА 26

Михаил так и не возвращается из своего отпуска. Из больницы я еду в сопровождении Леона. Мы не разговариваем. Слова не ложатся нам на язык. В долине безмолвия вековое затишье. Я бы с радостью выпустила на волю все свои кричащие эмоции, выдернула из сердца иглы, но не могу. Опустошение полное.

За окнами продолжается жизнь. Кафе, магазинчики наполнены людьми. Но на каждую секунду человеческого счастья выпадает секунда боли. Кому–то достается больше, кому–то меньше. Никто не знает, сколько придется вынести. Груз у всех разный.

Меня пробирает предательский озноб. Я оголена, обнажена снаружи и изнутри. Выливаю на себя жидкость для розжига и жду, когда Леон поднесет спичку.

– Почти приехали. – Скучная фраза ведет обратный отсчет.

– Почему так, Леон? Ты постоянно лжешь, выкручиваешь ситуации в свою пользу, а меня оставляешь на задворках.

– Ты не на задворках. В некоторые вещи женщинам лучше не вмешиваться.

– Фу, какой сексизм.

Леон не смотрит на машины позади и совершает резкий финт влево. Я слегка заваливаюсь на него и пружиню обратно.

– Ты с ума сошел!

– Не учи меня, как поступать. Никогда. Я прислушиваюсь к твоим советам, но ты перегибаешь.

– Я тебя не учу, а всего лишь…

– Пытаешься влезть мне под кожу, выкрутить жилы и руководить мной. Не получится, детка.

Движение на проспекте адовое. Из–за мокрого снега на дороге коллапс. Газели буксуют, кузов фуры заносит на обочину. Наш Мерседес маневрирует, словно по шахматной доске и сворачивает во внутриквартальную дорогу. Леон прекрасный водитель с большим стажем, я ему доверяю. Только в непогоду по улицам творится ледовое побоище.

– Я поехала с тобой только потому, что, Михаил канул в Лету.

– Сделала мне одолжение?

Открываю дверь и выхожу из салона. Ноги тонут в грязной жиже. Я по щиколотку в мути. Моим сапогам конец. Реагенты въедаются в дорогую кожу моментально.

– И даже не ответишь?

Настоящий БМП. Раньше я ходила в розовых очках и не видела сути своего мужа, а сейчас прозреваю. Конечно, он мог скрывать всё за семью слоями и прикидываться добродушным весельчаком. Только он не был таким. Скорее граф Монте–Кристо. Полный загадок и тайн.

– Нет, не отвечу, Леон. Я устала, хочу отдохнуть от больницы и поесть. Нам с малышом необходима передышка.

Легко передвигается по скользкой колее и всматривается в мое лицо. Стараюсь нацепить равнодушное выражение.

– У меня полно дел. Но я вас не оставлю. Прошлый раз закончился печально.

– Никто больше не навредит мне. Смотри, парни Архипа на позиции.

Чуть дергаю подбородком в направлении черной Мазды.

– Идем, заболеешь еще.

Просто по взмаху волшебной палочки умудряется сменить курс и, взяв меня за руку, придерживает, чтобы я не упала.

В подъезде темновато. Землистый запах тянется из подвала. Архип позаботился и нашел нам квартиру в самом неприметном районе города. Дома пятидесятых годов имеют характерные архитектурные особенности и переносят в прошлое.

– Осторожно, – Леон первым заходит в тамбур. – Не запнись.

– Я буду аккуратна.

Слабенькая лампочка на площадке освещает лишь крошечный пятачок меж двух квартир.