Рейчел Джонас – Эти Золотые короли (страница 35)

Она впервые упоминает этого парня при мне, но я помню тот день в кабинете директора Харрисона, когда я подслушала телефонный разговор Уэста и Дэйна о нем. Мистер Куба определенно является яблоком раздора между Дэйном и Джосс.

– Значит… он просто друг?

Она поднимает на меня взгляд и смеется.

– Неужели в это так трудно поверить?

Я пожимаю плечами.

– Не так трудно, как поверить в то, что вы с Дэйном не хотите поиметь друг друга.

Ее лицо заливает румянец, а это значит, что я попала в точку.

– Ладно, ладно, – фыркает она. – Я не говорю, что между нами ничего нет, но мы дружим с двенадцати лет, и мы такие разные, понимаешь?

– Ты когда-нибудь слышала, что противоположности притягиваются?

– М-м-м, думаю, мы слишком противоположны, – рассуждает она. – Я девственница и не собираюсь это менять. Особенно теперь, когда случай с отцом научил меня, что мужчинам доверять нельзя. – Она делает паузу и закатывает глаза, прежде чем продолжить. – Между тем, Дэйн не планирует прекращать, ну, знаешь, делать то, что он делает. Я не осуждаю его, просто констатирую факты. Мы те, кто мы есть, и это сводит нас обоих с ума.

Джосс смеется, но мне кажется, будто она оправдывается. Впрочем, я не обращаю на это внимания.

– Да и вообще, что способно разрушить крепкую дружбу лучше, чем упоминание о романтических чувствах?

Когда я искоса смотрю на нее, Джосс снова смеется.

– Я понимаю, но разве тебе хотя бы немного не любопытно, какой он?

Сначала я думаю, что она проигнорирует вопрос, но потом она улыбается.

– Ладно, может, я и фантазировала разок-другой о том, чтобы отдать ему свою девственность, но только потому, что мы уже близки и я доверяю ему свою жизнь.

Ее объяснение звучит смутно знакомо, и я бросаю взгляд на Скарлетт.

– А еще я фантазировала о нем, потому что – давай признаем – он чертовски горяч, – признается она. – Я на девяносто девять процентов уверена, что секс с ним был бы потрясающим. К тому же, для него это действительно что-то значило бы, понимаешь? Мы не любим друг друга в том самом смысле, но… между нами все же есть какая-то форма любви.

Я пытаюсь сдержать улыбку, но безуспешно.

– Я так и знала.

– Но, – заявляет она, – я буду стоять на своем. Никогда в жизни я не стала бы рисковать потерять его дружбу, если бы что-то не сложилось. Так что это останется только фантазией.

Пока что я позволю ей думать, будто верю в это.

– Как вы вообще подружились?

Джосс поднимает взгляд, и на ее лице появляется отстраненная улыбка.

– Ну, я думаю, он всегда был моим рыцарем в сияющих доспехах. Даже тогда.

Когда она замолкает, я, признаться, ерзаю на краешке матраса.

– Это был первый день в шестом классе, я тогда только переехала в Сайпресс-Пойнт. Мы с Дэйном попали в один класс, и мне отвели место позади него и еще одного мальчишки, который потом уехал. Тогда я была немного застенчивой, поэтому не сказала ни слова. Никому. Но тот парень все поворачивался на своем стуле, бросал на меня злобный взгляд через плечо, – добавляет она довольно торжественно. – В общем, учительница начала проверять посещаемость, и когда назвала мое имя, тот мальчишка пробормотал себе под нос отвратительный расистский комментарий, который услышали только мы с Дэйном. Короче говоря, Дэйн встал со своего места и ударил соседа, сломав ему нос, – добавляет со смехом Джосс. – Их обоих отстранили от занятий, как только узнали всю историю, но когда Дэйн вернулся через несколько дней, мы стали вроде как неразлучны.

– Черт, ужасная ситуация.

Джосс кивает.

– Так оно и было. Со мной и раньше случалось нечто подобное, но Дэйн был первым, кто вступился за меня. Я имею в виду, его отстранили за участие в драке из-за какой-то девчонки, которую он даже не знал.

Она на несколько секунд погружается в свои мысли, переживая этот момент заново, затем ее взгляд снова устремляется на меня.

– Впрочем, хватит обо мне. А как насчет того парня, Рикки? Он был у тебя первым?

Я киваю.

– Ага. На самом деле мы с Рикки прошли через все, что только предлагает мир отношений. Так уж получилось, что нам лучше быть просто друзьями.

Она бросает на меня красноречивый взгляд.

– Что?

