Ри Даль – Аптекарский огород попаданки (страница 1)

Аптекарский огород попаданки

Ри Даль

Глава 1.

Апрель 1877 г., Рязанская губерния, усадьба Демидовых

—

Груня постучала в покои княжны Александры трижды, как было велено — два быстрых удара и один с промежутком. Служанка очень старалась не перепутать последовательность и волновалась всякий раз, когда доставляла секретные послания для барышни. Знамо дело, не к добру такие переписки вести, не к добру. Однако Груня любила княжну всем сердцем, и сердце подсказывало ей, что наказ следует исполнять твёрдо, дабы и на себя беду не накликать.

Дверь распахнулась. Александра появилась на пороге, нетерпеливо пожимая коралловые губы.

— Не видал тебя папенька?

— Не видал, сударыня, не видал, — поспешно закивала Груня.

Княжна быстро впустила её в свою опочивальню, затворила вход. Немедленно схватила протянутый конверт с алой сургучовой печатью, на которой остался оттиск знакомого герба — скрещенные стрела и сабля на прямоугольном щите. Александра вскрыла депешу при помощи ножа для бумаг и извлекла прекрасный фолиант под обложкой из чёрной кожи. Открыла на первой попавшейся странице, чувствуя, как сердце её заходится от радости и довольства.

— Ох, опять ваша латынь, — вздохнула Груня, глянув через плечо сударыни. — А письмецо-то? Письмецо-то имеется?

— Имеется, — отозвалась Александра не в силах оторвать взор от страниц, будто блестевших золотом при свете горящей свечи.

— Ну, читайте ж, читайте, — настаивала Груня.

До дрожи хотелось ей услышать, как княжна станет зачитывать весточку. И княжна не преминула доставить удовольствие служанке, а заодно и себе.

— « Милостивая Государыня! Посылаю вам учёный труд, способный пролить свет на множество вопросов, что интересуют вас, и даровать ответы, которые вы ищите. Мне пришлось позаимствовать его в библиотеке Университета, но уверен, что в ваших руках ему будет милее и надёжнее. А пытливый ум ваш найдёт достойную пищу и возрадуется. Как бы мне хотелось вручить сей подарок лично в ваши прекрасные руки, но, увы, судьба распорядилась по-своему, разделив нас по разным губерниям, а теперь ещё и по разным землям… »

Александра прервала чтение и тяжело осела на стул.

— Ну, что ж там?.. — взмолилась Груня, в который раз жалея, что не состоянии самостоятельно прочесть ни строчки.

Княжна набрала побольше воздуху в лёгкие, ей стало дурно, но она постаралась удержать себя в руках, не поддаться нахлынувшим чувствам. Переведя дыхание, Александра продолжила:

— « …Я вынужден отправиться на Балканский фронт. Долг чести зовёт меня встать на защиту Отчизны от посягательств турок. Как только вернусь, обещаю, что откроюсь Вам, дражайшая Государыня. Помолитесь обо мне. Бесконечно преданный вам, В. Б. »

— Как же это за него молиться, коли имени своего не назвал? — с досады Груня аж руками всплеснула.

А вот княжна не пошевелилась, да и дышать уж не могла.

Война… Он отправился на войну…

Листок с посланием, выполненным красивым элегантным почерком, опустился к полу в ослабевшей руке.

— А больше ничегошеньки не написал? Совсем ни строчечки? — не отставала служанка, но Александра не слышала её.

Одна лишь мысль билась в ней раненной птицей: таинственный В. Б. может не вернуться с войны, как не возвращались многие, кто уходил на защиту Родины. Иные возвращались калечными, а про кого-то и вовсе вестей больше никаких не поступало. Всё, что княжна знала о загадочном благодетеле, что проживает он в Московии, и что вхож в Императорский Университет. Должно быть, врач или же просто человек любознательный с энциклопедическим кругозором.

Отчего прятал он себя, Александра не знала. Да и как в переписку с ней смог войти, понятия не имела. Ни ответить на письма без адреса, ни даже просто поблагодарить не оставил он возможности. И что же это? Вот так и сгинет всё одним махом? Так и не дано будет им свидеться?..

Глава 2.

Александра настолько углубилась в пугающие мысли, что не заметила, как дверь, которую она по спешке забыла запереть на ключ, снова открылась. Груня охнула и побледнела, тотчас отошла в тень у занавески. Княжна не пошевелилась, уставившись в суровое отцовское лицо.

— Опять?! — вскричал Иван Ипатиевич, завидев на столе оставленную книгу. — Опять ты свои глупости чинишь?!

— Папенька… — выдохнула растерянно княжна, но тут же собралась, чтобы дать отпор: — Папенька, это никакие не глупости! Я хочу и буду заниматься наукой!

— Да кто ж тебе в голову такое вбил?! Какие же бесы тебя обуяли?!

Он уже было метнулся к столу, намереваясь разорвать проклятую книжицу. Однако Александра поспела вперёд отца и преградила ему путь.

