Рэнди Доун – Завтра в эфире (страница 4)
Дернув еще раз (послышался треск), Старр наконец сорвала с головы проклятую тряпку. Быстренько поменяв руки, выпуталась из рукава, и блузка упала на пол. В квартире было прохладно, и по коже тут же побежали мурашки.
– Завтра все поймешь. – Джейсон снова был на проводе. – Или почти все. Ну ладно, кое-что поймешь.
– Мне взять…
– Возьми только себя. Может, еще одежду на смену. Некоторое время ты здесь пробудешь.
– А сколько…
– Ладно, ты меня подловила: иногда Врата капризничают. – И снова его отвлек какой-то шум, Старр услышала в трубке, как цокают по полу каблуки. – Они открываются только на несколько секунд, так что приходи, пожалуйста, вовремя.
– Валентин, будь любезен, в коридоре перед моей гримеркой кулер! – сказал звучный и недовольный женский голос.
– Знаю, Фиона… – Джейсон, видимо, прикрыл трубку ладонью. – Погоди минуточку…
– В последний раз кулер плевался кипящим кленовым сиропом, я не желаю снова испортить платье! – Эта Фиона все повышала голос.
Старр удивленно подняла брови. У них в студии кто-то жить не может без блинчиков? А от Фионы, видимо, ничего хорошего ждать не приходится.
У Джейсона вырвался нервный смешок, а потом он закашлялся.
– Этого не должно было случиться.
Фиона хмыкнула.
– В последнее время ты частенько так говоришь. Изволь переставить этот свой новый кулер – куда угодно, хоть в задницу свою мифическую, но перед своей гримеркой я его не потерплю! Все понятно?
– Панова флейта! – выругался Джейсон. – Я поскакал. Увидимся завтра.
И повесил трубку.
Старр так долго пялилась на телефон, что экран успел погаснуть. В голове звенело. Нужно было срочно выпить.
Она глотнула вина и чуть не подавилась пуговицей.
И вот в одну минуту шестого Старр стояла перед бетонной стеной. Судя по карте, с местом она не ошиблась. И ворота тут имелись, хотя пройти через них не представлялось возможным. Впервые за много лет от нее пахло утром не кофе и шкварками, а мылом Dove, ландышевым шампунем Herbal Essences и мюсли с изюмом и орехами. По дороге сюда Старр чувствовала азарт и была готова ко всему.
Вот только не к тому, что с ней сыграют злую шутку. А была ли это шутка? За столиком номер пять сидели весьма чудные ребята. Старр до сих пор не понимала, каким образом кофе превратился в воду. Хотя в шоу-бизнесе чудиков полно, и чаще всего самые чокнутые всем и заправляют. Они любят уязвлять чужое самолюбие. Может, Старр в очередной раз ошиблась.
Но… Джейсон над ней не смеялся. Не спрашивал про ее размер. Даже резюме не попросил. Появился вдруг, как луч во тьме, спаситель для забуксовавшей прекрасной дамы. Расхаживал по Нью-Йорку с приклеенными рогами и фальшивым хвостом.
Старр навела справки, но никто слыхом не слыхивал о сериале под названием «Настройся на завтрашний день». Все дружно соглашались, что имя Джейсон Валентин звучит совершенно фантастически, но никто не знал такого продюсера. Поначалу Старр сомневалась, стоит ли вообще идти, как-то от всего этого дурно пахло. В шоу-бизнесе полно типов, которым понятие границ неведомо, отчасти потому, что эта индустрия специализируется на создании миров, где границ и правда нет и где часто попадаются потрясающие красавчики. И всегда находится кто-то, кто готов воспользоваться этой красотой и обычно прилагающимся к ней хрупким эго. Старр не раз пересекалась с так называемыми воротилами шоу-бизнеса, которые вели себя так, будто они главные герои в собственном кино, а Старр рядом с ними всего лишь эпизодическая актриска.
Она снова вспомнила Джейсона. Он очень красивый. А что, если он потребует, чтобы она ради роли легла с ним в постель? Сделала ему «массаж»? От этих мыслей ладони вспотели, а в голове зашуршало и зашипело, как тогда в трубке. Старр не хотелось верить, что Джейсон из таких. Он ее разглядел. И что-то в ней нашел.
Она может и подождать. Но вот сколько придется ждать?
– Черт! – закричала она в третий раз и пнула бетонную стену. Туфельки у нее были тонкие, и удар больно отдался во всей ноге.
– Эй! – крикнул кто-то высоким чистым голосом. – Что тебе сделал этот забор?
Старр резко развернулась. В нескольких футах от нее прислонился к дереву какой-то парень в кожаном плаще с длинными заплетенными волосами (хотя это вроде были не косички) и с книгой в руках. Он был худым и бойким, глаза темнели чернильными пятнами. У ног, обутых в мартинсы, лежал битком набитый рюкзак, разукрашенный термонаклейками: «Всем импичмент» – значилось на одной, на другой была изображена роза в кругу, а подпись гласила: «Не вреди, но не ведись», третья взывала: «Используй правильные местоимения».