– Просто интересно, уверена ли ты, что он верит в теорию о том, что «вам лучше быть просто друзьями». Потому что, глядя на эту ситуацию со стороны, кажется, будто он все еще влюблен в тебя. Я имею в виду, Уэст чертовски уверен, что так оно и есть.

Я несколько раз открываю и закрываю рот, прежде чем могу произнести хоть слово.

– Ладно, мы расстались не самым лучшим образом, но я живу дальше. Хочется верить, что однажды Рикки найдет кого-то, кто поможет ему двигаться дальше.

Она все еще смотрит на меня, но на этот раз легонько посмеивается.

– Как скажешь, сердцеедка.

Я слегка толкаю Джосс, и ее смех сменяется задумчивой улыбкой.

Я знаю, разговор со мной чудесным образом не решил всех ее проблем, но надеюсь, что Джосс, по крайней мере, чувствует себя менее одинокой. В конце концов, у всей нашей команды проблемы в семье, а родители далеко не идеальны. Единственная разница в том, что еще неделю назад Джосс понятия не имела, что это так.

Нам всем нужно отдохнуть, и остается только надеяться, что крошечные огоньки, которые мы оставили в Сайпресс-Пойнте, не превратятся в настоящий пожар, пока нас не будет.

Глава 25

Блу

Так вот как выглядит семья.

Я оглядываю двор, рассматривая, наверное, около пятидесяти или шестидесяти человек, и все они – родственники Голденов. Лишь один-единственный раз я пережила нечто подобное, когда попала на семейное торжество. А учитывая репутацию Райли, можно с уверенностью предположить, что это была катастрофа. Майк напился и подрался с одним из своих троюродных братьев за игрой в покер, из-за чего всю нашу семью из пяти человек выгнали вон.

К счастью, эта встреча совсем не такая.

Все, что я вижу, – это веселящихся людей. Здесь звучит хорошая музыка, много смеха и столько еды, что хватило бы накормить целую страну средних размеров. Большинство гостей собралось вокруг одного из пяти костров, чтобы согреться. По сравнению с Сайпресс-Пойнтом тринадцать градусов тепла кажутся почти невыносимой жарой. Днем было около двадцати одного, и жара стояла до вечера. Будто бы эта встреча обязана была состояться.

С того момента, как мы спустились, чтобы присоединиться к вечеринке, к нам с девочками привязалась тетушка Уэста, Шерил. Мы заняли столик неподалеку от каменного фонтана и болтали обо всем на свете – от телевизионных шоу до наших планов на жизнь после колледжа.

Ее предложение о том, что мы с Уэстом должны сыграть нашу будущую свадьбу здесь, в особняке Лэндри, – ее идея, не моя – прозвучало, пожалуй, не слишком тонко. Очевидно, она считает, что когда дело доходит до любовных отношений, то у нее есть некая чуйка, и что мы с Джосс отлично подходим для ее внучатых племянников. Джосс настаивала, будто между ней и Дэйном ничего нет, но в конце концов перестала протестовать и просто слушала, как тетя Шерил рассказывает о местных традициях. Оказывается, прошло уже много лет с тех пор, как семья устраивала здесь свадьбы, и что это, как известно, грандиозные мероприятия, которые нельзя пропустить. Кто знает, может быть, однажды желание тетушки исполнится.

Легкое как перышко прикосновение к шее заставляет меня вздрогнуть. Когда я поднимаю взгляд, то обнаруживаю изумрудный взгляд Уэста. Он выглядит расслабленным. Клянусь, мне нравится, что это место делает с ним. Он идеален и дома, но в Сайпресс-Пойнте на его плечах лежит невидимый груз: Уэст чувствует, что вынужден соответствовать представлениям о том, кем его считают люди. Но здесь? Он просто старший внук Буна Лэндри.

А не звезда футбола.

Не сын Вина.

Лишь Уэст, и для меня этого более чем достаточно.

– Не возражаешь, если я украду девочек ненадолго, тетя Шерил?

Она сияет, услышав вежливую просьбу Уэста.

– Конечно, нет. Я достаточно долго их забалтывала.

Уэст одаривает ее доброй улыбкой, тетушка отвечает тем же.

– Стерлинг прислал сообщение. Приехали наши кузены, и им не терпится познакомиться с вами тремя, – объясняет он со смехом. – Видимо, дедушка очень хорошо вас разрекламировал, дамы.

Супер. Обожаю быть под микроскопом.

– Дэйн и Стерлинг уже ждут, – добавляет он.

Я бросаю взгляд на тетю Шерил.

– Мы вернемся, если сможем выбраться оттуда, – шучу я, начиная чувствовать себя немного виноватой за то, что прерываю беседу.

Она улыбается и машет мне в сторону Уэста.