Ремигиуш Мруз – Безмолвная (страница 39)
Казалось, что он сжимает руки еще крепче. Они были крепкими, как тиски, а я чувствовала себя хрупкой и беззащитной. Но все же начала обороняться. На него это подействовало так, как только и могло подействовать, — подлило масла в пылающий огонь бешенства.
— Ты всегда стремишься все испортить! Не только мою жизнь, но жизнь всей нашей семьи!
Обвинения следовали одно за другим. Он обвинял меня не только в своих неурядицах, но и в промахах Войтека — вообще во всем, что происходило вокруг.
В такие минуты я была в его глазах источником вселенского зла.
Меня поражала эта мысль. Заставляла считать, что Роберт с легкостью может убрать меня из той среды, которую сам для себя и создавал.
Стискивающие мне шею ладони убеждали в верности такого суждения.
Я задыхалась, чувствуя себя все хуже. Никогда еще он не был столь близок к тому, чего я так боялась.
Дело не в факте моего убийства. Нет. Иногда мне представлялось, что смерть — единственный способ вырваться из этого кошмара. Но ужасало понимание того, что будет с Войтеком, если меня не станет. Пугало, что тогда Роберт переключится на него. Может, не сразу, но в конце концов обязательно придет к этому.
Я удвоила усилия, чтобы высвободиться, но это лишь усугубило ситуацию. Он сжимал пальцы все сильнее, тряся меня и что-то выкрикивая. Кровь переставала поступать в мой мозг, и значения отдельных слов уже становились непонятными…
Когда я ощутила, что веки мои тяжелеют, Роберт несколько раз ударил меня головой о пол, словно таким немыслимым способом пытался привести в чувство.
За мгновение до того, как я должна была потерять сознание, он убрал наконец руки с моей шеи.
Время словно остановилось. Я в панике набрала в грудь воздуха и попыталась повернуться, но Роберт продолжал меня удерживать. Через мгновение он затряс головой, вскочил и выбежал из спальни.
Глядя на открытые двери, я боялась увидеть на пороге сына. Боялась, что громкие звуки разбудили его и он решил проверить, в чем дело. Однако никого не увидела. С облегчением выдохнула — словно то, что Войтек в очередной раз остался в неведении, было самым главным.
Со стоном поднялась с пола.
Все, что происходило позже, было обычной, но более интенсивной версией раскаяний Роберта. Он плакал дольше, чем всегда. Утверждал, что с раннего утра пойдет в полицию и донесет на себя. Попросит оформить документы на пребывание в Польше для работающих у него иностранцев.
Обещаниям, заверениям и просьбам о прощении не было конца.
Роберт отказался спать со мной. Твердил, что не заслуживает этого. Завернувшись в одеяло, сидел в зале. Еще почти час я слышала, как он честит себя, шмыгает носом, матерится. Потом наконец заснул.
А я потихоньку пробралась наверх — в кабинет. Включила компьютер и выслала код активации Вернеру. Я не знала, включен ли у него звук, находится ли он в городе и имеет ли доступ к интернету, ответит ли в такую пору на мой звонок…
Дамиан появился меньше чем через минуту.
Когда я увидела IP-адрес и установила ему ник, почувствовала себя как после хорошего глотка просекко. Мне сделалось легче на сердце.
Я провела рукой по шее и почувствовала острую боль сбоку.
Через минуту я решилась.
Я с трудом проглотила слюну, но по иной причине, не связанной с действиями Роберта. Я осознала, почему спрашиваю это и что намереваюсь сделать.
Я стремилась пересечь рубеж, от которого в последний момент повернула обратно.
Я втянула носом воздух и несколько мгновений всматривалась в открытые двери кабинета.
Я устремила взгляд на монитор и, волнуясь, ждала ответ. Наконец, он пришел.
Это мне и было нужно. И вправду, ровно столько мне и нужно было, чтобы наконец-то решиться действовать.
Вернер являлся единственным человеком, который мог мне помочь, будучи не местным жителем, не связанным с бизнесом и деньгами Роберта. Анонимом, абсолютно не знакомым моему мужу человеком. К тому же он очутился вне закона и был готов на все. Рано или поздно ему самому понадобится помощь. В худшем же случае он сочтет помощь мне частью сделки.
С его помощью я осуществлю то, что давно уже должна была сделать. Освобожусь.
