Рэн Асахина – Наведите порядок внутри себя. Управляйте ментальной энтропией своей жизни (страница 1)
Рэн Асахина
Наведите порядок внутри себя. Управляйте ментальной энтропией своей жизни
Предисловие автора. Борьба с энтропией — задача на всю жизнь
«Безчувственность» взрослых
«Почему я не могу быть счастливым?» Много лет назад один старый друг прислал мне такое сообщение.
Тогда я не придал этому значения: «Разве это не нормально? Каждый день работаешь по 996, а дома нужно заниматься детьми — кто в таких условиях может быть счастливым?».
«Нет, нет, нет», — поспешил он поправить меня, — «в эти дни не нужно работать сверхурочно, детей жена увезла в путешествие, но я всё равно не могу заставить себя почувствовать хоть немного радости». У этого старого друга успешная карьера, счастливая семья, и он обычно завален работой. Раньше он был заядлым геймером и всё время твердил, что хочет пройти игру «Легенда о Зелде: Дыхание дикой природы». Теперь у него появилось много свободного времени, но, несколько раз взяв в руки геймпад, он так и не смог заставить себя играть и в итоге ничего не сделал.
Вот как.
Трудность сосредоточиться на игре, когда занят важными делами, ещё можно понять, но когда не хватает сил даже на то, что ты любишь больше всего и что приносит чистое удовольствие, это действительно серьезная проблема. Посмотрите вокруг, а потом посмотрите на себя: такое состояние «безразличия» становится всё более распространённым среди городских жителей. Это также раскрывает одну из истин мира взрослых:
мы всегда думаем, что несчастны из-за ограничений, налагаемых внешними условиями, таких как слишком большая загруженность на работе, недостаток денег, необходимость нести семейные обязанности и так далее. Если бы мы так и не смогли достичь этих условий — ладно, но самое страшное — это оказаться в ситуации, подобной той, в которой оказался мой старый друг: все условия выполнены, но как только он расслабился, то осознал, что на самом деле «не в порядке» сам — это действительно удручает.
На самом деле, то, что мы обычно называем «несчастьем», — это не просто эмоция и не обязательно следствие каких-то событий, а состояние, называемое «бесчувственностью»: даже обладая материальными условиями и социальным статусом, превосходящими наши потребности, нам по-прежнему трудно ощутить радость и счастье в жизни.
Вместо того чтобы говорить, что мы не можем быть счастливыми, лучше спросить: почему мы больше не чувствуем счастья?
Размышляя о «счастье», объявляем войну энтропии
Я тоже дважды попадал в такое состояние.
Впервые это произошло более десяти лет назад, когда я только что закончил университет и, работая в одной из игровых компаний, прошел путь от менеджера проекта до бизнес-аналитика, и мне посчастливилось стать свидетелем того, как эта отрасль пережила период упадка, затем расцвела, а затем снова пришла в упадок.
Это была волшебная, но полная надежды эпоха: не только в игровой индустрии, но и в других развивающихся отраслях, да и во всем обществе царила атмосфера безудержного энтузиазма, и все верили, что они — «свиньи на гребне волны». В то время социологический термин «внутренняя конкуренция» ещё не вошёл в общественное сознание, но каждый уже молчаливо участвовал в этой «гонке», и я не был исключением: бесконечные сверхурочные, бесконечные проекты, новые идеи, постоянно всплывающие в голове, и каждый день, возвращаясь домой ближе к рассвету, я ещё по дороге переживал это болезненное удовольствие.
Объективно говоря, в тот период мои личные способности значительно выросли. Проблема заключалась в том, что такое состояние «азарта», основанное на желаниях, трудно поддерживать долго, и как только наступает неудача, внутри не остается ничего, что могло бы поддержать дух. Ближе к Олимпийским играм 2008 года в Пекине этот удар действительно наступил: наша проектная группа, которая более двух лет готовила олимпийскую игру, завершила разработку и без проблем получила лицензию от Олимпийского комитета, но из-за определённых форс-мажорных обстоятельств не смогла выпустить игру в продажу до самого открытия Олимпиады. В тот вечер я вместе с несколькими коллегами со слезами на глазах смотрел церемонию открытия.