– Я тут должна была кое с кем встретиться.
– Точно? – Он убрал книгу под мышку. Заплетенные волосы шевелились, хотя никакого ветра не было, и будто жили собственной жизнью. – Тут только мы, бедные-несчастные.
– Может, я пришла не туда.
– Если в переносном смысле, то все мы где-то не там.
Повисла длинная пауза. Старр уже подумывала уходить.
– На самом деле, у меня тут не встреча, – призналась она наконец. – Мне сказали, что тут будут… ворота.
– Понятно, – кивнул парень. – Так вот тебе ворота.
– Но ворота должны куда-то вести. Я же не купаться пришла.
– Где-то в четверти мили отсюда я вроде видел прекрасные такие ворота. – Он махнул рукой куда-то в сторону Бей-Ридж. – Большущие, черные, железные. Все в завитках. Выскочили словно из ниоткуда.
Старр сглотнула. Значит, все-таки перепутала цифры. И как теперь успеть туда добежать? Она подняла с земли сумку с вещами и чуть было не бросилась бегом, но вдруг заметила, что парень усмехается.
– Да врешь ты все, – выпалила она.
Он посмотрел на часы.
– Ну это мы узнаем через пару секунд.
Парень наклонился, сунул в рюкзак книжку («Дневники мотоциклиста» Че Гевары – у Джерри такая была, но потом он выяснил, что она вовсе не про мотоциклы, и выкинул).
– Любишь почитать на досуге?
– Да, когда не помогаю со сценариями. – Он взмахнул сжатой в кулак рукой. – Власть народу, друг мой. Власть мификам.
Внезапно по дорожке пронесся сильный порыв ветра, и тщательно уложенные, пахнущие ландышами кудряшки упали Старр на глаза.
– Мификам?
Усмешка превратилась в широкую развязную улыбку, а ветер тем временем усилился.
– Люблю запах новичков по утрам! – завопил парень, перекрикивая вой. – Я Янус. Можешь звать меня Ян. Предпочитаю местоимение «они» и множественное число.
– А! – Старр кивнула. О чем-то таком она и подозревала. – Хорошо, поняла!
Но ее ответ потонул в реве, прямо посреди дорожки вихрь закручивался в воронку. Старр ухватилась за плащ Яна, чтобы ее не сдуло. Ветер свистнул резко и пронзительно, будто достигнув наивысшей точки, и вдруг все смолкло.
В ушах у Старр звенело.
Она повернулась к старым заржавленным воротам и решила, что ее, видимо, стукнуло по голове отлетевшей веткой. Замок на воротах открылся. Воду залива на той стороне скрывал темный бурлящий туман, а в центре него вращалась воронка. По ногам потянуло влажным и холодным. Ян двинулись прямо к туману, но Старр мертвой хваткой вцепилась в их плащ.
– Эй! Я из-за тебя опоздаю. Мне тогда Эмма глаза выцарапает.
Эмма. Та самая, которая рвала в клочки салфетки за столиком номер пять. А значит, туда-то Старр и надо.
– А ты… ты ее знаешь? И Джейсона? И Криса? И…
– Конечно, знаю! Мы вместе работаем!
От ужаса Старр не могла пошевелиться: ни вперед шагнуть, ни рукав Яна выпустить. Все это не может быть взаправду. С другой стороны, если все-таки взаправду, то и работа тоже будет настоящая. А если работа настоящая, у нее есть шанс.
«Если я его не провороню».
– Дамочка, либо оставайся, либо иди, только рукав мой отпусти! – разорялись Ян.
Времени на размышления не было. «Либо герой, либо домой. Стань манго».
И тут Ян рванулись вперед и с нечеловеческой силой дернули плащ. Старр раскинула руки в стороны, ноги ее оторвались от земли, и она прямо с сумкой влетела точнехонько в середину туманной воронки.
Ворота со щелчком захлопнулись.
Глава 3
Поймай падающую звезду
Джейсон Валентин снова посмотрел на часы и постучал мыском своего дизайнерского сапога по линолеуму. В прозрачном пластиковом каблуке тихонько плеснуло.
Всего несколько минут.
На самом деле его звали вовсе не Джейсон и не Валентин, но при звуках его истинного имени у смертных носы выворачивались наизнанку. За многие тысячелетия Джейсон выучился вести себя среди людей как воспитанный фавн и уважать их несовершенство. Своими соображениями он поделился и с остальными работниками студии, по его настоянию все здесь носили хоть какую-нибудь одежду, использовали в присутствии актеров псевдонимы и не забывали о концепции времени.