Рианнон Илларионова – Школа Хизер Блоссом (страница 23)
Элли немного удивилась тому, что учитель не предложил все убрать за собой, ведь на столах остались котелки с травяной гущей на дне, кувшины, стаканы и разнообразные крошки. Но, похоже, учитель никого не допускал к этой работе. Может быть, ему помогают? Словно услышав ее мысли, мастер Ланди произнес:
– Кстати, мне понадобится один лаборант на постоянной основе. Кто-нибудь желает?
Сразу несколько девушек из класса напряглись и засияли.
– Можно я? – негромко вызвалась темненькая Бре́нда. – Всегда хотела заниматься травами.
Элли она пока казалась самой серьезной из всех одногруппниц. Джулиан белозубо улыбнулся:
– Мистрис Мэддокс, почту за честь.
Остальные выдохнули и направились к двери.
– Ну счастливо, не кашлять, – произнес Доминик, выходя из класса и ни к кому конкретно не обращаясь.
Кто-то захихикал, проведя параллель с темой сегодняшнего урока.
– И вам того же, мастер О’Салливан, – заботливо произнес учитель, закрывая за вышедшими дверь.
Элли почти не заметила, как пролетел ее первый учебный день. Три увлекающих своей непривычностью урока, обед, отдых, чай, библиотечное время и ужин – все закрутилось, как в калейдоскопе. В столовой Элли теперь сидела вместе с Брианной и Агнес, да и остальные первокурсники невольно повиновались сакральным столам и разбивались на тройки. После ужина Агни осталась помогать Брину и Азре на кухне, Элли и Бри поднялись на этаж, и вновь в коридоре раздались странные звуки – на этот раз постукивание. Ошибиться было невозможно, теперь они слышали его обе.
– Может, это блуждающие порталы? – неуверенно спросила Бри, осторожно прикладывая ухо к стене.
– В каменной кладке?
– Ну, они же туман, если объективно смотреть.
Словно в ответ на ее слова, как бы издали раздался глухой звук барабанов. Из соседней комнаты высунулась разноцветная голова Шианн.
– Вы это тоже слышите?
Элли кивнула и подумала, что пирсинга у девушки-гота вроде бы прибавилось, хотя и не предполагала, кто его здесь может делать.
– Директору надо сказать, – заявила ведьма с разными глазами, – заниматься невозможно.
Голос у нее был такой недовольный, словно Элли и Брианна были лично виновны в этих потусторонних звуках.
– Ой, – послышалось из приоткрытой комнаты. – А вдруг это инопланетяне?
– Фионка, ты глупая совсем? – буркнула Шианн, слегка обернувшись, и дверь восьмой комнаты захлопнулась.
– Мне говорили, что школа странная, а я не верила. Мы же люди. Мы на Земле, – причитала Бри, открывая дверь в комнату.
– Ты когда-нибудь хотела быть «последней девушкой»? – спросила Элли, заходя следом.
– На планете, что ли? – Брианна опустилась на кровать, кидая рядом сумку с книгами и тетрадями.
– Нет, в фильме ужасов, – пояснила Элинор.
Бри изобразила гримаску отвращения.
– Не смотрю. Лучше романтические комедии.
Элли вздохнула. Она давно хотела найти компаньона по просмотру триллеров, одной бояться было как-то несподручно.
«Сколько новинок выйдет, пока я здесь учусь!» – подумала она с предвкушением.
– А тут на каникулы отпускают? – спросила Элли, продолжая недавнюю мысль.
Брианна сняла черную форменную жилетку и туфли и блаженно растянулась на покрывале.
– Я не поеду, – ответила она. – Большинство не поедет. Многим даже некуда особо. А так отпускают, конечно. Но тут интереснее, чем дома, – миракль, соревнования, из других школ приезжают смотреть и участвовать. К нам же только летом можно попасть, из-за Вуали.
Элли поняла, что по родителям совершенно не скучает. Все равно они с ней особо не разговаривали, интересуясь только оценками и еще иногда – голодная ли она. Относились к ней ближайшие родственники, по сути, как к животному: кормили, лечили, одевали, даже не спрашивая, что она хочет поесть или надеть.
«Они даже не попрощались со мной. – Элли тяжело вздохнула и потерла лоб ладонью. – И не напишут, скорее всего. Но я бы все равно не смогла им рассказать, что сейчас со мной творится, о Бри и Агни или о… Грэме».
Последнее имя она даже мысленно произнесла шепотом.
