Рейчел Кейн – Пепел и перо (страница 26)

Вопрос был глупейшим, на первый взгляд, однако Джесс с Морган сообразили одновременно. Джесс посмотрел на нее. Морган посмотрела на него в ответ.

– Сценарий, написанный скрывателями, – сказал Джесс.

– Под обложкой! – закончила Морган. – О Боже, и почему я до этого не додумалась?

– Потому что ты устала, а я умнее, чем вы думаете, – сказала Глен. – Мы можем сшить листы вместе, я готова пожертвовать на нитки свою запасную рубашку, если Томас способен выковать нам хорошенькую иголку. А для переплета…

– Глен, – сказал Джесс.

Она его проигнорировала, глядя только на Морган и продолжая:

– А для переплета можем использовать мои ботинки. Они из хорошей кожи. Помню, тюрки когда-то уничтожили библиотеку за кожаные переплеты, чтобы сделать ботинки для своих солдат. Думаю, пришло время сделать наоборот.

– Глен! – Джесс почти что вскричал, и обе девушки уставились на него с одинаковыми выражениями удивления и недовольства. – Нет.

– Почему нет? Идеальный план. – Глен снова посмотрела на Морган, которая кивнула. Ну конечно, она кивала, подумал Джесс. Ему стало дурно.

– Я могу написать сценарий, который скроет пересылку, и беседа будет один на один. Библиотека не сможет прочесть.

– И мы можем отправить послание твоему брату, – сказала Джессу Глен и вскинула брови. – И проблема решена, чего ты смотришь на меня так, словно я убила твою крестную матушку?

Джессу с трудом удалось сдержаться и не вышвырнуть Глен прочь из камеры, захлопнув за ней дверь.

– Морган и без того уже много всего сделала, – сказал он вместо этого.

– Джесс, – Морган положила свою руку на его ладонь, – больше никто это сделать не сможет. Прекрати. Прекрати пытаться меня защитить.

– Отлично, тогда займемся этим делом утром, – сказала Глен. Она вытащила из кармана колоду выцветших, помятых карт и добавила: – У тебя будет целая ночь, чтобы отдохнуть. Джесс? Хочешь сыграть?

– Сыграть? – повторил Джесс. Его изумление сменил гнев: на Морган за то, что она опять соглашается утомлять тебя; на Глен за то, что та, похоже, ничего не понимает. – Нет. Не хочу. – Он покосился на Морган, взглядом умоляя передумать, умоляя осознать, что она себя уничтожает, но она встретила его взгляд, не дрогнув. Все, что видел Джесс – темные круги под ее глазами. Легкую дрожь в руках.

Он был прав, она похудела за последние несколько дней. «Если сгоришь, то сгоришь быстро», – сказал Аскьюто. Не ужели она правда где-то в глубине души была объята пламенем? Сколько пройдет времени, прежде чем ее подведет здоровье или случится еще что похуже?

– Джесс, пожалуйста, – сказала ему Морган. – Пожалуйста, останься.

«Я не собираюсь наблюдать, как ты сгораешь», – подумал он и ушел в свою камеру. Укутался в одеяло на койке, пока остальные сели играть. Играли все. Даже Томас.

Джесс никогда прежде не чувствовал себя изгоем в их дружеском кругу, однако теперь он подумал, что если у них все получится, если брат Джесса прибудет, если план сработает, если они сбегут из Филадельфии… то впереди их ждут худшие времена. А ему, Дарио и Морган придется врать остальным, чтобы все сделать.

«Вот каково это».

Может, пора было к этому привыкать.

Записки

Выдержка на тему теории книгопечатания из работы профессора Платона, перенаправлено в Черные архивы. Доступно только для Верховного архивариуса

…известна распространенная практика нанесения заметок на таблички из мягкого воска, текст которых, кажется, по-детски просто воспроизвести на поверхности ткани. Простое нанесение краски на табличку приводит к тому, что при оттиске на ткани получается зеркальное отражение букв, начертанных на табличке. Я видел, как в подобные игры играют дети, вдавливая формочки в грязь, что приносило им невероятную радость. Очевидно, существует способ записать буквы зеркально для создания заметок при оттиске на ткани, которая может храниться долго в отличие от табличек, которые вытирают и используют каждый день. Мы переносим информацию на свитки, да, однако все равно в них есть вероятность ошибок, а на каждую копию уходит много времени и сил.

Мы должны найти способ для того, чтобы сохранить для будущих поколений знания, которые с таким трудом записываем и переписываем. Должны найти способ легко и быстро копировать информацию, тиражировать ее точнее, увеличить наши шансы на сохранение подобных знаний веками. Свитки уязвимы перед плесенью, могут быть повреждены водой и огнем, бурями… как и жизни людей.

Наши труды должны нас пережить, если мы хотим возвыситься.

Глава пятая

Глен разбудила Джесса в несусветную рань, когда рассвет был еще лишь мыслью на горизонте. Она прижала палец к губам и поманила его за собой, мимо все еще спавшего Томаса, наружу. Стражница на выходе встрепенулась, но Глен сказала:

– Мы никуда не идем. Будем здесь, в уголке.

