Рейн Уайт – Если бы я знал (страница 195)
свой, то теперь понял, как катастрофически ошибался. Нет, полгода он жил спокойно: его ломало, выкручивало мыслями о
Джое, он скучал, страдал, пытался начать жить по новому. Всё
это было отлично! А вот последнюю неделю он действительно
сходил с ума. Потому что нельзя, просто
бояться отойти от человека даже на шаг. Это уже попахивает
безумием. А Никита боялся. Ему страшно было отпускать Джоя
даже к Ладе, что говорить об остальном? Но Джой недавно
соловьём заливался, придумывая правдоподобную ложь для его
сестры на тему «куда он делся и где живёт». А сегодня лишний
раз ткнул этим фактом. Конечно, Никита и сам не спешил
рассказать кузине, но… блин, Димке, наверное, он бы рассказал.
Тот давно уже должен был подозревать, что между его другом и
братом что-то происходит.
Мобильный зазвонил в четвёртый раз. Затем в пятый… Ай, плевать, скажет, что в гости зашёл, а Джой выскочил за
сигаретами!
― Да? ― выпалил Никита в трубку, принимая звонок.
― Джой? Ну наконец-то! Тут такая задница творится! ―
защебетала Лерика.
― Лер, Джоя пока нет, ― прервал Никита. ― Он отошёл, телефон дома забыл.
Рианова секунд десять молчала, а потом вдруг
восторженно взвизгнула:
― Никита? Господи, ты у Сашки? Вы помирились, да?
Помирились? ― И столько счастья было в её голосе, что Никита
аж стушевался. Переступил с ноги на ногу, неловко кашлянул и
скромно сообщил:
― Да. Передать ему что-нибудь?
― О. Мой. Бог! ― В трубке раздалась очередная порция
писков. ― А я ведь говорила Владу, что когда-нибудь запись
выстрелит, говорила, чтобы не удалял, потому что это было
слишком охрененно. И вот! Ты посмотрел, да? Боже, Никиточка, приезжай завтра Джою помогать на юбилей, я так соскучила-ась! Хочу нафотать тебя снова, потрясающе получается, и вас
вместе тоже обязана буду поймать. Вместе вы на фото просто
секс, такой химии ни у кого ещё не видела.
Слова лились сплошным потоком, Никита даже поспеть за
ними не мог, голова шла кругом. Точно уловил желание
пофотографировать их с Джоем и имя «Влад».
Влад!
― При чём тут геймер? ― хмуро уточнил Ники.
Лерика вмиг замолкла. Вспомнились старые вестерны, города-призраки, свист и ползущее по степи перекати-поле.
Рианова неловко откашлялась.
― Так запись же, ― пробормотала она, затем ещё тише
добавила: ― Вы не поэтому помирились, да?
― Не поэтому…
Лерика взвыла. Никита так и представил, как она рвёт в
ужасе своё светлое каре:
― Ёшки-матрёшки, Джой меня уроет. Слушай, не
рассказывай ему, что я вспоминала о записи, окей?
― Какой записи? ― Вопрос прозвучал требовательно, хотя у Никиты и так была догадка. Одна, пусть и не самая
приятная.
― Да неважно. Можешь вообще ничего не говорить, я
позже перезвоню и…
― Лер, что за запись? И может, я всё же передам Джою
причину твоего звонка?
― Да там время сбилось, просто попроси перезвонить! ―
выпалила она, отключаясь.
Вот и поговорили. Но Влад и запись в одном предложении
означают одно ― самый страшный его кошмар.
Никита собирался с силами почти час. Сварил кофе, убрался на кухне, сбегал выкинуть мусор, снова занялся кофе…
только когда нервы окончательно сдали, не позволяя забыть
визги Лерики, Никита открыл ноутбук и полез в закладки. Нет, серьезно, как они могли помириться из-за того стрима? Да они
только сильнее переругаться могли!
Новая вкладка уже прогрузилась, смех учителя-геймера
загрохотал в динамиках, когда из прихожей раздался голос
Джоя:
― Ники, а чего это у нас дверь не заперта?
Никита чуть воздухом не подавился. Торопливо воткнул в