Происходящее в общежитии первого курса, разумеется, привлекло внимание мастера Баркли, тем более звуки постепенно захватили почти всю территорию школы: общежития, здания клубов и сам особняк. Большей части студентов они не особо мешали, те же, кто обладал чутким слухом, коллективно попросили у директора возможность спать в Башнях Факультетов, и им пошли навстречу до устранения причин. Первому курсу пришлось оставаться у себя, и некоторых это возмущало.
Элинор и не предполагала, что на территории школы так много волшебных существ. Раньше большая часть их жила в замке, прячась во множестве тайных закоулков и общаясь только с себе подобными. Но теперь они выходили на свет, что-то искали, творили свою магию, не скрываясь от студентов. Девушка жадно рассматривала этих созданий, когда сталкивалась с ними в коридорах, помещениях школы или общежитии первого курса. Все они были странными и причудливыми, многие пугающими, но вреда не причиняли, а к ней самой относились с явной симпатией, на какую только были способны, – улыбались и даже кланялись. Элли начала привыкать к такому соседству.
Вот и сегодня, возвращаясь вместе с Брианной в свою комнату, Элинор обнаружила в коридоре неизвестное создание иного мира – похожее, а скорее притворяющееся человеком. Бри быстро скользнула за дверь, словно ощутила, что к людям существо настроено не особо дружелюбно, но Элли что-то остановило, и она поздоровалась.
Существо с телом человека, но заостренными ушами, лошадиными копытами вместо стоп и слабо сияющими глазами без зрачков ответило на ее книксен поклоном до земли.
– Что вы ищете? – с вежливым интересом спросила Элли.
Существо молчало, словно подбирая слова незнакомого языка, потом гортанно произнесло:
– Слишком много магии. Светлой магии.
– Светлой? – удивилась Элинор. Это как-то не сочеталось с тем негативом, который школа и студенты получили от происходящего.
– Благой Двор… – пояснило существо, словно обнюхивая стены. Внезапно оно мгновенно выросло до потолка и изучило каменную кладку там. Потом вновь стало одного роста с Элинор.
– А вы кто? – спросила Элли, надеясь, что явно опасное создание мрака не разозлится.
Существо вновь поклонилось.
– Багге́йн… Имени нет. Ставлю ловушки.
Элли не успела задать вопрос, но новый знакомый уже пояснил:
– На светлых. Им здесь нельзя. Закрыто.
Элли понимающе кивнула и прошла в комнату, но на самом деле вопросов было много. Она положила сумку на стол и обратилась к Бри, которая уже успела переодеться в домашнее:
– Странно как… Утверждают, что нам вредит светлая магия.
– А чего странного? Магия – это энергия, а свет и тьма слишком гуманитарные термины.
Элли села на кровать.
– Я как-то привыкла, что свет – это добро, а тьма – зло.
– Значит, отвыкай, – отрезала Бри.
Но для Элинор это пока были слишком фундаментальные понятия, чтобы так просто от них отречься. И тот факт, что на светлых в этой школе ставили магические ловушки, тоже настораживал. Границы правды и лжи почти стирались, неясно было, кому здесь можно было верить на самом деле?
Тем временем в здании школы у преподавательского состава было внеочередное собрание по поводу происходящего.
– Значит, нас атакует Благой Двор? – с язвительным смешком уточнила Каландра, когда мастер Персиваль кратко обрисовал ситуацию.
– Так утверждают сами темные. Что это не их энергетика.
– А не могут ли эти темные врать? По мне – так могут… – Мистрис Хили не была идеалисткой.
Директор, напротив, еще сохранил детскую веру в чудо.
– Они здесь по своей воле. И хранят не только школу. Для них это – долг. Нет, они не будут нас обманывать.
– Значит, вы предлагаете пустить все на самотек? – уточнила преподаватель теоретической магии, светловолосая и светлоглазая, настолько юная, что ее саму можно было принять за пятикурсницу.
Гвендолин Бейли была самым последним приобретением опальной школы, полной вечных проблем. Директору было неведомо, за что ее, талантливого астролога, отправили из шотландского филиала Магистериума прямиком в «Хизер Блоссом». Обсуждать подобные темы в их заведении было не принято.
– Нам придется, – ответил Персиваль на вопрос мистрис Бейли. – Мы люди… они – бессмертные… Мы можем положиться только на иных бессмертных, темных, которые по стечению обстоятельств на нашей стороне. Как они сами говорят – эта вражда древнее звезд.