Рэмси Кэмпбелл – Ночное дежурство (страница 26)

– Можно мне с ней? – тут же вырывается у Агнес, и она мчится вслед за Джил в комнату для персонала.

Когда Рей встает за прилавок, чтобы он не оставался без присмотра, мистер Кэри произносит:

– Женщины. Из некоторых ситуаций они выходят достойнее нас, правда? И не стесняются как следует поплакать друг перед другом.

У Рея такое чувство, будто отец Лорейн и девушки поручили ему сдерживать эмоции во имя их всех. Он представляет, как туман поселяется у него под веками, заволакивая дальние концы проходов между стеллажами. Когда он отваживается разок моргнуть, секция Мэд все равно остается в какой-то слабой дымке. Мистер Кэри стягивает с головы капюшон, выпуская на свободу всклокоченные седые пряди волос, и разворачивает фотографию на прилавке к себе. Наверное, он обращается к ней, когда начинает бормотать:

– Надеюсь, это был ребенок…

– Прошу прощения, на что вы надеетесь?

– Полиция сказала, предположительно за рулем сидел ребенок. Мне не хочется даже думать, что взрослый мог бы повести себя настолько безрассудно.

– Нам тут недавно пришлось гоняться за парочкой малолетних хулиганов, но я ручаюсь, они всё же не настолько испорченные.

– А вы человек религиозный? Я был когда-то. – Мистер Кэри поднимает фотографию за край обкусанными почти до мяса ногтями, и изображение Лорейн снова ложится ему на ладонь, словно стигмат. – Ладно, не буду больше вас отвлекать, – произносит он. – Я ведь не покупатель.

Три женщины, со стопкой романов каждая, появились у конца каната, на котором висит табличка, сообщающая, что здесь начинается очередь в кассу. Пока Рей обслуживает покупательниц, его то и дело отвлекает вид мистера Кэри, который устремляется за каждым, у кого на шее электронный пропуск «Текстов». Каждому показывает фотографию, которая уже представляется Рею членской картой, открывающей доступ ко всем сердцам – непростительная мысль, от которой он никак не может отделаться до конца. И не раз до Рея доносится сказанное мистером Кэри слово «церковь». Он укладывает в пакет написанную каким-то литературным «негром» автобиографию знаменитого борца, обслуживая покупателя в спортивном костюме, с искусственным загаром оттенка ржавчины и короткой толстой шеей с набрякшими венами, когда мистер Кэри возвращается к прилавку. Он дожидается, пока они останутся одни, чтобы спросить у Рея:

– Я со всеми поговорил?

– Некоторые появятся здесь только после ланча. А директор сейчас на складе.

– Ну, а с вас уже хватит моего общества. Будем честны, так и есть.

– Вовсе нет, – Рей яростно мотает головой.

– Можно мне сообщить через вас, когда мы решим, где и когда именно, чтобы вы передали всем остальным друзьям Лорейн? Если хотите, я оставлю вам ее фото, вы сможете вернуть мне его в церкви.

– Уверен, в этом нет необходимости.

Мистер Кэри, кажется, запоздало вспоминает об охраннике Фрэнке или же о его важной роли в этом деле.

– Вы были здесь, когда это случилось? – спрашивает он, протягивая ему фотографию.

Фрэнк в ответ так медленно сдвигает брови к переносице, что Рея пронзает страх: сейчас он не узнает Лорейн, чем до глубины души потрясет ее отца. Он уже готов покинуть свой пост за прилавком и объяснить все Фрэнку, когда тот произносит:

– Я был здесь. Ронни с напарником, охранники всего торгового комплекса, как раз обходили территорию.

– Где я могу их найти?

– Они у себя в будке, только я бы сперва подумал, стоит ли.

– Почему так?

– Ронни же слышал, как она бежит, слышал машину, но даже не пошел туда и не попытался остановить. Когда я работал вместе с ним в Манчестере, он был гораздо шустрее.

– Вы хотите сказать, он не в форме? – хочется верить мистеру Кэри.

– Глупый и ходит еле-еле. Считает, раз у него такой внушительный вид, бегать нет нужды. Наверное, думает, что это ниже его достоинства, я бы не удивился, если так.

– Что ж, кажется, я не хочу с ним встречаться. – Мистер Кэри убирает фотографию обратно в бумажник, только никак не может попасть бумажником в карман неудержимо трясущейся рукой. Наконец ему удается спрятать бумажник и закрыть молнию на кармане, после чего он говорит Рею: – Могу я попросить вас о последнем одолжении?

– Мне кажется, вы пока еще ни о чем не просили.

– Очень любезно с вашей стороны. – Мистер Кэри пытается улыбнуться, но улыбка не держится на губах. – Вы не могли бы показать мне, где Лорейн оставила свою машину?

– Вы точно не хотите немного посидеть и отдохнуть?

– Мне лучше побыстрее вернуться к жене.

Со стороны комнаты для персонала появляется Джил, а спустя еще секунду Агнес выкатывает тележку в проход рядом с лифтом.

