Рейчел Джонас – Эти Золотые короли (страница 38)

– Уверена, это самое не рождественское, что я когда-либо делала, – фыркает Саутсайд, все еще пытаясь отдышаться, лежа у меня на груди.

– Ты бы предпочла порно? – спрашиваю я, бросая взгляд на экран кинотеатра.

– Я так не сказала, но «Эта замечательная жизнь» кажется странным выбором, – рассуждает она, пытаясь пронзить меня взглядом, но на ее губах появляется призрачная улыбка.

– Ну, не таким уж странным. Учитывая, что ты кончила меньше чем за пять минут, – поддразниваю я, и она ударяет меня по руке, как я, собственно, и ожидал.

– Девушки так могут. Секс портится, только если парень рано выходит из игры.

– Этого никогда не случится, так что даже не стоит и говорить.

Она приподнимает бровь, будто я сейчас вызвал ее на схватку, в которой она намерена победить.

– Посмотрим, – заключает она, соскальзывая с меня и ложась на одеяло, которое я расстелил на ковре, когда мы только пришли сюда.

Фильм продолжается на заднем плане, а мы смотрим на потолочные стропила.

– Не могу поверить, что у Буна есть настоящий кинотеатр. А «Старбакс» здесь тоже имеется? Я бы не отказалась от кофе, – поддразнивает она, а затем зевает.

– Нет, тебе просто нужно отдохнуть. Наверное, мне следовало дать тебе немного поспать, но иногда я бываю чертовски эгоистичным.

Блу хихикает, когда я поворачиваюсь на бок и прокладываю дорожку из поцелуев по ее шее, после чего замираю, и мои губы касаются ее напряженного соска. Я медленно беру его в рот. Затем ее хихиканье переходит в тихий стон.

– Я думала, ты сказал, что мне нужно отдохнуть, – поддразнивает она со вздохом.

– Это не моя вина. Ты же знаешь, я бессилен, когда ты голая, – говорю я, прижимаясь к ее коже, вызывая у нее новый смешок.

Только когда она снова зевает, я отступаю и даю ей пространство. Бедная девочка на пределе сил. Однако, похоже, не спешит уходить. Вместо этого она задумывается, ее взгляд вновь скользит по черно-белым изображениям на экране.

– Ты хорошо провела вечер? – спрашиваю я, проводя рукой по ее гладкому животу.

Она слегка улыбается, и я вижу ее глаза.

– Ага. Твоя двоюродная тетушка потрясающая, – сияет Блу. – Очевидно, она уже планирует нашу свадьбу здесь, в особняке Лэндри, как-то так.

Я смеюсь, представляя, каким образом проходил этот разговор.

– Извини, если она тебя напугала.

Саутсайд с ухмылкой пожимает плечами.

– Не особо. Удивительно, но мысль о том, чтобы провести остаток своей жизни с тобой, не так уж и пугает.

Всякий раз, когда Блу заводит разговор о нашем будущем, я не чувствую того страха и разочарования, которые охватывали меня, когда подобное вытворяла Паркер. В случае с Саутсайд все, что мне нужно, – это машина времени, дабы ускорить события, чтобы мы смогли поскорее добраться до того момента, когда она будет носить мою фамилию, и когда мы станем наконец ночевать вместе, в одной постели. Как и сейчас, мысль о том, что я не смогу вот так лежать с ней до восхода солнца, причиняет почти физическую боль.

– Как прошел разговор с твоим дедушкой? – спрашивает она, вырывая меня из недолговечных фантазий.

– Да вроде неплохо. Он рассказал совсем немного, но у него есть какая-то коробка с вещами, которые он хочет мне показать. Говорит, что это могло бы нам помочь. Как я понял, он нанял частного детектива еще до того, как мама вышла замуж за Вина. Дедушка хотел убедить ее, что это плохая идея, но все доказательства, которые он ей преподнес, не имели значения. Думаю, она была влюблена в отца и хотела верить, что все будет хорошо.

Саутсайд задумывается.

– Как думаешь, что он хочет тебе показать?

Я пожимаю плечами.

– Не уверен, но одно мне известно точно: Бун Лэндри – один из самых находчивых людей, которых я знаю.

Кажется, это ее успокаивает, и, прижавшись губами к моим губам, она снова зевает.

– Так, ладно. Пора в кроватку, – объявляю я, садясь, чтобы поискать нашу одежду.

Надеюсь, мне удастся незаметно провести ее обратно в дом. Если повезет, дедушка спит или, по крайней мере, читает у камина в своей спальне, как обычно.

Мы встаем и одеваемся, затем я собираю одеяла и выключаю кинотеатр. После этого вырубаю обе лампы, которые оставил включенными, затем мы запираем дверь и выходим. Зажав одеяло под мышкой одной руки, а свою девушку – под другой, я снова позволяю разгуляться воображению. Мы с Блу будем вместе всегда.

У меня уже была мотивация исправить ситуацию, в которую мы вляпались, однако теперь все поменялось. Теперь я хочу не только сохранить те отношения, что у нас с Блу уже есть. Но еще и позаботиться о том, чтобы провести всю свою жизнь с единственной девушкой, которая имеет для меня значение. Единственной девушкой, которую я когда-либо любил.

