RemVoVo – Глубокий вакуум антология космического хоррора (страница 5)

Томас похолодел. Джордж Хейл был его коллегой. Он спал сейчас в каюте номер три, в двадцати метрах от рубки связи. Фрэнк Моррисон и Ричард Оуэн тоже были на станции. Майк Сойер – механик – тоже. Все живы, все здоровы. Томас проверил показатели: давление в отсеке «Б» в норме, датчики целостности корпуса молчат.

– Это какая-то ошибка, – сказал он вслух. – Повторяю, «Радуга» в норме. Кто вы?

Ответ пришёл не сразу. Когда голос зазвучал снова, Томас услышал в нём знакомые интонации – это точно был Джордж, его манера растягивать гласные.

– Томас, это я, Джордж. Не понимаю, о чём ты. Мы погибаем. Прорыв в отсеке «Б». Фрэнк… Фрэнк разгерметизировался, я видел своими глазами. Пришли помощь.

Томас вскочил со стула и выбежал в коридор. Он добежал до каюты Джорджа и распахнул дверь. Джордж Хейл лежал на койке, накрывшись одеялом, и мирно похрапывал. Томас потряс его за плечо.

– А? Что? – Джордж сел, протирая глаза. – Томас? Что случилось?

– Ты… ты здесь?

– А где мне быть? – Джордж посмотрел на часы. – Третий час ночи, какого чёрта?

– Извини, ошибся. – Томас вышел, закрыл дверь и прислонился к стене. Сердце колотилось. Он вернулся в рубку, сел в кресло и включил запись сигнала. Голос Джорджа звучал отчётливо: «Прорыв в отсеке "Б"… Фрэнк и Ричард погибли…»

Томас перемотал назад, прослушал ещё раз. Нет сомнений – это Джордж. Но тот самый Джордж только что спал в своей постели. Как такое возможно?

Он проверил координаты источника сигнала. Они указывали на точку в поясе астероидов, примерно в трёх миллионах километров. Слишком далеко для шутки. Томас попытался вызвать эту точку повторно, но сигнал исчез.

– Ладно, – решил он. – Утром покажу запись остальным. Пусть разбираются.

Он попытался уснуть прямо в кресле, но не смог. В голове крутились слова: «все мертвы», «прорыв», «эвакуация». Он снова включил запись и вслушивался в голос Джорджа, пока не начало светать – если так можно назвать включение имитации рассвета на станции.

Утром Томас собрал всех в столовой. Джордж Хейл, Фрэнк Моррисон, Ричард Оуэн и Майк Сойер сидели за столом, жевали синтетическую кашу и смотрели на него.

– Ребята, я поймал странный сигнал ночью, – начал Томас. – Послушайте.

Он включил запись. Голос Джорджа разнёсся по столовой: «…Фрэнк и Ричард погибли… Майк в критическом состоянии…»

Джордж поперхнулся кашей. Фрэнк побелел. Ричард уставился на динамик с открытым ртом. Майк медленно отодвинул тарелку.

– Это я? – спросил Джордж.

– Похоже на тебя, – ответил Томас.

– Но я не посылал никакого сигнала. Я спал всю ночь.

– Я знаю. Я проверил.

Фрэнк взял планшет, прогнал запись через анализатор.

– Голос совпадает на девяносто восемь процентов. Интонации, тембр, даже дыхание. Это не подделка.

– Откуда сигнал? – спросил Ричард.

– Из пояса. Примерно в трёх миллионах километров.

– Там ничего нет, – сказал Майк. – Пустота. Мы проверяли сектор месяц назад.

– Значит, появилось.

Наступила тишина. Четверо мужчин смотрели на Томаса, словно он мог дать ответы.

– Что будем делать? – спросил Джордж.

– Я связался с базой. Они сказали ждать указаний. Пока ничего не предпринимать.

– Ждать указаний? – Фрэнк встал. – Кто-то выдаёт себя за Джорджа и вещает о нашей гибели. А мы будем ждать?

– А что ты предлагаешь? Лететь туда?

– Да. Взять челнок и проверить.

– Это три миллиона. Туда и обратно – неделя. А если там ловушка?

– А если там люди? Настоящие люди, которым нужна помощь?

Спор разгорался. Томас слушал и чувствовал, как внутри растёт тревога. Голос на записи звучал так убедительно. Если бы он не видел Джорджа живым, то поверил бы.

– Хватит, – прервал он. – Решение примет база. А пока – усилить наблюдение. Никто никуда не летит.

День прошёл в напряжении. Каждый занимался своими делами, но то и дело поглядывал на коммуникаторы. Томас сидел в рубке, сканируя эфир. Сигнал больше не появлялся. До самого вечера.

А вечером пришло новое сообщение. Томас как раз собирался ужинать, когда динамик ожил.

– «Радуга», приём. Это «Радуга-2». Вы меня слышите?

Голос был женским. Томас нахмурился – на станции не было женщин.

– «Радуга-2», назовитесь.

– Это Сара Оуэн. Я жена Ричарда. Ричард, ты меня слышишь?

Томас похолодел. Сара Оуэн действительно существовала – Ричард показывал её фото. Но она была на Земле, за миллиарды километров отсюда.

– Сара, повторите.

– Ричард, милый, если ты слышишь – у нас беда. Станция атакована. Все погибли, кроме нас с тобой. Мы в челноке, пытаемся уйти. Нас преследуют.

– Сара, это не Ричард. Это Томас Брайан. Где вы находитесь?

Пауза. Потом голос изменился – стал жёстче, холоднее:

– Томас? Ты тоже жив? Но ты не должен быть жив. Ты погиб первым. Я видела, как твоё тело выбросило в шлюз.

– Что за чушь? – Томас вскочил. – Я здесь, на станции. Все живы. Никакой атаки нет.

– Ты лжёшь. – Голос Сары задрожал. – Ты не Томас. Ты одно из них. Оно умеет подражать. Ричард, не верь ему!

– Сара! – закричал Томас. – Слушай меня внимательно…

Но связь прервалась. Томас бросился в коридор, вбежал в каюту Ричарда. Тот сидел на койке, бледный как мел.

– Ты слышал? – спросил Томас.

– Да. – Ричард сглотнул. – Это была Сара. Её голос. Она звала меня.

– Это не она. Это какой-то трюк.

– Я знаю. Но голос… Томас, я не могу ошибиться. Это она.

– Ты уверен?

Ричард молча кивнул. Томас сел рядом.

– Что происходит? – прошептал Ричард. – Кто это?

– Не знаю. Но оно знает о нас слишком много. Имена, голоса, семейные связи.

– Зачем оно это делает?

– Может, заманивает. Провоцирует. Хочет, чтобы мы улетели туда.

– Или чтобы перессорились. Поверили, что кто-то из нас – не настоящий.

Томас посмотрел на Ричарда. В голову закралась страшная мысль: а настоящий ли Ричард сидит рядом? Он отогнал её.