Рейн Уайт – Если бы я знал (страница 99)
― Рыбный пирог? ― ахнул Джой с порога, учуяв запах. ―
То есть, если бы я не позвонил, вы бы мой любимый пирог сами
съели?
― Не, я бы завтра кусочек притащил, ― заржал
открывший дверь Димка. ― Мы днём ещё пекли, тебе там один
отложили.
― Один… ― проворчал Джой, стягивая куртку и швыряя
её на тумбочку. ― Это я удачно зашёл, потому что меньше, чем
на половину, не согласен.
― Увы, зайчик мой, половины уже нет, ― проворковала
мама. ― Но четверть для тебя точно осталась.
Она выплыла из-за поворота коридора и тут же крепко
обняла сына. Джой коротко вздохнул, но противиться не стал ―
обнял в ответ, легонько погладив по спине. Мама отстранилась
через десяток секунд, ухватила Джоя за плечи и, удерживая его
на расстоянии вытянутых рук, внимательно рассматрела.
― Похудел, ― вынесла вердикт она. ― Точно нужно
поесть.
Джой усмехнулся. Естественно, похудеть он не мог ― с
тем количеством сладкого, которое уничтожал Джой, реально
только набрать вес. Но да, поесть надо, потому что нормальной
еды сегодня в доме не было. А в остальном он всегда казался
маме бедным, несчастным и тощим.
Сама она была дамой в теле, не толстой, а уютно пышной, фигуристой. Крошечная, с эффектными верхними и нижними
девяносто (или скорее сто с лишним) и вполне узкими средними
шестьдесят (семьдесят семь). Для своих сорока семи выглядела
она потрясающе: золотистые, более тёмные, чем у сыновей, волосы волной ложились на плечи, светлые с зелёным отливом
глаза сияли, а с лица не сходила улыбка. Джою иногда казалось, что посетители приходят в ресторан именно ради улыбки шеф-повара, который искренне любит своё дело.
Вот даже в выходной пирог испекла.
― Я не похудел, ― проворчал всё-таки Джой, топая за
мамой на кухню, ― но от пирога не откажусь.
― А суп? ― добила мама. ― Будешь? Есть ещё пара
салатов, делала сегодня к заказу, а получилось слишком много.
― Можно и суп, ― согласился Джой, присаживаясь на
диван. ― А папа где, спит уже?
Мама оглянулась, одаривая его скептическим взглядом, и
направилась к холодильнику.
― Твой отец хоть раз ложился так рано? ― Она достала на
свет божий большую кастрюлю. Поставила ту на холодильник, выудила ещё и лист, закрытый фольгой, а потом продолжила: ―
Он у Егоровых. Вечер мужских посиделок.
― А чего Димка не с ними? ― поинтересовался Джой и
налил себе воды из графина.
Мужские посиделки были особым развлечением отца. Раз
в месяц они с друзьями собирались выпить пива, коньяка, ликёра, виски или иного горячительного. Димка нередко
увязывался за отцом, потому что посиделки чаще всего
устраивали у Егоровых.
― А Дима наш сегодня и так весь день с друзьями, ―
улыбнулась мама. ― Мы чего пирог-то стряпали: Никитка
приходил, а он его обожает. Прям как ты.
Вода тут же попала не в то горло, и Джой закашлялся.
Никитка? Или у его брата есть ещё один друг с этим чудесным
именем, или здесь сегодня был…
― Какой Никитка? ― прохрипел Джой.
― Ну, школьный друг. Помнишь, тёмненький такой? Он
раньше тоже иногда в гости приходил.
Джой покачал головой. «Тёмненького такого» он помнил, но, к счастью, не по старым временам. Боже, да Джой переехал, когда Димка учился классе в седьмом! Ники в то время был
другим, определённо. Скорее всего ниже, с ломающимся
голосом и… Джой мысленно стукнул себя. Только очередного
витка мыслей о Ники ему сейчас не хватало.
Блин, они реально любят один и тот же пирог?
― Какой же ты невнимательный, ― вздохнула мать, ставя
чашку супа в микроволновку. ― Никитка ― замечательный
мальчик, вы бы подружились.
О да-а, они и так подружились! Очень близко. А потом
порвали все связи к чертям собачьим.