Глава 27

Блу

Блу: Счастливого Рождества, милашка.

Джулс: Счастливого Рождества, Би Джей! Кстати, о Би-Джеях[2], как продвигаются выходные?;)

Блу: Какая ты забавная. Все круто! В первый день мы все вместе поехали есть морепродукты. А вчера мы в основном просто отдыхали. Дедушка Уэста научил нас как делать настоящие луизианские бенье[3].

Джулс: Оооо… сделай мне, как вернетесь домой!

Блу: На самом деле я просто подавала ему ингредиенты, а как бенье были готовы, съела целых три штуки. Клянусь, желудок до сих пор полон. Но это не помешало мне слопать две тарелки гамбо[4] на ужин.

Джулс: Да кто считает вообще? Ты же в отпуске!

Блу: Мне целый месяц придется носить брюки с эластичным поясом, ха-ха.

Джулс: А Уэст даже не заметит. Парень ослеплен любовью.

Блу: Это чувство определенно взаимно.

Джулс: Под елкой что-нибудь крутое нашла с утреца?

Этот вопрос заставляет меня перевести взгляд в угол нашей общей спальни, где на моем пустом чемодане лежит подарочный пакет с моим именем на бирке. Семья Лэндри подарила каждой из нас, девочек, по дорогой сумочке и подарочной карте, чтобы нам не пришлось тащить домой кучу подарков, однако моя любимая вещь подарена Уэстом: изготовленный на заказ золотой браслет с тремя подвесками, свисающими с цепочки.

Первая подвеска была в виде пламени, она символизировала тот первый раз, когда мы увидели друг друга у костра в Беллвью. Вторая имела форму молочного коктейля – напоминала наш первый поцелуй в закусочной, после того как Уэст обвинил меня в том, что я плюнула в его стакан. Признаю, в этом я была виновна, но он это заслужил. Третья подвеска – сердечко, ведь, по словам Уэста, его сердце всегда будет у меня.

Блу: Я покажу тебе все, когда вернусь домой.

Джулс: Окей. Безумно рада, что ты счастлива. Жаль, что не могу быть там с тобой:(

Блу: В следующий раз.

Джулс: Обязательно! А теперь иди, наслаждайся своим мужчиной и Рождеством. Люблю тебя, женщина!

Блу: Я тоже тебя люблю. Похоже, мне предстоит сыграть в «правду или действие». Пожелай мне удачи <3

Я кладу телефон в ящик прикроватной тумбочки и спешу вниз. Судя по тому, что я слышу, после ужина семья заметно оживилась. Я иду на шум и обнаруживаю, что наша команда и пятеро «диких» парнишек, с которыми я познакомилась пару дней назад, расположились в просторной гостиной. В огромном камине из красного кирпича вовсю потрескивает огонь, а компания готова сходить с ума из-за самой захватывающей игры в «правду или действие», которую я когда-либо видела. Ну, по крайней мере, так мне сказали.

Должно быть весело.

Или не очень.

Я оглядываю комнату в поисках Скарлетт и нахожу Линдена – самого настойчивого из пятерки – сидящим рядом с ней у камина. Он наклонился вперед, упершись локтями в колени, и улыбается, а то, что он говорит, кажется, так очаровывает мою сестру, что у нее скоро сорвет крышу, а может, и трусики. Будем надеяться, что этого не случится.

Прошлым вечером Скар хорошо сопротивлялась его чарам, но я не уверена, как долго она сможет продолжать в том же духе. Да, Шейн ей дорог, но этот парень, похоже, может стать тем самым сердцеедом, который заставит ее передумать.

Уэст замечает меня, прерывает свой разговор с Ривером и Стоуни и хлопает рукой по диванной подушке. Пока я отправляла сообщение Джулс, он освободил мне место между собой и Джосс. Поразительно, но Дэйн заставил ее смеяться, свободно и непринужденно, а это значит, что она вновь стала больше похожа на саму себя.

– А ну-ка возвращай сюда свою сексуальную попку, – стонет Уэст мне на ухо. Я устраиваюсь рядом, меня тянет к нему, будто пчелу к меду, но я ловлю себя на том, что стесняюсь целовать его в губы.

В комнате ведь Скарлетт, пусть она и не обращает на меня ни капли внимания, но я стараюсь вести себя прилично в ее присутствии.

Стараюсь.

Между тем Уэст целует меня в шею. Жар его губ перемещается к ключице, и я слегка пихаю его, чтобы остановился. Если он продолжит в том же духе, мы точно не станем играть в «правду или действие». Уэст отстраняется с улыбкой, но я все равно чувствую на себе его пристальный взгляд. Он знает, как меня завести.

Каждый чертов раз.

– Так, ладно, теперь, когда все в сборе, да начнутся игры, – объявляет Дэйн, улыбаясь так, словно собирается открыть очередную партию рождественских подарков. – Кто хочет начать?

Меня не удивляет, что ни одна из девушек не поднимает руки в воздух. В отличие от дикой пятерки: каждый из них так и жаждет начать игру.