Рейчел Джонас – Не его Золотая девушка (страница 42)

Он засел у меня в голове так глубоко, хотя, учитывая нашу историю, я считала это невозможным. Я все время о нем думаю, постоянно ищу его в толпе.

Например, как сейчас, пока жду посадки в автобус, который отвезет нас на игру. Уэст, его братья и Джосс будто без вести пропали. И я не единственная, кто это замечает. Тренер снова и снова устраивает перекличку и выглядит взволнованным. Похоже, отсутствие Голденов – причина, по которой мы до сих пор не рассаживаемся по местам, так что я стою на месте и дрожу с ног до головы.

В прогнозе говорилось, что сегодня будет тепло, но, по-моему, все еще стоит мороз. Особенно учитывая, что перед поездкой у меня была тренировка, а затем я выбежала из раздевалки, наскоро приняв душ. Мокрые волосы, заплетенные во французскую косу, холодят шею.

Чтобы отвлечься от замерзания, я отправляю сообщение Скар. Хочу убедиться, что она нормально добралась до закусочной. Джулс согласилась подвезти ее после школы, и, насколько я знаю Скар, она наверняка ныла всю дорогу. О том, что ей приходится сидеть и ждать, пока дядя Дасти закончит работу. Но это не только дает ей время сделать домашнее задание, но также дарит мне душевное спокойствие.

Я нажимаю «Отправить», а затем убираю телефон, чувствуя на себе чей-то взгляд. Паркер смотрит смело, ни капельки не смущаясь. Я почти ожидаю, что ее губы искривит привычная ехидная ухмылка, но вместо этого вижу только злобный взгляд. Наполненный всей горечью, которую она заслужила. Наверное, для нее это кошмар. Она так старалась уничтожить меня, но в итоге я выдержала шторм. А вишенка на торте – ее парень достался мне.

Я слегка улыбаюсь, когда отвожу от нее взгляд. Вдыхаю холодный воздух, каким-то образом перебарывая желание пробраться через толпу и надрать задницу этой сучке.

Не отвлекайся, Блу. Паркер не играет роли. Она сделала свой выстрел, но ты все еще стоишь. Это победа.

Я продолжаю повторять это себе, чтобы не наделать глупостей. Пока мантра работает, но если Паркер сделает хоть одно неверное движение, я за себя не ручаюсь.

На стоянку въезжает машина, и все поворачивают головы. Сердце начинает бешено колотиться, когда я понимаю, кто это.

Мои глаза прикованы к «Шевелле» Уэста, как, похоже, и у всех остальных. В конце концов, вся троица Голденов выбирается наружу, а за ними Джосс. Парни достают из багажника рюкзаки и спортивные сумки, затем возвращаются на свои места, чтобы прихватить закуски и кофе в подстаканнике, и только потом направляются к нам. Конечно, я смотрю на Уэста, и через несколько секунд он тоже смотрит на меня.

Я слегка улыбаюсь, и он сверкает улыбкой в ответ. Я ожидаю, что он и его компания просто направятся в конец очереди, но вместо этого все четверо идут ко мне.

Уэст подходит первым, балансируя подстаканником с двумя напитками. В другой его руке маленький бумажный пакет.

– Как же прекрасно, что вы соизволили присоединиться к нам, ребята, – говорит тренер, и его голос такой же угрюмый и разочарованный, как и внешний вид.

– Извините, что опоздали, – отвечает Уэст. – Остановились, чтобы кое-что сделать.

Он поднимает пакет, что вызывает у тренера раздраженное закатывание глаз, а у Уэста – улыбку. Затем подходит прямо ко мне.

– Один твой, – говорит Уэст, протягивая мне подстаканник. – Я разрывался между кофе и горячим шоколадом, но решил, что горячий шоколад безопаснее.

Я смотрю на него и, черт возьми, снова улыбаюсь.

– Горячий шоколад – хороший выбор. Спасибо.

Уэст отвечает кивком.

– Нам пришлось побывать в нескольких разных пекарнях, чтобы найти ту, в которой готовят для людей с аллергией на орехи, но думаю, мы нашли то, что тебе понравится, – добавляет он.

Думаю, я знаю, почему они чуть не опоздали. Потому что он старался изо всех сил ради меня.

– Я сказала ему взять штрейзель с корицей, – вмешивается Джосс. – Все остальные варианты звучали так, как будто их выбирала моя бабуля.

Я смотрю на нее, слегка посмеиваясь.

– Спасибо.

– Ты просто не могла позволить мне насладиться благодарностью, да? – ухмыляясь, ворчит Уэст себе под нос.

Джосс, понимая, что украла его момент, игриво прижимается к его плечу.

– Ой, погоди, нет! Идея принадлежала исключительно Уэсту, все усилия по поиску пекарни были целиком его. Клянусь, единственная роль, которую я сыграла, – это выбор маффинов, – обещает она.

