Рианнон Илларионова – Школа Хизер Блоссом (страница 46)

Заключительный танец Грэма и Дейдры Грайне был полон ликования от единения и возвращения домой. Юноша и девушка двигались по сложной траектории, несколько раз меняясь местами и беря друг друга за руки в момент самых сложных поворотов. Наблюдая со стороны, Элли в который раз уже отметила, насколько эти двое подходят друг другу.

Дни между Йолем и Хогманеем превратились в каникулы. Как Элинор уже поняла, старшим курсам это время отдали для ритуалов – одиночных, общекурсовых или внутри предварительных трикветров, первый же курс пока предоставлялся сам себе.

Элинор, получив возможность ложиться спать, когда вздумается, быстро сбила себе график и практически жила ночью, успевая днем лишь пару раз поесть и выпросить у Тени Шекспира редкую книгу. Призрак обычно недолго сопротивлялся, ссылаясь на правила, но потом разрешал забрать что-то из читального зала в комнату, прибавляя, что это из-за добрых отношений между ним и Белиндой О’Ши. Элинор свою часть договора выполняла с честью и возвращала литературу в первозданном виде. Она уже понимала, что это время – лучшие каникулы в ее жизни.

К сожалению, это оказалось затишье перед бурей.

С подругами Элинор почти не виделась. Агнес набрала подработок на кухне и покрикивала на Элли и Бри совершенно по-хозяйски, едва они пытались сунуть нос за раздачу. С Брианной же Элли не совпадала по времени сна, та была типичным «жаворонком».

Элинор просыпалась почти в то же время, в которое Брианна укладывалась спать, и пользовалась этими минутами, чтобы поболтать.

– Как ты думаешь, – воспоминания о давнем нападении все еще жгли душу несправедливостью, – где сейчас та кукла?

Брианна поняла без дополнительных разъяснений. Она оторвалась от расстилания постели и почти по-матерински погладила подругу по волосам.

– У Фанд или у Драммонда. Я все-таки на одного из них думаю. Ты все-таки не хочешь сказать директору?

– Да говорила я ему! – воскликнула Элли. – Он мне не поверил. А дальше объяснять… Я боялась про подвал проговориться и про то, что мы все выходили. А Грэма…

«…я не хочу подозревать!» – закончила она про себя.

– Если кукла изображала Фанд, то и напала на меня она, – сказала Элли. – Это логично. Вот только… или я стала жертвой беспредела студенческих кланов, или… я не знаю, что думать.

Она помолчала.

– Может, это магистр все придумал?

Бри, уже забравшаяся по одеяло, замахала на Элли руками.

– Да зачем ему это? Я помню, как он мило с тобой беседовал.

«Как же! – подумала Элли. Старые обида и страх снова накатили удушающей волной и колко прокатились по телу. – Это точно он! А Фанд его сообщница. Грэма я даже под угрозой смерти подозревать не буду!»

Брианна немного повозилась и затихла. Элли читала в постели томик Стивенсона, когда соседка неожиданно села на постели, протягивая руки вперед. Элинор, боковым зрением заметив шевеление, подумала, что Брианна проснулась, и прикрыла книгу. Но глаза подруги оказались закрыты. Плавно двигаясь, она встала с постели и медленно, как бы плывя, прошла вперед.

– Бри… – тихо позвала Элли. – Что с тобой?

Брианна не ответила. Удивительно ловко двигаясь с закрытыми глазами, она приблизилась к двери и, повернув ключ, вышла в коридор. Это казалось настолько несуразно, что Элли даже не сразу сориентировалась. Осознание происходящего доходило до нее с опозданием:

«Брианна спящая… в коридоре… ночью… Блуждающие порталы!»

Элинор вскочила с кровати и осторожно выглянула в коридор. Брианна виднелась уже далеко, почти у поворота на лестницу. Элли стремительно обулась, радуясь, что одета хотя бы в домашнее платье. Брианна ушла в том виде, в каком и спала, – в длинной белой рубашке и босая.

Бонусные главы

Занятия

Мастер Баркли появился почти в одно время со звуками волынки, служившими приглашением на занятия. Обаятельный и приветливый, как всегда.

– Здравствуйте, – кивнул он и сразу перешел к делу: – Вам с какой новости начать – хорошей или плохой?

Класс переглянулся.

– С плохой, – протянул один из близнецов Макгиллов. Элли уже могла узнавать однокурсников по голосам, не вертя головой, но братьев еще не различала.

– Как скажете, мастер Реджинальд, – улыбнулся директор. – Ритуальную часть Саббатов на первом курсе больше не изучают…

Выслушав протяжные стоны разочарования, мастер Баркли закончил:

– А хорошая новость в том, что теории у вас будет достаточно. Прошу сразу отметить, что мы изучаем не исторические аспекты, а современные представления о праздниках и их ритуалах в том виде, в каком они существуют у нас, викканских ведьм. И сразу скажу, какие учебники я настоятельно требую изучить тем, кто еще этого не сделал: сочинения авторства Полин Компанелли и Кассандры Изон. Эти книги и многие другие вы можете прямо сегодня получить в библиотеке у нашего уважаемого Тени Шекспира.