— Прошу вас, папенька! Христом Богом заклинаю! Не троньте! Не троньте!

— Что бы сказала твоя мать, покойная Надежда Осиповна? Царствие ей небесное… — князь торопливо осенил себя крестом. — Каково было бы её мнение, Александра? Обо мне не думаешь, так хоть о светлой душе матушки своей подумай!

— А я и думаю, — княжна обняла книгу, прижала к юной груди, будто только-только рожденное дитя. — Думаю, матушка бы благословила меня.

Иван Ипатиевич скорбно покачал заметно полысевшей за последние годы головой. Из пышных богатств у него остались только бакенбарды, которые от гнева растопорщились в разные стороны.

— Прекращать надо всю эту дуристику, Александра, — заявил князь, точно моментально постаревшим голосом. — Замуж тебе пора. Как Софья наша замуж пошла, так и ума в ней сразу поприбавилось. А ты всё маешься глупостью, не тем голову забиваешь.

— Ни в какое замужество я не желаю, — отрезала княжна. — Я учиться хочу. Слышала, в Англии в Университеты можно слушательницей устроиться…

— Да какая Англия?! — затопотал ногами Демидов. — Слышать больше ничего не желания ни про какую Англию! Завтра же напишу Ставрогину, что принимаю его предложение!..

— Что?! — руки у Александры так и задрожали, она едва удержала книгу. — Ставрогину? Помещику? Да как же вам не стыдно, папенька?..

— Мне стыдиться нечего, — осёк её отец и как-то посерел лицом. Не глядя, придвинул к себе стул, на котором княжна прежде зачитывала тайное послание, и грузно опустился на сидение. Вздохнул, утёр взмокший от волнения лоб кружевным платком. — Мы разорены, Александра. Скоро житья нам не станет совсем. Долги только растут, а продавать нам уж нечего.

Дочь поджала губы, слушая его речь. Она догадывалась, что дела их плохи, но не знала, что настолько.

— У Ставрогина есть деньги, — продолжал князь Демидов. — С ним ты как у Христа за пазухой жить будешь. А для меня, как для отца, это самое главное — чтобы дочери мои пристроены были.

— Но ведь я не люблю его, папенька… — сделала ещё одну попытку объясниться Александра, даже понимая, что аргумент этот откровенно слабый.

Иван Ипатиевич поднял к ней глаза:

— Стерпится — слюбится, душа моя, — он с трудом поднялся, глянул с отвращением на книгу, которую дочь по-прежнему держала в объятьях. Однако подымать новый скандал передумал, а лишь ещё раз заключил: — Свадьбе быть. И чем скорее, тем лучше. Это моё отцовское слово.

Он поцеловал Александру в лоб и вышел прочь. Как только в спальне воцарилась тишина, из-за шторы показалась Груня. Она так и простояла всё время диалога, прижавшись к стене и трясясь от страха. Княжна поглядела на служанку обречённо.

— Что же мне делать, Груня?.. — спросила она, не особо-то рассчитывая на дельный совет.

— Так замуж идти! — тут же нашлась с ответом Груня.

Александра повернулась к окну. Где-то там, в двух днях пути отсюда лежала Московия. А в Московии находился тот, кто дал Александре самую главную надежду в жизни — надежду стать той, кем ей всегда хотелось стать. То есть — самой собой. А настоящая она, настоящая Александра Демидова, больше всего на свете желала изучать науки, в особенности — медицину, врачевать людей, делать большое доброе дело. Неужели все эти мечты канут в небытие?.. Все до единой?..

— Решено, — сказала Александра своему отражению в стекле.

Груня вздрогнула от неожиданности.

— Свадьба? — спросила она с неподдельной радостью.

— Побег, — заявила княжна.

Улыбка служанки мигом погасла. Если барышня шутит изволит, то шутки у ей несмешные нисколечко. Однако Александра не шутила и не думала даже.

— Груня, — скомандовала она с лицом, полным непоколебимой серьёзности. — Беги в конюшню, подымай Антипа. Пусть запрягает экипаж. Едем немедля.

— Куда ж это? — взмолилась несчастная служанка. — Посредь ночи-то?!

— В Москву. Едем в Москву.

— Так ведь батюшка ваш дом запер, не пустит ни вас, ни меня.

— Ах, так? — Александра горделиво вскинула подбородок. — Значит, так тому и быть. Сама найду выход, и сама всё решу.

Груня не успела ничего предпринять, когда барышня распахнула створки настежь.

— Да что ж вы делаете-то?! Убьётесь!

Девушка кинулась к княжне, но та лишь зашипела в ответ:

— Тихо ты! Молчи! — Александра мигом прикрыла ладонью рот Груне. —Не хочешь со мной бежать, так и не надо. Мне только не мешай.

— Да как же это?.. Да зачем?.. С ума сошли, что ли?.. — причитала служанка, но всё-таки заметно тише.

Княжна глянула вниз — второй этаж, не очень высоко, но прилично.