Женщина, стоявшая на страже, кивнула и продолжила зашивать дырку на какой-то одежде. Однако она была не глупа. Все ее внимание сконцентрировалось теперь на них двоих, когда они отошли немного подальше.

– Если ты насчет вчерашнего… – начал было Джесс, но Глен его оборвала нетерпеливым жестом:

– Вот. Смотри. – Она скрестила на груди руки и уставилась на починенный, но явно оплавившийся угол здания.

– Вот что? Что мне полагается здесь увидеть?

Глен не стала утруждать себя ответом, лишь холодно на него посмотрела, и Джесс тут же вспомнил времена их тренировок. Она ждала, что Джесс сообразит сам, так что он попытался, уставившись на угол так, что глаза заболели.

И наконец-то его осенило.

– Тут… что-то не так, – сказал он.

Глен кивнула, явно радуясь тому, что ей не пришлось бить Джесса головой об оплавившуюся стену, чтобы он сообразил.

– А почему что-то не так? – продолжила она.

– Это из урока по риторике? Кто умер и назначил тебя профессором Вульфом?

– Замолчи и отвечай на вопрос. Если сможешь.

– Ну, хорошо, – сказал Джесс. – Тут повреждения отличаются. Если бы Библиотека швырнула бомбу из-за городской стены и та угодила сюда, то вся тюрьма бы пострадала, а не просто один угол. – «И, – подумал Джесс, похолодев, – погибли бы все». Чудо, что только Санти сильно пострадал, но Джесс был рад этому чуду настолько, что больше ни о чем и не задумывался.

Глен протянула Джессу острый осколок помутневшего от старости стекла. Когда он собрался было его взять, она сказала:

– Я вытащила его из-под завалов. Осторожно. На нем все еще следы токсинов. – Она отдала стеклышко, и Джесс взял его за маленький краешек, поднес к носу и понюхал.

Запах было не спутать – маслянистую смесь сладости и гнили. Джесс кашлянул и протянул стеклышко обратно, Глен завернула тот в тряпочку и спрятала в карман своих до ужаса немодных штанов, в которых ходила.

– Греческий огонь, – подтвердила он. – Но стекло слишком уж тонкое, чтобы швырять его из баллист.

– Именно. Это была бутылка, брошенная руками… – Глен рассчитала расстояние шагами, отойдя назад, чтобы посмотреть на повреждения. Никто, осознал Джесс, похоже, не обращает на них внимания, однако он отлично понял, что Глен имеет в виду, когда она произнесла: – Где-то здесь.

Они обменялись взглядами, и Джесс все понял. Кто-то стоял внутри города, когда швырнул бутылку. Кто-то в Филадельфии пытался их убить. Это вовсе не баллиста за городом так удачно промахнулась. На них напали нарочно.

Джесс оказался слишком зол, чтобы ответить, так что просто кивнул, сунул руки в карманы – привычка, он всегда так делал, когда думал, – и покачнулся на пятках.

– Думаешь, – начал он, – это было сделано по приказу Бека? Или же кто-то решил напасть на нас сам?

Глен вздохнула так, будто он был безнадежным.

– Джесс, отрасти мозг. Это стекло от взрывного снаряда, и тот, должно быть, был как минимум, хм, вот такого размера… – Она расставила руки, показывая, и Джесс кивнул соглашаясь. – Стекло здесь ценится. Как и греческий огонь. Так что у кого такие штуки могут быть в распоряжении?

– У Бека.

– И бутылка была полной. Значит, тяжелой, так? Кто-то пришел подготовившись. И сомневаюсь, что сделали это без разрешения.

– Бек знал, что библиотечная бомбардировка рано или поздно случится. Должен был знать, если отправил кого-то с греческим огнем. – Джесс изобразил пантомиму, будто бы швыряет бутылку на крышу тюрьмы, и в своем воображении увидел, как та падает и разбивается… не в центре крыши, где ущерб был бы максимальным. – Вот поэтому-то угол для снаряда катапульты неправильный. Однако Бек знал, что Библиотека нападет, и решил, что это скроет следы. Решил, что никто разбираться не станет.

– Выглядишь гордым за свою сообразительность. Это даже немножко очаровывает, – сказала Глен. – Но не думаю, что Вульф бы тебя стал особо расхваливать, так что и я не буду. Однако да. Все было спланировано, и это была хладнокровная попытка убийства.

– Думаешь, целью был именно Вульф? Или Санти? Или оба?

– Сомневаюсь, что Бека это волновало, – сказала Глен. – Бек думает, что без них нами будет легче манипулировать. Он, поди, чертовски разочарован, что результатом стало лишь ранение, а значит, он попытается снова. Нам необходимо, чтобы Вульф с Санти были снова рядом с нами. Немедленно. – Она колебалась, что было непохоже на Глен, прежде чем добавить: – Давай поговорим о Морган. А именно о том, почему ты пытаешься ей мешать.

– Не смешно, Глен.