Рика Ром – Измена. Босс не отпустит! (страница 13)

– Да как ты смеешь, щенок! – взрывается Борис, и его подбрасывает над стулом.

– Что слышал, ублюдок. На видео твоя любимая племянница, личико отлично видать. Сделаешь ее порно–актрисой? Предложения от режиссеров валом посыпятся.

– Ах, ты, мерзавец! – Алина бросается на Леона, но он отклоняется и ее попытка ударить терпит крах. – Я приличная девушка!

– Подставляющая зад боссу, чтобы умаслить дядюшку или обеспечить себе безбедное существование? – цыкает в никуда. – Сама невинность.

Я больше не могу слушать всё это. Резко встаю, и они вдруг вспоминают о моем присутствии. Алина мечет в меня молнии глазами, ее дядя находит во мне потенциальную добычу.

– Пожалей свою жену, Леон. Разве она заслужила участь брошенной, униженной женщины?

Тишина. Колкая, ядовитая, уничтожающая до основания. Но случается неожиданное. Леон подходит к Кравченко, силой отдирает его зад от стула и, встряхнув хорошенько, произносит. Вкрадчиво, по буквам.

– Забираю свою племяшку и уматывай. Даю две минуты.

Лицо Бориса пунцовое, а Алинино бледнее, чем у покойника.

– Учти, ты об этом пожалеешь.

– Жду и надеюсь. – Выплевывает Леон и отталкивает дрожащего мужчину. Он с трудом удерживается на ногах. Алина берет его под руку, и они уходят. Естественно хлопнув дверью.

Меня раскачивает из стороны в сторону. Голова кружится. Леон успевает меня приобнять и усадить на кожаный диванчик.

– Всё хорошо, любимая.

– Не говори так…не называй меня любимой. – Я делаю глубокие вдохи.

Леон присаживается на корточки и гладит мои колени.

– Мне насрать, что они задумали. У меня достаточно возможностей, чтобы их притушить. Не переживай, видео никуда не просочится.

– Разве причина в этом? Разве ты не видишь, что нам не суждено быть вместе?

Его теплые ладони сковывают мое лицо. Вынуждает смотреть ему в глаза. В две черных бездны.

– Я всё исправлю. Всё. Исправлю.

– Как? Прошлое не сотрешь.

Минутное молчание и его нарушает вошедшая Катерина Васильевна.

– Ле–ле–он Робертович, там это?

– Что?! – рявкает Леон, а я тем временем выскальзываю с дивана и, взяв сумку, покидаю опасную зону.

Оказывается, Борис Николаевич не только грязный игрок, но и трусливый пес. Не в силах дать отпор Леону при свидетелях, решил отомстить другим способом. Дал приказ своим подручным, чтобы разнесли в клочья его машину. Очень по–взрослому и по–мужски. Про камеры на фасаде они забыли что ли?

Леон полдня возился с Мерседесом, перегоняя его в сервис, а я погрузилась в работу и к вечеру, у меня был полностью готов проект спальни для Романовых, с учетом спального места для будущего малыша.

– Вы идете домой, Станислава Игоревна? – Катерина заглядывает ко мне в кабинет, одетая и готовая уйти.

– Да, сейчас только позвоню одному человеку.

– Тогда до завтра.

– До свидания.

Женщина улыбается и прикрывает дверь. Я лезу под клавиатуру, достаю визитку и набираю номер Аркадия Петровича. Адвокат отвечает практически сразу. Мы договариваемся встретиться завтра в одном из сети ресторанов «Усадьба».

***

Михаил тормозит перед шлагбаумом и внимательно разглядывает будку охранников. В ней темно.

– Посидите здесь, хорошо?

– В чем дело?

Мой водитель, а если бы точнее, водитель Леона выходит из машины и засовывает руку под куртку. Осторожными шагами приближается к входу и тут его отбрасывает на пару метров. Некто выскакивает из темноты и несется прочь. Михаил быстро поднимается, но нападавшего уже и след простыл. Коренастый парнишка перескакивает снежные холмы и теряется за поворотом, скользя в ботинках с красными шнурками по наледи.

Я засматриваюсь на него и вздрагиваю от стука в окно. Михаил просит выйти. Повинуюсь.

– Кто это был? – верчу головой, боясь возвращения этого незнакомца.

– Не знаю. Но он вырубил старичка–охранника и одного из парней Архипа. Я позвоню в скорую помощь, а вы свяжитесь с мужем и Швецом.

– Ладно.

Судорожно нащупываю телефон в кармане, нахожу в контактах Архипа. Тот словно предугадал мой звонок и отвечает после первого же гудка. Я всё ему рассказываю и получаю конкретный приказ: не соваться в квартиру. Звонить Леону не хочу, но выбора нет. Это же его собственность. Он, как и Архип реагирует моментально.

Спустя полчаса оба на месте. Злые до чертиков пытаются выяснить, чьих рук дело. Я мерзну возле машины, не желая отсиживаться в теплом салоне.

– Значит, Кравченко. Тот, у которого хренова туча связей в Администрации? – слышу вопрос Архипа.

– Да. Сегодня он явился в офис и угрожал мне. – Леон не сводит глаз с кареты скорой помощи, в которой обрабатывают раны двум мужчинам. Они отказались от госпитализации, но на перевязки согласились. Теперь напоминают героев комедии Гайдая. – А потом разнес мою тачку в хлам.

– Начну с него. Я давно наблюдаю за Борей, некоторым моим знакомым много крови попил. Теперь за тебя взялся. Собака сутулая.

Архип включает режим сурового властелина и с важным видом названивает человеку без имени. За три минуты разговора ни разу не называет его вслух.

– Мы едем домой. – Леон передо мной. – Это больше не безопасно.

– А в той квартире безопасно? – шмыгаю замерзшим носом.

– Хватит спорить, Стася. Тебе мало того, что случилось? Тебя снимают, следят, а сегодня поднялись на уровень выше. Тебе самой не страшно?

– Люди Архипа…– мямлю я.

– Люди Архипа тоже не всесильны. Так что, бери сумку и поехали.

– На чем? Кравченко угробил твой Мерседес.

Леон, молча, разворачивается и кивает на внедорожник. Огромные колеса покорят любые ухабы.

– Я и забыла, что у тебя целый автопарк.

– Иди в машину. Я попрощаюсь с Архипом.

Я вытаскиваю сумку с заднего сиденья авто Михаила и направляюсь к черному танку…

ГЛАВА 12

В квартире, где мы когда–то были безумно счастливы, спится ужасно. Кровать больше не кажется удобной и комфортной, обстановка вокруг уже не такая прекрасная. С дикой головной болью я выхожу из спальни на кухню и натыкаюсь на Леона. На нем подаренная мной шелковая пижама и очки. Он носит очки? Мы не вместе всего ничего и это что–то новенькое.

– Доброе утро. – Леон машинально включает кофемашину, и не глядя на меня, продолжает тыкать пальцем в планшет.

– Ищешь видео со своим участием?

Я не нарочно задеваю его. Выходит само собой.

– Кравченко не рискнет. Кишка тонка. Я слишком много темных грешков знаю.

– Когда ты стал таким?

Леон отвлекается, приспускает очки. Черные глаза топят в своей глубине.

– Каким?

Кофемашина издает сигнал. Наливаю себе полную чашку колумбийского кофе и сажусь за кухонный островок, поджав под себя ноги.