Ричард Йонк – Сердце машины. Наше будущее в эру эмоционального искусственного интеллекта (страница 21)

Затем в июле 2014 года Бризель запустила на сайте Indiegogo краудфандинговую кампанию в поддержку разработки продукта, который станет первым домашним социальным роботом¹¹. Робот получил имя Джибо, стал самым успешным в истории робототехники краудфандинговым проектом. Проект быстро собрал 3,7 миллиона долларов, в том числе 2,3 миллиона долларов от предварительных продаж первых пяти тысяч экземпляров. Спустя год с небольшим проект получил дополнительное финансирование в 35 миллионов долларов¹². Помощник по хозяйству – мечта минималиста: небольшой, с белым корпусом и простыми формами, выполняет все виды домашней работы от сортировки семейных фотографий и передачи сообщений до чтения сказок детям перед сном. Весной 2016 года компания начала продажи первых экземпляров робота.

Джибо был не единственным заявленным как первый домашний социальный робот. Очевидно, что претендовать на это звание могла и Пеппер, изобретение компании Aldebaran, и катающийся интерактивный домашний робот Бадди, разработка Blue Frog Robotics. Фактически в пределах ближайшей пары лет готовится релиз множества моделей домашних социальных роботов. Многие разработчики считают, что пришло время вывести эти устройства на рынок, и для них крайне важно первыми занять рыночную нишу. Но это лишь начало. Велика вероятность, что некоторые системы поступят в продажу, не будучи действительно готовыми к взаимодействию. Покупатели первых моделей могут счесть качество приемлемым, если недостатки не будут слишком серьезными. Но пользователи – важное звено товарооборота, поскольку они могут и лишить продукт будущего, если он не будет соответствовать заявленным характеристикам. В случае с роботами лишь время покажет, кто из них окажется победителем в долгосрочной перспективе, если вообще окажется.

Сейчас многие ученые по всему миру занимаются разработкой новых социальных роботов и платформ. Они придерживаются разных концепций и применяют разные подходы, чтобы обеспечить наше с ними взаимодействие наиболее продуманным образом. Например, Дэвид Хэнсон и его команда в компании Hanson Robotics занимаются разработкой роботов с невероятно выразительными натуралистичными лицами. Эту задачу они решают за счет маломощных моторов и сервоприводов, имитирующих работу более чем шестидесяти основных мышц человеческого лица и шеи. Затем на них накладывается новейший изобретенный Хэнсоном материал, напоминающий кожу и названный им «фраббер» (гибрид английских слов «flesh» – «плоть» и «rubber» – «резина»). По словам Хэнсона, этот запатентованный и получивший торговую марку материал представляет собой «упругий пористый полимер, использующий нанотехнологию липидных бислоев, позволяющую формировать структуры, похожие на клеточные стенки человеческого организма»¹³. За счет управляемой имитации движений лицевых мышц на основе искусственного интеллекта каждый робот может обрести уникальные особенности мимики. Используя эти технологии, Hanson Robotics разработала впечатляющую линейку роботов, предназначенных для крупносерийного производства и использования в разнообразных целях, включая образование, исследования, музейные экскурсии и домашнюю работу. Одна из целей Хэнсона – применение говорящих роботов, обладающих собственным характером, «чтобы перейти к созданию роботов, обладающих эмпатией. Так что если их интеллект достигнет уровня человеческого или, что вполне возможно, превзойдет человеческий, это может дать нам определенные надежды на будущее»¹⁴.

В области коммерции предпринимаются многочисленные попытки использовать социальных роботов для налаживания контактов в разных отраслях бизнеса. Многие компании работают над созданием обслуживающих роботов, устройств, наделенных социальными функциями. Существуют роботы, которые служат в качестве рекламы или заменяют информационную стойку в крупных торговых центрах, как, например, Дзюнко Тихира, человекоподобный робот компании Toshiba, созданный для общения с посетителями и предоставления им подробной информации¹⁵. Другое новшество из Японии – знаменитый отель «Хенна», в котором весь обслуживающий персонал – от администраторов до носильщиков – состоит почти полностью из роботов ¹⁶. В одном из торговых центров Шанхая работает Яньянь, робот-женщина, умеющая говорить, пожимать руки, петь и обнимать людей. В Наньянском технологическом университете Сингапура за стойкой в холле работает один из созданных в университете андроидов по имени Надин¹⁷.

Распознавание лиц и понимание выражений – это то, что мы делаем без труда и настолько быстро, что даже не осознаем процесс. Однако для машины это действие представляет невероятную сложность.

Наблюдается интересная тенденция: большинство рекламных роботов имеют женскую внешность. Возможно, это продиктовано тем, что общество не воспринимает женщину как источник угрозы; кроме того, роботы выполняют работу, которой традиционно занимаются женщины. Сохранится ли тенденция в дальнейшем? Можно ли ожидать, что социальные роботы на управляющих должностях и в роли помощников создадут дисбаланс рабочих мест, вытеснив женщин, точно так же, как промышленные роботы вытеснили мужчин с их традиционных рабочих мест в предыдущие десятилетия? В докладе Всемирного экономического форума 2016 года говорится о кардинальных изменениях на рынке труда, включая более широкое применение роботов и искусственного интеллекта. По прогнозам к 2020 году применение роботов приведет к сокращению пяти миллионов рабочих мест. Две трети потерь составят рабочие места в офисах и в административном секторе. В целом потеря рабочих мест наиболее ощутимо скажется на женщинах: на одно рабочее место будет приходиться пять сокращений, в то время как у мужчин на одно рабочее место будет приходиться три сокращения. Весьма неутешительная тенденция, и ее развитие необходимо отслеживать.

