Рика Ром – Измена. Босс не отпустит! (страница 12)

– Пока, мальчики. – Дана берет меня за руку и смотрит на Леона. Тот отступает. Я надеялась, он не приедет, но он здесь. Убежать бы подальше. Архип освобождает проход и мы с Даной выходим из прогретого помещения.

мальчики. – Дана подмигивает мне. – У нас свои планы.

– Я уеду. Не хочу оставаться здесь.

Говорю ей дрожащим голосом

– Куда? Ты видела себя?

– Сниму номер на одну ночь в отеле.

– Зачем он вообще приехал? – Дана пытается понять поступок Леона.

– Они с Архипом друзья. Все просто. А вот сюрпризами с сайтов знакомств, завязывай. Договорились?

– Договорились. Но ты же понимаешь, что Леон примчался сюда ради тебя? Вы должны как–то решить всё между собой. А вы бегаете друг от друга.

Я надеваю махровый халат, и мы с Даной выходим во двор. После бани мороз ни по чем. Уже в доме, я заявляю:

– Меня не волнует, что он там задумал. Скажу по секрету, завтра позвоню адвокату и запущу процесс нашего развода.

– Что? – Дана замирает. – Мне послышалось?

– Я не вернусь к нему. Чтобы он не делал. Я до мельчайших деталей помню, как он развлекался с Алиной. Их вздохи, стоны…

В комнате избавляюсь от купальника и влезаю в свою одежду.

– Стась…

– Все, не будем о грустном. – Подхожу и обнимаю Дану.

– Тебе вызвать такси?

– Да, я же отпустила Михаила. Надеялась, Леон не приедет.

– Наивная.

Из меня вырывается досадный смешок.

Через двадцать минут я покидаю частный поселок. Удивительно насколько быстро добираются такси за двойную оплату.

***

В гостинице «Вояж» мне достается скромный номер с одним узеньким окошком. Я не брезгливая, но интерьер мягко сказать удручает. Простенькие шторы, односпальная кровать с веселым покрывалом в горошек, тумбочка и прямоугольное зеркало на треноге. Усевшись на матрас, скрещиваю ноги. Всего одна ночь. Одна.

Утром я просыпаюсь с дикой головной болью. Виски ломит. Встаю, как попало собираю волосы. Вчера я не разделась и легла спать, в чем была, но сейчас меня этот факт совсем не беспокоит. Я хочу уйти и побыстрее.

Пухленькая девушка–администратор ковыряется под ногтями пилочкой и увидев меня, не прекращает этим заниматься.

– Я выезжаю. Спасибо за гостеприимство.

– Но у нас выезд ровно в двенадцать дня…

Я уже ухожу, когда она говорит об этом.

***

Перед началом рабочего дня я нарушаю запрет, и добираюсь до квартиры Леона. На пропускном пункте меня встречает сотрудник компании Архипа, и молча, следует за мной. Видимо Швец знал о моем приезде и выдал приказ меня сопровождать. Умный мужик.

В подъезде подкарауливает еще один молчаливый амбал.

Вместе мы поднимаемся на этаж и поочередно входим в квартиру. Они естественно первые.

Мне дают пять минут на сбор вещей, а после меня провожают до машины.

– Вы жена президента. – Улыбается Михаил, глядя на моих друзей в черном.

– Самой непривычно. Едем?

– Как скажете.

Машина начинает движение. Ощущение, будто парим над асфальтом. Я достаю смартфон и проваливаюсь в почту. Там завал. Лишнее удаляю, письма от Инги читаю с интересом.

Между проспектом Ленина и улицей Коммунаров большая пробка. Караван из машин выстраивается из–за аварии. Я вижу покореженный Ниссан и слегка помятый Мерседес. Бампер последнего утопает в сугробе. Леон!

– Михаил, а мы не можем проехать мимо торгового центра и свернуть сразу за ним?

– А это мысль. И почему никто не додумался?

Михаил маневрирует, совершает парочку крутых разворотов, и мы больше не в пробке. Я тяну шею, пытаюсь разглядеть номер Мерседеса, но тщетно. Снимаю блокировку с экрана телефона, но тут же осекаюсь. На Айфоне я внесла Леона в черный список, а в этом его попросту нет. Конечно, я знаю наизусть, только…нужно ли мне звонить ему?

– Приехали. – Заключает Михаил, и я смотрю в окно на сияющее здание офисного центра. Чуть поодаль на парковке стоит Мерседес Леона. В целости и сохранности. Надобность звонить отпадает сама собой.

Михаил выходит, помогает мне выбраться из салона, и я с улыбкой произношу:

– Напишу, как обычно. Если что–то изменится, тоже напишу.

– Понял.

Холодный ветер подгоняет в спину. Я шагаю к раздвижным дверям и замедляюсь, видя удивительную картинку: Леон вылезает из черного, тонированного Гелендвагена. И с кем бы вы думали? С Алиной и ее дядей.

Алонцева порхает, излучает свет. На ней коротенькая шубка розового цвета и ботфорты. Леон отстает на пару шагов, а Борис Николаевич о чем–то беседует со своим телохранителем.

На мгновение, мне кажется, будто Леону тяжело идти. А сведенные брови и измученное выражение лица, наталкивает на страшные мысли.

– Я же говорила, что вернусь? – Алина прямо передо мной. Дерзкая и уверенная. – Готовься плакать.

– Закрой рот, пока я не послал тебя и твоего дядю, куда подальше. – Грозно басит Леон.

– Видео…видео…– распевает Алина и проходит через двери, пританцовывая на ходу.

– Что за видео, Леон?

Он растирает переносицу, и ничего не ответив мне, заходит в холл.

– Леон?!

–Скоро узнаешь.

Также как и тогда в туалете? Сколько ещё боли меня ждёт? Кравченко ровняется со мной и произносит:

– Как мне вас жаль, госпожа Лакницкая.

ГЛАВА 11

В животе закручивается воронка, пальцы на руках немеют, а сухие губы, едва шевелятся, когда я вижу видео. То самое видео измены. Борис Николаевич и Алина демонстративно задирают подбородки, доказывая свое превосходство. Я же, заостряю взгляд на Леоне. Почему он молчит? Почему не вышвырнет этих двоих из своего кабинета?

Честно, я совсем не то себе представляла, идя за ними в конференц–зал. Думала, они не упадут настолько низко. Но…нет повести печальнее на свете…

– Мой программист может завирусить это видео, и ваша интрижка станет достоянием общественности. Уважаемый бизнесмен изменил красавице–жене. Новость дня! – Борис Николаевич постукивает пальцами по столу. Эти легкие вибрации долетают до меня, и я невольно поджимаю плечи. Алина ухмыляется.

– Ты думал, я дура, да? Ты, конечно, хорош в сексе, но есть и лучше. – Ее голосок режет слух. Я зажмуриваюсь.

– Кем оно снято? – Леон поднимается и опирается ладонями о стол. В конференц–зале полутьма из–за опущенных жалюзи и это прекрасно дополняет настрой моего мужа.

– Какая разница. У тебя сейчас другая проблема, Лакницкий. – Кравченко тоже теряет терпение. – Откажись от участия в торгах, и я удалю видео без последствий.

– Хм, – усмехается Леон. Они не видят в нем перемену, а я, приоткрыв один глаз, сразу ее замечаю. – Взяли ноги в руки, и пошли на хрен. Оба.