Ренат Аймалетдинов – Четвертая стена. (страница 47)

— Нет, — Алекс ответил коротко и четко.

— Ох, жаль. Я уж думала тебя похвалить и сказать, что у тебя талант. Музыка необычная, и она хватает за душу. Да и слова весьма метафоричные… Кто же автор, если не секрет.

— Скажем так… Эта песня человека, без которого меня нет, — сказав это, Алекс отключил синтезатор и направился к выходу из комнаты, в котором стояла Грета, перегородившая ему путь.

— Этого человека больше нет? — она спросила его. Я не понимаю, зачем она решила задать такой бестактный и грубый вопрос. Хотя… Это же Грета, и она могла так. Алекс ничего не ответил… Прикусил нижнюю губу, потоптался на месте и вышел из комнаты; Грета больше его не держала. Выйдя в холл, он вернулся в комнату, где мы с ним спали. На разных диванах, если что… Ну, так… К слову. А еще… Когда я проснулся, Алекса не было дома.

Начиная с этого момента, мой клиент еще не раз рассказывал о подобных эксцентричных выходках Алекса. Уже во время нашей следующей встречи, он поведал мне, что после того случая его друг не выходил на связь вплоть до 31 декабря. А затем, без каких либо предупреждений, заявился в квартиру. Правда, это, скорее, был приятный сюрприз. Алекс пришел с мандаринами, двумя бутылками шампанского и пачкой бенгальских огней. Он был очень весел, но не «навеселе». Судя по всему, у Алекса было хорошее настроение, и он решил поделиться им с остальными. А, возможно, оно было таковым, так как он хотел и ждал повода, чтобы вместе со своими приятелями провести время.

Со слов Кирилла всю ночь Алекс был трезв и из всего обилия алкоголя лишь под бой курантов опрокинул один бокал игристого. Он определенно хотел душевно повеселиться. Но суть в том, что такие перепады характеризуют его эмоциональную нестабильность. И то, что мне после рассказал Кирилл Еремеев, подтвердило мои предположения.

Уже 1 января Алекса как будто подменили. Все разошлись в ночь, а он остался ночевать у меня. Причем спал он прямо на полу. Ну, так вот: я проснулся где-то в районе обеда. Проснулся из-за шума. Даже не так… Это скорее был истошный вой. Зайдя на кухню, я увидел Алекса, сидящего в окружении различных бутылок. Среди них была водка точно. Но все остальные… Какие-то ликеры или… Не знаю, я в этом не разбираюсь. Судя по всему, он делал коктейли. Но суть в другом: пока я спал, он успел накупиться этим добром, намешать его и выжрать. Причем немало. Ах, да, Алекс постоянно, вне зависимости от места, был в одежде с длинным рукавом. Мне кажется, ему есть, что скрывать…

Алекс был в сознании, но едва что-либо соображал. А тот вой издавался из его телефона. Оказывается, это была музыка. Я привык, что Алекс слушал агрессивный панк-рок и ню-металл, но это было… Я даже жанр не могу определить. И даже описать. Песня «Deserted dreams» от группы «Flesh and Space» — лучше послушайте сами. Первое время мне было как-то все равно. Ну, напился, и ладно. Не мое дело и все в таком духе. А затем я стал чувствовать какую-то ответственность и… Вину. Словно это из-за меня он в таком состоянии. Я принялся его толкать и приводить в чувства, повторяя: «Эй, Алекс, просыпайся. Вставай, Алекс, надоел, трезветь пора». И в какой-то момент Алекс резко очнулся, крепко схватил меня за руки и потянул к себе. Я упал на него, и он меня обнял. На доли секунды мне даже привиделось, что он думал меня поцеловать. Но это вряд ли… Мы лежали, он меня не отпускал и издавал странные звуки: что-то между истеричным смехом и затяжным плачем. А затем… Спустя минут десять… Он уснул.

Подобные случаи не были единичными. На новогодних праздниках Алекс частенько был пьян. И пил он немало. Но при всем при этом, он пил только в одиночку. Большую часть времени он приходит ко мне уже «под дудкой». Еще от него постоянно несло сигаретами. А один раз, мне показалось, даже мочой. Но это не точно. И все это время он носил повязку на глазу, которую ему, якобы, врач прописал. Только вот иногда она оказывалась у него на другом глазу. Я всегда принимал Алекса в дом, потому что на улице холодно, и, хоть он жутко меня бесит теперь, я не хотел, чтобы он умер на морозе. И… В конечном итоге, я решил обратиться к специалисту за советом.

— Знаете, Кирилл, такое чувство, что у Вашего друга пограничное расстройство.

— Что это?

— Куда важнее то, о чем это говорит. Я полагаю, что Ваш друг склонен к гипомании, а также допускаю вариант, что он находится в затяжной депрессии. Он постоянно стремится оказаться в гуще событий и не хочет оставаться наедине с собой. По идее, ему бы хватило только лишь Вашего общества, то так как Вы, скажем, не отвечаете ему взаимностью, он пытается заполнить пустоту в себе и другими людьми. В противном случае, ему ничего не остается, как заниматься саморазрушением.

— Ну так почему он не найдет себе новых друзей?