Как и в других современных технологиях, в социальной робототехнике существует ряд общедоступных решений. Это Опо, открытая платформа социальной робототехники в рамках бельгийского проекта Social Robotics Project; Poppy, открытая робототехническая платформа, основанная на технологии 30-печати; Open Robot Hardware также разработали открытую концепцию робототехнических систем. Платформы всех систем построены на основе проектов или программ социальной робототехники. (Платформа – это группа технологий, поддерживающих разработку других приложений, сервисов или, как в нашем случае, роботов.) Можно сказать, что такие роботы уступают в сложности выпускаемым коммерческими фирмами или исследовательскими лабораториями при научных учреждениях. Тем не менее это показывает, что с развитием инноваций важность платформ с открытым исходным кодом будет возрастать.

Говоря об эмоциональном программировании, важно помнить, что эта область включает в себя множество различных дисциплин и технологий. Распознавание лиц и понимание выражений – это то, что мы делаем без труда и настолько быстро, что даже не осознаем процесс. Однако для машины это действие представляет невероятную сложность. Машины могут повторить его, лишь используя камеры, улавливая черты лиц, затем анализируя их с помощью сложных специальных программ распознавания лиц, в которые было загружено огромное множество изображений-образцов для тренировки. По тому же принципу работают и программы распознавания голоса, используя микрофоны, улавливающие тон и модуляции человеческого голоса. Язык тела и жесты также передают огромное количество информации, и в области их распознавания также ведутся исследования. Кроме того, для исследования представляют интерес и физиологические изменения, например циркуляция крови или кожно-гальваническая реакция. Все эти технологии используют алгоритмы распознавания образов – программы могут различать и извлекать образы и отношения из первичных данных быстрее, чем человек.

В чем-то эмоциональное программирование и социальная робототехника схожи, но отличительная черта последней – это способ нашего с ней взаимодействия. Программное обеспечение, применяемое в эмоциональном программировании, может быть очень сложным, но это всего лишь набор программ. Пользователю сложнее их идентифицировать, чем программы, имеющие физическое воплощение. С другой стороны, исследования показали, что, общаясь с роботами, люди способны испытывать эмпатию точно так же, как если бы испытывали ее по отношению к другому человеку¹⁸. Исследование Карпентер, проведенное среди военных, подтвердило: специалисты по обезвреживанию боеприпасов отчетливо продемонстрировали некоторую степень идентификации себя с роботами. Эти роботы не были человекоподобными, тем не менее они обладали формой, с которой пользователи могли взаимодействовать. Это важно, поскольку исследование показывает, что чем больше объект напоминает человека, тем вернее мы отождествляем себя с ним и тем сильнее сопереживаем ему. (По крайней мере до той степени, о которой пойдет речь в следующей главе.) Программное приложение само по себе не располагает к эмпатии, поскольку оно не имеет выраженной формы, но даже небольшая игрушка-робот способна вызвать сопереживание.

В исследовании, проведенном Астрид Розенталь фон дер Путтен из университета Дуйсбург-Эссен в Германии, добровольцы проходили функциональную магнитно-резонансную томографию (ФМРТ) и одновременно просматривали видеоролики¹⁹. В некоторых роликах они увидели, как исследователи ласково обращаются с коробкой зеленого цвета, зеленым игрушечным динозавром или с женщиной в зеленой футболке. Исследователи могли обнять объект, ласково прикоснуться к нему, погладить. Игрушечный динозавр, робот по имени Плео, был оснащен микрофонами, динамиками, сенсорами и моторами. В зависимости от того, как с ним обращались, он мог двигаться, изгибаться и издавать звуки. Когда динозавра гладили и обнимали, он отвечал воркованием и восторженным повизгиванием. Потом добровольцам показали видеоролики, в которых исследователи демонстрировали жестокое обращение с объектами. Их по очереди шлепали, били, трясли или делали с ними вещи похуже. Например, когда душили Плео, он кричал, кашлял и хрипел, как будто он задыхается, почти как женщина в зеленой футболке. Реакция робота на другие проявления жестокости также была выразительной. Результаты анализа сканирования мозга добровольцев удивили исследовательскую группу. Для них не стало сюрпризом, что наблюдение за коробкой почти не вызвало выраженной реакции. Исследователи ожидали, что результаты сканирования мозга добровольцев при просмотре роликов с динозавром будут представлять собой нечто среднее между результатами просмотра роликов с коробкой и роликов с женщиной. Однако результаты сканирования при просмотре роликов с Плео оказались очень похожи на результаты, полученные при просмотре роликов с женщиной. И хотя реакция на жестокое обращение с ней была сильнее, чем на ролики с Плео, результаты были красноречивыми.