Я снова перевожу взгляд на Уэста.

– Что ж, даже если тебе немного помогли, я все равно это ценю.

Он смотрит на меня, пожалуй, слишком пристально, но я не отворачиваюсь. Я подмечаю, насколько мне с ним легко. Насколько мы гармоничны, когда не пытаемся причинить друг другу боль.

– Ладно, загружаемся, – инструктирует тренер.

Мы подходим к двери, автобус медленно заполняется, и, оказавшись внутри, я чувствую себя немного не в своей тарелке. Я имею в виду, конечно, кажется, что Уэст и команда хотят, чтобы я сидела с ними, но мне не хочется делать никаких предположений. А потом выставлять себя полной дурой, понимаете? Поэтому, вместо того чтобы выглядеть жалкой неудачницей, я плюхаюсь на первое попавшееся место.

Однако, когда я это делаю, на меня устремляются четыре пары любопытных глаз. Я моргаю, чувствуя, что только что каким-то образом облажалась.

– Э-э… мы не сидим впереди, Саутсайд, – сообщает мне Уэст с ухмылкой, от которой мне вдруг становится жарче, чем от стакана кофе в руке.

Ладно, очевидно, я все-таки сижу с ними. Мои усилия не чувствовать себя полной идиоткой только что пошли прахом.

Джосс берет меня за руку, а затем тянется к Уэсту, соединяя наши ладони вместе.

– Вот. А теперь показывай дорогу, Царь Мидас, – дразнит она.

Я все еще чувствую себя немного скованно, пока мы стоим в очереди, но когда Уэст мягко поднимает меня на ноги, я без колебаний следую за ним. Особенно учитывая, что он не отпускает мою руку.

Я смотрю на него под этим углом – он, ведя меня за собой, неторопливо направляется к тому месту, на которое нацелился. Ошеломляющий рост Голденов объясняет, почему они немного пригибаются, чтобы не удариться головами. Что ж, как бы я на него ни смотрела, Уэст всегда впечатляет.

Мы останавливаемся у ряда кресел. Когда Уэст поворачивается ко мне лицом, одна из его идеальных бровей выгибается. Он спрашивает:

– У окна или у прохода?

– У окна, – отвечаю я, и меня подводят к сиденью, после чего Уэст опускается рядом.

Он берет мой напиток и маффин, пока я снимаю рюкзак. Затем я делаю то же самое для него. Клянусь, кажется, будто мы делаем так всегда, что только усиливает ощущение правильности всего происходящего.

Автобус заполняется, и Дэйн со Стерлингом занимают места через проход, в то время как Джосс садится прямо перед нами. Вместо того, чтобы оставить место для кого-то еще, она складывает на свободное сиденье все наши сумки.

– Итак, – бодро говорит она, широко улыбаясь. – Я слышала, ты сегодня идешь с нами на вечеринку. Это правда?

Я киваю.

– По крайней мере, таков план.

– Круто. Короче, там есть клуб «для взрослых», все думают, что мы в этот раз туда сходим. Он практически по соседству с нашим отелем. Я глянула местечко в инете, и, судя по отзывам, у них очень классная музыка, – добавляет она, отхлебывая из стакана.

– Я так давно не была в клубе, что даже и не припомню, – признаюсь я.

– Не твоя тема? – спрашивает Джосс.

Я пожимаю плечами и отщипываю маленький кусочек от своего маффина.

– Скорее, у меня нет времени, – шучу я. – С учебой, тренировками, работой и присмотром за сестрой единственное, чего мне хочется, – это поспать.

Замечаю, что я единственная, кто после этих слов по-прежнему улыбается. Похоже, я порчу всем настроение своими реальными проблемами.

Упс.

Когда автобус трогается, мой взгляд устремляется в окно. Уже стемнело, и мы будем заперты здесь несколько часов. Заметка для себя: только не сделай эту ситуацию неловкой.

– Сколько лет твоей сестре? – спрашивает Джосс, удивляя меня своим мгновенным возвращением к теме, которой, как я думала, они все хотели избежать.

– Четырнадцать. Скоро у нее день рождения, в январе.

– Вы близки?

Я киваю, и этот вопрос напоминает мне, как сильно я буду скучать по этой соплячке в выходные.

– Да, – признаю я. – Но ей уже надоело, что я командую.

Джосс смеется, и я допиваю остатки своего горячего шоколада, а после ставлю стакан рядом с собой на пол.

– А как насчет тебя? У тебя есть братья или сестры? – спрашиваю я.

Она качает головой, и ее длинные косы шевелятся.

– Нет, только я. Я бы хотела, чтобы у родителей был еще один ребенок. Может, тогда они бы меньше наседали на меня.

– О да, черт подери, – поддразнивает Дэйн. – Но они все равно нашли бы причину, чтобы доставать тебя.