— А это уже вторая сторона медали. Его депрессия подразумевает фрустрацию и страх двигаться вперед. Он зациклен на прошлом и в нем ищет спасение. В каком-то смысле, у Вашего приятеля ничего не осталось.

— А спасение от чего он ищет?

— От себя самого. Из Ваших рассказов понятно, что Алекс боится оставаться с самим собой. Возможно, с ним случилась какая-то беда или он успел получить психологическую травму. Это не дает ему ни заводить новые знакомства, но и в одиночестве оставаться не позволяет. Сложно ему.

— И что мне делать?

— Попробуйте с ним поговорить напрямую. Не резко, а постепенно, но чтобы основная тема была ясна. Алекс должен понять для себя, что ваши с ним пути разошлись уже. Ему надо дать толчок для перемен. Не будьте с ним жестоки и грубы. Но при этом настаивайте на своем. В противном случае, это будет длиться вечно, а сам Алекс превратится в паразита по типу червя, с которым больной делит тело. Тот не спешит наружу; он зреет в сколькой темноте, как плод, который Вам не нужен.

— Хорошо, я Вас понял. Спасибо!

Прошло два дня. Сейчас на календаре 24 января 2018 года. Сегодня в 19:00 ко мне должен придти Кирилл. Я думал спросить у него, каков прогресс. Мой клиент вошел в мой кабинет, и вид его был подавлен. Не дожидаясь, когда тот сядет на кушетку, я спросил его: «Кирилл, что случилось?». На что мной был получен короткий и исчерпывающий ответ: «Алекс покинул меня».

Глава XXIV

На дворе 23 января 2018 года. Новый год — новые победы… Кто-нибудь скажет. Ну а я же скажу, что мне и так неплохо. Хотя кого я обманываю… За бортом -10 градусов, а часики натикали полдень. Джерри ушел на работу, а я напросился к нему в дом. Я часто так делаю теперь. Я не хочу оставаться в той мертвой квартире, и уезжаю туда ночевать всегда с жуткой неохотой. На самом деле, я очень расстроился в ноябре, когда узнал, что для меня нет тахты в этой квартире. Да… Все пошло совсем не по плану. Теряю хватку; возраст дает о себе знать. Черт, рассуждаю, словно я какой-то старик.

Но нужно радоваться тому, что имеется. А я прекрасно отдаю себе отчет, что в этой квартире я нахожусь на птичьих правах и только за счет доброты душевной Джерри. К слову о нем… Его как будто подменили. Он стал совсем другим человеком. Скрытным, но не таким, как тогда весной 2015, когда он мутил ту тему с наркотиками. Боже, как давно это было, а чувство такое, словно только вчера. Кажется, что зайдет в квартиру Максим, сядет за ноутбук, и я поспешу с револьвером на другой конец Москвы спасать своего закадычного друга. Да вот только Джерри позиционирует себя так, что он мне больше не друг, а я ему лишь старый приставучий знакомый. Эх… И револьвера моего больше нет… Даже не помню, что с ним стало. Одно радует: Максим, наверняка, сейчас счастлив. Узкоглазый везунчик!

Нынче я без работы; лишь с переменным заработком, о котором бы я предпочел не распространяться. И мне ничего не остается, кроме как залипать в различные игрушки на ноутбуке Джерри. Например, сейчас я иду в школу со своей лучшей подругой. И вот сюрприз — она снова опаздывает. Но у нее есть какой-то клуб, и она хочет, чтобы я к ней присоединился. Ну, что же, была не была! Милая игра в стиле графической новеллы. И персонажи интересные. Думаю, это поможет мне отвлечься от дурных мыслей. В конце концов, что может пойти не так в истории про литературный клуб?

Но, увы, мой покой был потревожен звонком в дверь. Это была Грета. «Неожиданно», — подумал я и мигом отворил дверь. У нас завязался небольшой разговор. Она что-то брала у Джерри и забыла вернуть; вспомнила только сегодня и тотчас помчалась, пока не забыла. Эх, Грета, как всегда, в своем репертуаре. Хорошая девушка: веселая, жизнерадостная, безбашенная, но при этом умная и начитанная. С ней идеально слушать «Постмодернистские частушки» в исполнении Псоя Короленко. Завидую я Ане. Лесбийское проклятье!

— Слушай, извини за тот вопрос, — Грета неуверенно и робко начала диалог, словно боялась обидеть или задеть за живое.

— Какой?

— Ну, тогда — зимой; когда вы у меня оставались в гостях.

— Ах, этот — вспомнил я и на мгновение замолчал, а затем продолжил, — Да все нормально. Не бери в голову.

— Но ты же врешь, — обескураживающе ответила она и сразу же задала новый вопрос, — Почему ты боишься рассказать все, как есть?

— Я не обязан тебе…

— Мне — нет. А вот Джерри мог бы поставить в известность, — Грета перебила меня, не дав закончить предложение. Поняв, что мне нечего сказать более, она дополнила, — Тебя не было два года. И хоть я относительно недавно член вашей компашки, я все прекрасно знаю. И ты это знаешь тоже — он ждал тебя. Ждал, сколько мог. А ты его убивал в какой-то степени. И то, какой он сейчас, и как он себя ведет с тобой — это твоя заслуга. Не строй из себя жертву.