Рика Ром – Измена. Босс не отпустит! (страница 17)
Поднимает на меня черный взгляд и тут же расцветает.
– Стася?
– Ты снова меня не узнал? Как тогда?
Ни слова в ответ. Трет переносицу, хмурится. А потом присаживается на подлокотник дивана и сжимает голову руками.
– Чертовщина какая–то. Я будто отключаюсь и не помню себя.
Я замечала за ним некоторые странности в поведении, и сейчас он подтверждает часть из них.
– Ты болен? Обследовался?
– Я здоров, как бык! Я же сдавал анализы, когда мы пытались забеременеть.
– Постой, что?
Меня окатывает ледяной водой.
– Я тебе говорил. Мои сперматозоиды, как и я в норме.
– То есть, это моя вина, что я не могу забеременеть.
– О чем мы вообще говорим?! – разводит руками и жалит взглядом.
– О том! Ты снова делаешь это, в тысячный раз!
Я забываю о недомогании, когда распинываю фотографии. Они разлетаются в разные стороны от моей ноги.
– Я никчемное, жалкое подобие женщины, – всхлипываю, – правильно твоя дорогая Алиночка сказала, даже котенка за пять лет брака не завели.
– Что ты несешь?! – хватает меня за запястье и тянет на себя.
– Нет! – рвусь из пут. – Не прикасайся ко мне!
Леон настойчив и поэтому я снова в его руках.
– Ты заноза, постоянно бесишь меня и выводишь из равновесия. В первую нашу встречу, накинулась с вопросами о дипломной работе и болтала, болтала, болтала. Я тогда подумал, у нее рот хоть иногда закрывается? И сразу же поймал себя на мысли, что мне нравится слушать. Необъяснимо, но факт. И все эти фото, доказательства нашей любви. Я ни разу за пять лет не задался вопросом, а люблю ли я. Потому что, люблю. Просто люблю. Посмотри на нас.
Показывает вокруг, и я верчу головой. Мысли то вспыхивают, то гаснут. Слезы обжигают щеки. Нос не дышит совсем.
– Все в прошлом…
– Никогда! – встряхивает меня и вынуждает смотреть в глаза.
– Развод неизбежен.
Жду его реакции. Он знает обо всем. Сорвется или заглушит порыв?
– Если он принесет тебе спокойствие, буду счастлив.
Титры. Фильм закончился. Я отхожу и гляжу на него на расстояние метра. Когда мы успели стать настолько чужими? Сердца бьются в унисон, но не вместе. Не понимаю в чем загвоздка.
– Архип сказал, та твоя квартира чиста, как стеклышко, я переезжаю.
– Я все равно не смогу тебя удержать.
Я ухожу, сминая ногами фотографии, на которых мы бесконечно счастливые.
***
Утром ничего не меняется. Пол по–прежнему в наших снимках, а Леон всё также хмур. Пар от кофе создает вокруг его лица загадочную ауру.
– Я думал, ты уже уехала. – Отпивает и облизывает губы.
– Михаил вчера не смог меня забрать. А без него я больше шагу не ступлю. Красные шнурки отираются поблизости.
– Поясни. – Леон снова делает глоток кофе.
– Я просто запомнила эту деталь. Вот и всё.
– Архип в курсе?
– Я ему не говорила.
Кажется, Леона не устраивает такой ответ. Берет телефон, снимает с него блокировку, введя пароль, и звонит другу.
– Алло, и тебе не хворать, – усмехается, – Стася кое–что забыла упомянуть. У того гандо…ушлепка, который ее преследует есть характерная особенность. Красные шнурки. Почти, Красная шапка, мать его.
Видимо Архип там отпускает шуточку, раз Леон опять улыбается.
– Этот парень объявлялся возле «Усадьбы», спросил у меня, сколько время и ушел. – Говорю я, и у Леона желваки ходуном ходят. Сюрприз!
– Так, дружище, моя пока еще жена, похоже решила сыграть в «угадай, что еще я держу в секрете». Поговори с ней сам.
Леон отдает мне телефон, и я пересказываю Архипу ту встречу с «красными шнурками». Швец четко дает понять, чтоб я впредь сообщала ему обо всех стычках с этим типом и не делала никаких глупостей. Клянусь никогда ничего не скрывать и возвращаю Айфон владельцу. Леон прощается с другом и измельчает меня взглядом на мелкие кусочки.
– Уверена, что хочешь жить одна?
– Да, хочу.
Равнодушно берет чашку с кофе и впадает в молчание. Ладно, его право.
***
В офисе Катерина Васильевна буквально с порога предупреждает меня о совещании в кабинете босса. Я чуть задержалась в связи с пробкой и все пропустила.
– Так вот, эти двое из мэрии с порога накинулись на Леона Робертовича. Но он поставил их на место.
Она постукивает стопкой бумаг по стойке в холле и продолжает:
– Я жду уже полчаса. Конца и края этой беседе нет.
– Наверное, всё очень серьезно. У нас много объектов, а прорабы стопорят работы. У меня уже дизайны почти для всех готовы.
– Вот–вот, тот, что лысый, так и сказал. Мерзкий он. Наглый и бестактный.
– Кравченко не лучше.
Вспоминаю чёрта и плюю за плечо.
– Ох, как же Леон Робертович со всем этим справляется?
Я выгибаю бровь. Катерина закашливается.
– Простите, Станислава Игоревна. Я же не то имела в виду.
– Да бросьте, Катерина Васильевна, мы взрослые девочки.
– О девочках, – она чуть придвигается, – начальница отдела кадров так никого и не нашла на место Алонцевой. Прям проклял кто.
– Найдется. Незаменимых нет.
– Только когда? Некому занимается почтой, доставкой, звонками. Мы скоро погрязнем во всем этом.
Дверь кабинета Леона открывается, и из него выходят мужчины. Оба оттягивают галстуки. Взглянув на нас с Катериной, следуют дальше. Бочонки с пивом на тонких ножках. Еле сдерживаю улыбку.
– Вам нечем заняться? – рявкает на нас Леон и мы расходимся.