– Джил, место за прилавком твое, – произносит Рей. – Если я кому-нибудь понадоблюсь, я вышел на минутку.

Клубы тумана сомкнулись. Торговый комплекс напоминает фотографию, засвеченную то ли солнцем, то ли в процессе проявки, где в фокусе остался только фасад книжного магазина, полоска тротуара перед ним и полукруг асфальта.

– Мне кажется, ее машина стоит с другой стороны супермаркета, – негромко произносит Рей.

– Почему так далеко?

– На самом деле работникам не полагается парковаться у входа. Подозреваю, она не хотела, чтобы ее заметили.

– То есть не хотела, чтобы заметили вы?

Это похоже на печальное обвинение, которое особенно трудно опровергнуть, потому что оно так завуалировано. Мистер Кэри тут же забывает о нем, торопливо направляясь мимо «Веселых каникул», в окне которых висят рукописные объявления о продаже путевок, свернувшиеся в трубочки от конденсата. Вероятно, он не слышит протестующее «я заметил» Рея.

Рей нагоняет его у витрины «ТВида», где на дюжине телеэкранов два человека орут друг на друга в ежедневном реалити-шоу. Следующее здание – «Всякая всячина для подростков», где совершенно тощая, зато беременная девица перебирает на плечиках юбки и блузки. В витрине «Всего для малышей» выстроились рядами тряпичные куклы с безразличными лицами, которые словно ждут, когда начнется спектакль, тогда как в салоне «Будь на связи» весь персонал, похоже, недоволен мобильными телефонами, которые они тестируют. За недействующими магазинами, которые закрыты досками, исписанными граффити – примитивные картинки и короткие, хотя и нечитаемые слова, – проулок ведет к низкой вытянутой постройке, где расположен пункт охраны, оттуда доносятся звуки радио, и обезумевший голос спортивного комментатора словно стремится вырваться из набитого шерстью рта. Мистер Кэри на мгновение задерживается в проулке, но затем шагает дальше. Когда впереди из тумана выступает громада супермаркета, где специальные предложения в витринах выписаны такими крупными буквами, что только туман и способен их победить, он выуживает из кармана кольцо с ключами и обеими руками нацеливает брелок на красный «сегун», который признает в нем хозяина, подавая звуковой сигнал и подмигивая фарами.

– Это была наша семейная машина. Лорейн она была нужнее, поэтому мы ее отдали ей, – кажется, он считает себя обязанным объясниться, – хотя нам и казалось, что она для нее слишком большая.

Рей боится, как бы мистер Кэри не добавил «особенно теперь», но тот просто садится в машину.

– Спасибо, что проводили, – говорит он. – Я рад, что именно вы были менеджером Лорейн.

Рей разводит руками, надеясь, что его жест выражает легкую самоиронию, а не презрение. Он наблюдает, как туман краснеет и бледнеет, когда «сегун» отъезжает от кромки тротуара. Свет фар как будто притягивает завитки сумрака, пока машина неспешно катится к выезду из торгового комплекса. Габаритные огни расплываются, прежде чем исчезнуть насовсем, словно само место делает вид, будто бы здесь никогда не было этих пятен. Шум мотора затихает по мере приближения к скоростной трассе, а Рей заходит во «Фруго». И в тот же миг поручение Сандры вселяет в него уверенность, что ничто не угрожает ни их жизни, ни жизни Шерил.

По проходам плывет что-то похожее на музыку, в дальнем конце магазина висит легкая дымка. Женщина толкает перед собой тележку, половину которой занимает гигантский пакет стирального порошка, а ее дочка катит детскую версию тележки, набитую конфетами. Мужчина с незажженной сигаретой во рту расплачивается за пачку «Мальборо» чеком, который он, кажется, не в состоянии заполнить. Рей находит колготки в отделе «Товаров для дома» и несет две склеившиеся, словно сиамские близнецы, упаковки к кассе, где восседает стриженная едва ли не наголо юная блондинка, к розовому комбинезону которой слева приколот значок с именем Триш. Проведя его кредиткой через магнитный считыватель, она смотрит на Рея совершенно равнодушным взглядом, пока касса размышляет, выдавать ли чек, и он невольно спрашивает:

– Вы много читаете?

– Да вот еще.

Отчаяние вынуждает его заговорить громче.

– Если кто-нибудь любит читать, знайте, что с вами рядом «Тексты».

Кассирша и три ее коллеги разворачивают к нему одинаково не отягощенные интеллектом физиономии. В конце концов одна девчонка с двумя похожими сережками в правом ухе спрашивает:

– Где?

– «Тексты». Книжный магазин. Прямо через дорогу от вас. – Когда и это не вызывает никакого отклика, Рей постукивает по своему электронному пропуску. – Вот этот, – продолжает гнуть свое он.

Им не столько интересно, сколько смешно, и ничего больше. Он не уверен, что они вообще поверили ему. Триш отдает ему чек на подпись, карточку, после чего перестает его замечать. Сжимая пакет, в который он уложил свои покупки, он спешит выйти навстречу туману.