Огромные надежды рухнули с небес на землю, и это, конечно, сказалось на настроении людей, но дело не в этом. Что по-настоящему потрясло меня, так это то, что те товарищи, с которыми мы вместе боролись более двух лет, один за другим словно превратились в других людей: каждый день на работе они сидели на форумах, просматривали приложения для знакомств, а как только наступало время, уходили с работы, чтобы пойти выпить, и, собираясь вместе, больше не обсуждали ничего нового…
Наблюдая собственными глазами, как товарищи по борьбе, которые никогда не плыли по течению, сами по собственной воле решили «сдаться», я словно увидел себя в недалеком будущем и почувствовал приступ страха. Впоследствии работа шла как обычно, но исчезло то удовольствие, которое я раньше часто испытывал, а вскоре постепенно исчезло даже отношение к различным развлечениям. В тот период я постоянно спрашивал себя:
Интенсивные размышления над этими вопросами погрузили меня в беспрецедентное чувство пустоты и положили начало целому году эмоциональной опустошённости. В этот период я посвящал много времени уединению и чтению, а также обращался за советом к старшим коллегам в надежде найти ответы — но, естественно, их найти не удалось. Как атеист, не приемлющий «мотивационные банальности», я не только не был убеждён эмоциональными или «мистическими» объяснениями, но они, напротив, вызывали у меня ещё больше вопросов, и я не мог обрести даже минимального душевного утешения.
В конце концов я осознал одну вещь: для такого упорного рационалиста, как я, единственным лекарством могут стать ответы, полученные в рамках научного подхода. Поэтому я решил временно покинуть работу и вернуться к учебе, надеясь открыть для себя мир академических исследований.
Вскоре после того, как я принял это решение, я подал заявление об увольнении. Мой начальник проявил большое понимание и мы договорились: если моя заявка будет одобрена, я официально уйду с работы перед началом учебного года в следующем году; в противном случае я продлю контракт и продолжу работать в компании. И вот в сентябре следующего года, испытывая благодарность к своему бывшему работодателю и жажду поиска ответов, я начал свой путь академических исследований в Гонконге.
Новая жизнь и новая обстановка всегда вызывают восторг. Как новичок в академической среде, я, естественно, каждый день усердно изучал литературу и обдумывал направления исследований. Но я не ожидал, что второй период «апатии» наступит уже на втором году обучения в докторантуре:
Поскольку я, как и раньше, слишком сильно переусердствовал, ближе к сроку написания отчёта по теме исследования я внезапно потерял мотивацию и не мог сосредоточиться на работе, заперся в общежитии на больше чем неделю и целыми днями бездумно сидел перед компьютером. Хуже всего было то, что я даже не хотел смотреть любимый американский сериал, не хотел играть в теннис и совершенно не испытывал желания общаться с другими людьми — то есть у меня было полное безразличие ко всему. В то время я работал над темой профилактики и лечения депрессии, а также над вопросами убеждения; у меня под рукой были готовые инструменты для измерения, и я, между делом, провёл самодиагностику — результат показал, что я был на грани среднетяжёлого депрессивного расстройства.
В те мрачные дни один из моих самых доверенных наставников, которого я считал почти отцом, порекомендовал мне книгу «Flow: The Psychology of Optimal Experience» («Поток»). Он попросил меня внимательно ее прочитать, и я так и сделал. Вскоре ответы на вопросы о «счастье» начали постепенно всплывать, хотя пока это были лишь обрывки. Больше всего меня тронуло описанное в книге Чиксенмихаем понятие «психической энтропии», которое помогло мне внезапно понять причину двух моих внезапных приступов апатии: слишком много несвязанных между собой целей и мыслей приводило к всё большему хаосу в сознании, мозг не мог сконцентрировать когнитивную энергию на одном направлении, и при достижении определённой крайности это вызывало временный развал внутреннего порядка (психическую энтропию) —— на самом деле это и есть синдром внутреннего истощения, возникающий после того, как человек сломлен психической энтропией.
Самым большим преимуществом статуса аспиранта является бесплатный доступ к различным международным академическим базам данных, где можно найти не только самые свежие и полные материалы, но и совершенно бесплатно. В последующие годы я начал активно изучать знания из таких дисциплин, как позитивная психология, поведенческая наука, социология и коммуникации, а также обобщил усвоенные теории в виде различных методов снижения духовной энтропии и применил их на практике. Накопив некоторый запас знаний, я объявил войну энтропии: с одной стороны, прислушиваясь к своим внутренним ценностям, анализируя источники мотивации, стоящие за каждым решением, и отсеивая те варианты, в которых слова не соответствовали делам, с другой — сосредоточивая внимание исключительно на целях, действительно достойных преследования. Спустя некоторое время количество дел, которые я выполнял ежедневно, значительно сократилось, но душевное наполнение, напротив, значительно возросло.