Рэки Кавахара – Sword Art Online. Том 8. Вначале и потом (страница 38)
— Ну-ун! Возвращайся под землю, король великанов!
Наконец молот в правой руке Тора обрушил на голову Трима решающий удар. Корона разбилась и разлетелась. Монстр, которого я какое-то время считал неубиваемым, с грохотом упал навзничь.
Шкалы его здоровья уже пропали. Огромное тело с треском превращалось в лёд, начиная с пальцев и бороды.
Голубой свет, мерцавший в чёрных глазницах, тускнел и постепенно гас. Вдруг сокрытый бородой рот с трудом шевельнулся и испустил глухой смешок:
— Ну-ху-ху-ху! Торжествуйте, пока можете, букашки, но помните! Всякий, кто слишком доверяет асам, скоро да вкусит горя! Ибо именно они — истинные…
На этих словах могучий Тор поднял ногу и наступил на почти целиком оледеневшее тело Трима, растоптав его в пыль.
Взвился невероятно огромный посмертный огонь, и король Морозных великанов разлетелся на бесчисленные льдинки. Золотистые глаза бога грома Тора смотрели с высоты его роста на то, как мы, не выдержав плотности эффектов, попятились на несколько шагов, прикрыв глаза руками.
— Всё кончено. Благодарю вас, феи-воители. Я смыл с себя позор кражи моего сокровища. Что же, я должен вас вознаградить.
Он поднял левую руку и коснулся ею рукояти огромного, прекрасного молота, который держал правой. Один из инкрустированных камней выпал из оправы, засиял и обратился небольшим молотком под человеческую руку.
Тор непринуждённо швырнул уменьшенную копию собственного золотого молота Кляйну.
— Сражайся «Молотом грома Мьёльниром» в доблестных битвах. А теперь прощайте!
Тор поднял правую руку, и в ту же секунду зал пронзила голубая молния. Мы рефлекторно зажмурились, а когда разомкнули веки, на месте Тора уже никого не было. Перед глазами всплыло небольшое сообщение о том, что один из участников покинул группу. Восьмая пара шкал беззвучно исчезла.
На место гибели Трима водопадом падала и сразу исчезала добыча, автоматически убираясь во временный инвентарь группы.
Когда поток наград иссяк, яркий свет разогнал мрак комнаты босса. Увы, горы сваленного у стен золота при этом растворились и исчезли. Впрочем, сдаётся мне, мы бы всё равно толком ничего не вынесли: в сумках места ни у кого не было.
— Фух, — кратко выдохнул я, подошёл к Кляйну и положил руку ему на плечо. — Поздравляю с легендарным оружием.
— Но я не вложил в навык «дробящее» ни единого очка, — ответил мне владелец катаны, изо всех сил стараясь улыбнуться сквозь слёзы и сжимая рукоять окутанного блестящей аурой одноручного боевого молота.
— Тогда отдай Лиз, она наверняка обрадуется. Только она может его на слитки переплавить, с неё станется.
— Ну-ка! Я, может, и расточительная, но не настолько! — возмутилась Лизбет.
— Но ведь переплавка легендарного оружия даёт очень много орихалковых слитков, Лиз, — с серьёзным видом заявила Асуна.
— О, правда?
— С-секунду! Я ещё не говорил, что отдам! — вскричал Кляйн, прижимая молот к груди.
Все остальные дружно рассмеялись, и тут…
Моё тело содрогнулось от громкого утробного гула. В ту же секунду ледяной пол подскочил и затрясся.
— Кья-а-а! — завопила Силика, прижимая треугольные уши к макушке.
— М-мы движемся?! — воскликнула Синон, скрутив хвост буквой S. — Нет, мы… летим!
Лишь тогда я осознал происходящее.
Крепость Тримхейм дрожала, словно живая, и мало-помалу поднималась всё выше. «Но почему?! Стоп. Неужели…» — успел подумать я, как…
Лифа вгляделась в свисающий с шеи медальон и пронзительно вскрикнула:
— Б-братик! Квест ещё не закончился!!!
— Ч-что-о?! — воскликнул Кляйн.
Я полностью разделял его чувства. Казалось бы, уж после смерти Трима, главаря Морозных великанов, квест, конечно же, должен был завершиться. Но потом я вспомнил слова Озёрной королевы Урд, отправившей нас на это задание: «Проникните в Тримхейм и извлеките Экскалибр из Краеугольного пьедестала». Она ни слова не сказала про убийство Трима. А стало быть, на деле этот сложнейший и устрашающий босс был не более чем преградой на пути к выполнению квеста.
— П-последний огонёк уже мигает! — возопила Лифа.
— Папа, за троном появилась лестница вниз! — резко откликнулась Юи.
Пожалев времени на ответ, я что было сил оттолкнулся от пола и бросился к трону.
Хоть он и выглядел как стул, но сделан был под габариты Морозного короля Трима и вблизи размерами напоминал небольшое здание. Если бы мы так не спешили, наверняка попытались бы для потехи забраться на него, но сейчас я оббежал трон слева, даже не взглянув на него.