Мастер Персиваль окинул взглядом класс.

– Насколько я помню, большинство из вашего курса потомственные виккане и выросли в семьях ведьм. Кроме… – Он взглянул на Элли.

Та немного смутилась.

«Это не моя вина!» – хотелось ей воскликнуть, но она только опустила голову, чувствуя, как под взглядами однокурсников розовеют уши.

– О вашей истории, мистрис Кардиган, я тоже помню, – продолжил директор, и Элли подняла голову.

«Агни? И она?»

– Не считайте, девушки, что, если вы выросли в семье вулгаров или… в приюте, то вы чем-то хуже других. Вы такие же потомки ведьм древних родов, ведущие родословную от семей первого Ордена, как и прочие, просто… можете пока знать чуть меньше остальных. Для этого вы и здесь – чтобы учиться.

– Я до сих пор не могу понять… – директору Элли не робела задавать вопросы, – кто такие вулгары? Ну, каких людей так можно называть? Есть какое-то точное определение? Каждый говорит что-то свое.

Мастер Персиваль подошел ближе к столу Элли.

– Изначально вулгарами называли тех, кто не стал частью Ордена, когда он только был создан. Но с тех пор значение этого слова стало шире. Оно означает «обычный» или «ничем не выделяющийся». Обыватель. Но вы правы, мистрис О’Ши, в своих наблюдениях. Многие из Ордена считают вулгарами тех, кто не похож на них. Я сам смотрю чуть шире. Не тот, кто не знает, а тот, кто и не хочет знать. Или те, кто решил, что знает все и больше учиться нет нужды. Знания – вот что делает нас ведьмами.

Элли кивнула. Уж к чему, а к знаниям она стремилась всегда.

– Итак, Мабон, – продолжал директор. – Праздник получил название по имени бога Мабона или Мапонуса, что означает «великий сын». Подробнее его вы еще будете изучать позже, когда распределитесь по трем нашим факультетам. Энергетическое значение этого Шабаша – что посеешь, то и пожнешь, равновесие и справедливое воздаяние, сбор физического и духовного урожая. В этот праздник проводят ритуалы благодарности и процветания, для получения благ или направленных на улучшение жизни. Это начало движения к темной половине года, и мы сокращаем активную внешнюю деятельность и переводим внимание вглубь себя – обращаемся к собственной душе.

– Чем можно заняться в этот день, если не проводить ритуалы? – спросила Элинор.

– Быть на природе, мистрис О’Ши. Как и в каждый из Шабашей, как и в любой из дней нашей жизни – быть в храме лона ее. Собрать цветы и листья для букетов, ягоды и грибы, орехи и желуди, украсить ими свой дом, заготавливать на зиму собранные дары. Это время для встреч с родственниками и друзьями, объединения и восстановления старых и утраченных связей. Можно варить варенье и заниматься рукоделием. И обязательно танцы и костры дотемна. Вам пока нельзя бывать в Саду Ритуалов, но там каждый курс устраивает свой Шабаш, и все проходит интересно.

Элинор старательно записывала, как и большинство вокруг. Что-то она, разумеется, знала и до этого, но далеко не все. Она уже заранее предвкушала ритуальную часть Колеса Года.

– А сейчас немного более поздних легенд, – продолжил директор. – Бог Мабон был одним из тех, кто помогал рыцарю Килуху в поисках его невесты Олвен, дочери Великана-из-Великанов.

На этих словах класс, негромко хихикая, обратил внимание на Олвен Макферсон, которая продолжила чинно сидеть на своем месте, не сводя взгляда с преподавателя. Мастер Персиваль подождал немного, пока стихнет фырканье, и продолжил:

– В культуре друидов, которая дружественна Викке, Мабон представляется Зеленым Человеком, то есть божеством природы, символом возрождения и началом нового цикла. Это то, что касается мужского аспекта праздника. С женской стороны Осеннее Равноденствие – это время схождения Богини в Подземный мир. Хотя можно видеть упадок и угасание природы, холод и надвигающуюся темноту, этот праздник напоминает нам, что жизнь невозможна без смерти и время нового урожая придет вновь. Также это день поминовения умерших родственников женского пола. Мабон – праздник не шумный, а созерцательный. Этот день тесно связан с благодарностью и взаимопомощью среди ведьм, а также похвалой и подведением итогов. На третьем курсе мистрис Миднайт обучит вас магическому рукоделию.

– Мы свечи будем делать? – спросила практичная Агнес.

– Разумеется, мистрис Кардиган. Но, как вы понимаете, это практика. Значит, на будущий год. Теперь запишите еще немного теории. Цвета, соответствующие празднику Осеннего Равноденствия, – теплый коричневый, оранжевый, темно-зеленый и красный. Минералы – яшма всех оттенков, зеленый халцедон, лазурит, сапфир, желтый топаз, оливин и аметист. Благовоние для свечей и курительницы можно составить из произвольных частей лавра, вербены, полыни, плюща, еловых веток – естественно, все измельченное в порошок. Или соответствующие эфирные масла.