11
От эмпатии я избавился много лет назад. Стал абсолютно равнодушен к человеческим нуждам и заботам, даже не заметив момент, когда такое произошло. Однако же согласился помочь Кассандре Рейманн. Согласился потому, что в этом для меня была большая выгода.
До сих пор она интересовалась моим делом исключительно потому, что это было ее капризом — капризом богатой дамочки. Может, даже своеобразным хобби. Теперь у меня появился шанс все изменить.
Я не знал точно, что она будет вымогать у меня, но был уверен в одном — чего бы она ни хотела, это станет для меня ценной валютой. Валютой, которой я воспользуюсь, отыскав Еву.
Несомненно, помощь нам потребуется. Тот, кто стоял за ее исчезновением и тем, что происходило позже, имел в распоряжении гораздо большие средства, чем я. Появление союзницы в лице Кассандры Рейманн могло оказаться на вес золота.
Прежде чем тронуться в дорогу, я поспал два часа. Мог бы покинуть Вроцлав сразу же, если б не ожидание ночного поезда. Не очень надеялся заснуть, но, видимо, организм устал больше, чем мне казалось.
До Острова Велькопольского я доехал на «Интерсити». Там пришлось несколько часов ждать на вокзале, но до истечения назначенного Евой срока у меня еще оставалось достаточно времени. Дорога от Острова до Виташиц на региональном поезде отняла полчаса.
Я был полностью уверен, что попал в нужное место. Ева сказала, что флэшка найдется неподалеку от места, куда нас вытянул Блицер. Это могло означать несколько пунктов на карте Польши, но в данном случае речь шла об Яроцине. А конкретно — о рок-фестивале, который регулярно там проходил. Мы не очень охотно участвовали в каких-либо концертах, но один раз дали себя уговорить. И не пожалели.
Я сразу понял, что это удачное попадание, так как связь с «Фу файтерс» была очевидной. Ева так и спланировала: если все началось с концерта, то концертом и должно завершиться.
К тому же она напомнила мне, что не дезертировала. Не упала в обморок. И промелькнула с нами, как люкс-торпеда. Это укрепило мою убежденность в том, что речь идет об Яроцине. Поскольку тогда выступали одновременно «Дезертир», «Обморок» и «Люкс-торпеда».
Но основной целью было другое место — то, куда я не намеревался входить. То, которое являлось обязательным пунктом моей программы.
Им могло быть только одно место. Перед концертом у нас с Блицером имелось немного свободного времени. Блицер быстро выяснил, что интересного можно найти в округе. Обнаружив указатели, ведущие в Музей звездных войн и Дворец Виташице, я, конечно, тут же загорелся посетить их. Дарт Мол в масштабе один к одному, огромный Джа Джа Бинкс, которому можно было смотреть в глаза и трогать его…
Насколько Ева терпеливо относилась к моему увлечению Человеком-пауком, настолько трудно было ей понять, что я нахожу в «Звездных войнах». Мне никогда не удавалось уговорить ее посмотреть «Новую надежду» более чем на несколько минут. С трилогией приквелов я даже не пытался это делать. А Абрамс потряс мировой кинематограф намного позже.
Так что я понимал, куда должен направиться. Не знал лишь, что ждет меня в музее и каким чудом оно может исчезнуть через двенадцать часов после прослушивания мною второй части оставленного Евой послания.
Очередные сомнения появились сразу после того, как я за десять злотых купил билет и остановился перед миниатюрными копиями самолетов-штурмовиков, раздумывая, что дальше. Ко мне подошел мужчина в возрасте примерно тридцати лет с хорошо заметным шрамом под левым глазом, но на забияку он похож не был.
Сначала я принял его за работника музея, но потом увидел, что он оглядывается вокруг с интересом, подобным моему. Кроме нас, в музее никого не было, и это ничуть не выходило за рамки обычного.
Я приглядывался к нему довольно долго. Наконец, он заметил мое повышенное внимание к своей персоне и неуверенно спросил:
— Что-то не так?
— Все нормально. Просто жду кое-кого. А скорее всего, как мне кажется…
Его взгляд стал еще более подозрительным. У меня, честно сказать, не было уверенности, что я действительно должен с кем-то встретиться, но такое казалось мне логичным. Ведь как иначе Ева могла передать мне очередной файл? Я бы не рисковал, к примеру, прятать его в плаще Оби-Вана или еще в каком-либо месте, так как Ева вряд ли смогла бы определить, сколько времени мне потребуется для прибытия в Виташицы. Но, вероятно, она все-таки успела выслать кого-то для встречи со мной.