За троном я, как и говорила Юи, обнаружил в ледяном полу дыру и узкую лестницу вниз. Великан бы туда не пролез, даже человек… нет, даже фея протиснулась бы с трудом. Не теряя ни секунды, я сломя голову бросился в полумрак, слушая шаги бегущих следом друзей.
Я спускался по винтовой лестнице, прыгая через три ступени, а на задворках сознания раздумывал. Если мы сейчас провалим взятый у Урд квест, другими словами, если многочисленные игроки на поверхности Ётунхейма успешно выполнят квест на истребление, ледяная крепость Тримхейм всё же достигнет Аруна, но без Трима, мечтавшего захватить Альвхейм. Конечно, нельзя исключать, что он просто воскреснет как ни в чём не бывало, но мне не верилось, что система «Кардинал», так усердно прорабатывающая сущие мелочи, допустит столь грубый сюжетный поворот.
Я бежал со всех ног, погружённый в мысли, и вдруг услышал голос Лифы, словно прочитавшей их:
— Ты знаешь, братик, у меня остались только смутные воспоминания, но вроде бы в настоящей легенде хозяин Тримхейма не Трим.
— Э-э, что?! Но ведь он назван в его честь!
— Действительно назван, однако, по легенде, хозяина зовут… Т… Ть…
Когда Лифа замялась, речь тут же подхватила Юи, нашедшая ответ в сети:
— Тьяцци. По легенде, именно он, а не Трим пытался добраться до того «Золотого яблока», о котором говорила Урд. Возвращаясь к информации об ALO: пресловутый квест на истребление игроки получают от NPC по имени эрцгерцог Тьяцци, который живёт в самом крупном замке Ётунхейма.
— Другими словами, у этой крепости всегда был наследник?!
Видимо, если Тримхейм всё же достигнет Аруна, на престол над нашими головами в качестве последнего босса взойдёт некий Тьяцци. Должно быть, ему уже не терпится претворить в жизнь план системы «Кардинал», уничтожить Арун и захватить всё плато, на котором он стоит, но и я не подумаю сдаваться после всего случившегося. Не потому, что так хочу Экскалибр, а потому, что иначе не смогу посмотреть в глаза нашему другу Тонки. Хотя от награды, конечно, не откажусь.
Пока я раздумывал, дрожь подземелья всё усиливалась. Иногда крепость меняла скорость так отчётливо, что ощущения передавались и нам. Тримхейм явно двигался вверх, пробивая крышу Ётунхейма. Я затаив дыхание бежал и уже чуть ли не кубарем катился по бесконечной винтовой лестнице.
— Папа, выход через пять секунд!
— Окей! — крикнул я и на одном дыхании влетел в как раз забрезживший перед глазами свет.
Я оказался в вырубленном изо льда правильном октаэдре — пространстве, которое получается, если обычную пирамиду поставить на перевёрнутую. Мне оно больше всего напомнило склеп.
Сквозь прозрачный лёд довольно тонких нижних стен весь Ётунхейм видно было до мельчайших подробностей. Там повсюду падали отвалившиеся с потолка булыжники и осколки ледяных кристаллов. Винтовая лестница шла к самому дну склепа прямо по оси октаэдра, туда, где чисто и ярко блестело золото.
Я не сомневался, что именно этот блеск мы видели, когда смотрели снаружи в самый низ перевёрнутой пирамиды во время бегства из Ётунхейма на спине Тонки. Спустя почти год я всё-таки добрался до него.
Наконец мы спустились по винтовой лестнице и со всех сторон обступили нашу цель.
В центре идеально круглой площадки стоял ледяной куб стороной где-то в полметра. Внутри, в заточении, лежало нечто небольшое. Приглядевшись, я смог разобрать, что это тонкий, мягкий на вид корешок. Его тончайшие, похожие на шёлковые нити капилляры сплетались друг с другом и уходили дальше уже единым корнем.
Однако чуть дальше корень пятисантиметровой толщины был аккуратно перерублен изящным, тонким, острым, исписанным рунами мечом. Испускающий золотой блеск прямой клинок был погружён в ледяной пьедестал лишь наполовину. Лезвие переходило в изысканной формы гарду, затем в оплетённую чёрной кожей рукоять, которая завершалась переливающимся всеми цветами радуги драгоценным камнем.
Как-то раз я уже видел этот меч и даже держал его в руке.
Однажды человек, пытавшийся использовать ALO в качестве инструмента для удовлетворения собственных амбиций, попытался создать его с помощью прав ГМа, чтобы прикончить меня. Права, однако, уже перешли мне, так что я сам создал этот клинок и бросил его противнику перед началом решающей битвы.
В тот раз я ощутил сильное отвращение оттого, что создал… точнее, смог создать сильнейший меч в игре одной-единственной командой. Я почувствовал, что обязан буду получить этот клинок честно, чтобы не быть перед ним в долгу. Пускай большую часть пути я прошёл благодаря случайностям и везению, заветный час наконец-то пробил.
«Вот мы и встретились», — мысленно прошептал я, сделал шаг вперёд и взялся правой ладонью за рукоять клинка, известного как легендарное оружие «Святой меч Экскалибр».
— Та-а-ак! — я изо всех сил напрягся и попытался выдернуть меч из пьедестала.