Рейчел Джонас – Эти Золотые короли (страница 36)
– Идите, повеселитесь, дорогие мои. Но поверьте, эти мальчишки не дадут вам, красавицам, уйти, как только вы попадетесь им в руки. Что подводит меня к следующему пункту – приглядывай за своей сестрой.
Она смеется, а я нет.
Когда мы с Джосс бросаем взгляды на Скарлетт, та приподнимает бровь и невинно улыбается. Трудно сказать, искренне или нет.
– Они не могут быть настолько ужасными, – говорю я, но взгляды, которыми обмениваются тетя Шерил и Уэст, говорят об обратном.
– Сколько им лет? – спрашивает Джосс.
– Пятнадцать-шестнадцать, но они – настоящий ад на колесиках. Можешь спросить подполковника Сандерса, – со смешком говорит тетя Шерил. – Бедняга Бун каждый день не может решить, то ли обнять их, то ли убить. К счастью для них, у него большое сердце и терпение святого.
– Мы скоро вернемся, если сможем выбраться оттуда, – обещает он тете, повторяя мои слова, а затем протягивает мне руку, и я встаю.
Уэст ведет нас через широкий двор к костру вдалеке, откуда уже доносятся звуки буйного смеха и громкой музыки. Мы подходим ближе, и теперь я могу различить настоящие голоса. Они глубже, чем я ожидала услышать от группы пятнадцати-шестнадцатилетних подростков. Услышав кузенов Уэста, вы бы никогда не догадались, что они такие юные. Или… увидев их.
Семь высоких силуэтов окружают костер. Двое, как я знаю, Стерлинг и Дэйн, но на самом деле определить, кто есть кто, невозможно. Один взгляд в сторону Скар – и я практически слышу, как ее гормоны, словно чертов двигатель, издают рев.
Их лица освещает бушующий огонь, и становится совершенно ясно, что в этой семье просто нет непривлекательных людей. Трудно поверить, что с Голденами-Лэндри может хоть кто-то сравниться. Словно по команде, Скарлетт проводит пальцами по своим темным волосам, чтобы убедиться, что она выглядит прилично, прежде чем мы подойдем слишком близко.
– А как же Шейн? – наклонившись, шепчу я ей.
– Повзрослей, Блу. Если я не хочу выглядеть как бродяжка, то это еще не значит, что я пытаюсь привлечь их внимание. Мне это ничуть не интересно, – настаивает она.
В тот момент, когда парни замечают нас, их оживленный разговор стихает, и всеобщее внимание переключается на нашу четверку. Или, точнее, на
– Неужто это Царь Мидас?
Услышав эти слова, Уэст поворачивается и встречается взглядом с единственным блондином из всей компании. Он подходит к Уэсту, заправляя за уши прядь кудрей длиной до плеч.
– Блин, чувак! Когда я видел тебя в последний раз, ты был мне всего по локоть. Чем вас тут кормят, черт подери? – со смехом спрашивает Уэст, поворачиваясь, чтобы представить нас. – Бо, я хотел бы познакомить тебя с моей девушкой Блу, ее сестрой Скарлетт и другом семьи, Джосс.
– Приятно наконец познакомиться, – говорю я, пожимая руку Бо.
– Взаимно, – вежливо отвечает он. – И я правильно расслышал? Тебя зовут Блу?
Улыбаюсь и киваю.
– Да. Странное имя, знаю.
– Ничего странного, – пожимает он плечами, не отводя от меня взгляда. – Если тебе станет скучно в большом доме, я только что купил новый пикап. Я запросто смогу заехать за тобой. В Дюпон-Байю есть на что посмотреть.
Я не совсем уверена, что и сказать, ведь он дружелюбен, но, может быть, даже
Взгляд Уэста задерживается на моей руке, которая все еще находится в руке Бо.
– Ладно, на этом этапе ты либо отпускаешь ее, либо теряешь гребаный палец, – с улыбкой предупреждает Уэст. Когда Бо переводит взгляд с меня на своего старшего кузена, становится ясно, что он намеренно пытался вывести Уэста из себя, флиртуя со мной. Что сработало блестяще.
Бо смеется и наконец отпускает меня, отступая на несколько шагов. Видимо, на случай, если угроза Уэста не так уж пуста, как может показаться.
– Мои пальцы – это моя жизнь, – рассуждает он. – Они нужны мне для игры на басу и, ну, ты знаешь… для
– Иди-ка ты на хрен, – рычит Уэст, с широкой ухмылкой бросаясь к Бо и игриво хватая того за горло. Я представляю, как много мебели ломается в доме, когда эти восемь парней собираются все вместе.
Бедный Бун.
Без Уэста в качестве прикрытия я вынуждена приветствовать еще двух его кузенов. На этот раз близнецы. Внешне они похожи, но в плане стиля – полные противоположности. Один из них щеголяет в темных джинсах и рубашке на пуговицах, рукава которой закатаны до локтей. Он носит очки – уверена, они придают ему куда
– Вы, должно быть, Ривер и Стоуни, верно?
Они кивают.
– Собственной персоной, – произносит тот, что в повседневной одежде, прежде чем представиться. – Стоуни.
– Ривер, – добавляет тот, что в очках.
Еще до того, как они успевают что-либо сказать, подходит Дэйн и прерывает их, обняв обоих за плечи.
– Клево вырядились, пацаны.
Стоуни кивает и благодарит Дэйна, но Ривер смотрит в небо, будто даже не слышал слов кузена.
– Похоже, вы, два сопляка, все еще воруете всякую хрень. – Когда Дэйн заканчивает говорить, он срывает ценник, свисающий с рукава Стоуни.
– Вот дерьмо, – шепчет тот себе под нос, краснея, словно знак «стоп».
– Вы ж богатые, – замечает Дэйн. – Все, что вам не покупают родители, докупает дедушка. Может, объясните мне, почему вы до сих пор считаете нормальным выносить из торгового центра то, за что вы не заплатили?
Близнецы переглядываются, и от меня не ускользают лукавые ухмылки, искривляющие их губы.
– Потому что… у нас это чертовски хорошо получается? – предлагает Ривер, пожимая плечами.
Расстроенный Дэйн срывает очки с лица Ривера, прежде чем тот успевает остановить его, а затем начинает втаптывать их в грязь.
– Какого хрена, чувак? – протестует Ривер, явно разозленный, но, похоже, понимающий, что Дэйн мог бы запросто надрать ему задницу, если бы захотел.
– И какой дебил сказал тебе, что ты выглядишь круто в очках, которые тебе, черт возьми, даже не нужны? Никто так не делает, – заключает Дэйн и уходит, бросив ребятам воображаемую дуэльную перчатку.
Наверное, можно и не говорить, что они разбегаются кто куда, после того как Дэйн хорошенько пропесочил их. Но, судя по тому, что я только что услышала, им это было нужно. Стерлинг приводит четвертого брата, и он первый, кто хоть немного спокоен. Не застенчивый и определенно не невинный, возможно, просто осторожный в выражениях.
– Дамы, это Китон.
Нас удостаивают вяленьким взмахом руки. Китон, очевидно, под жестким кайфом. Парень, наверное, даже не знает, какой сегодня день.
Я машу в ответ, Джосс и Скар делают то же самое, но когда он проводит рукой по щетине на подбородке, я замечаю костяшки его пальцев. Они в синяках, как будто он недавно подрался. Мне ли не знать. У меня не раз были подобные синяки.
Или, может, он ударил кулаком по зеркалу или стене, как некая тупица, которую я знаю.
Теперь я могу с уверенностью предположить, что его мрачный, тихий вид – просто результат того, что он курил.
– Уэст сказал тебе, что парни играют в группе? – спрашивает Стерлинг.
– Нет, впервые слышу. Это очень круто. На чем ты играешь, Китон? – спрашиваю я, даже не уверенная, что парень сможет связно ответить.
– На барабанах.
Я смотрю на него, ожидая продолжения, но его не случается.
Покачав головой, Стерлинг оставляет попытки завязать с ним разговор и уходит. В этот момент Китон, спотыкаясь, возвращается к шезлонгу, из которого Стерлинг вытащил его, и, усевшись обратно, пялится на звезды.
Я тихонько смеюсь про себя. Скорее всего, паренек под чем-то серьезным, потому что, клянусь, он будто бы не с нами.
Прислонившись к стволу ближайшего дерева, последний кузен Голденов поднимает взгляд, и его пальцы замирают на гитаре. Заключительная, протяжная нота риффа, который он только что сыграл, растворяется в ночи, и внезапно наступает тишина.
У него тот самый грозный взгляд, который я часто замечаю у Уэста, но вместо привычных зеленых глаз-сердцеедов у этого паренька темные глаза. Как будто смотришь в колодец посреди ночи. Его кожа выглядит загорелой, что я легко вижу даже в тусклом свете костра, но это немного странно. Сейчас разгар зимы, поэтому я могу только предположить, что этот ровный бронзовый оттенок, скорее всего, для него вполне естественен.
Завеса почти черных как смоль волос ниспадает на его торс, закрывая большую часть лица, но я вижу достаточно, чтобы понять – он нашел себе цель.
Мою сестру.
Близнецы стоят по обе стороны от него, и он наклоняется влево, чтобы поговорить с Ривером, но его глаза не отрываются от Скарлетт. Когда я наблюдаю за ним сквозь пламя, то вспоминаю знакомую ситуацию из прошлого. Тут вообще много параллелей с той ночью в Беллвью, когда я впервые заметила Уэста.