Рэки Кавахара – Sword Art Online. Том 18. Алисизация. Непрерывность (страница 23)

Но кто тогда человек, который сейчас смотрит на него?

Габриэль поднял руки и посмотрел на них, но увидел лишь прозрачные сгустки тусклого света.

«Что это? Что происходит?»

Вдруг за спиной раздался тихий голос:

— Наконец-то ты пришёл ко мне, Гейб.

Он резко повернулся и увидел маленькую девочку в белой блузке и тёмно-синей плиссированной юбке. Она стояла, опустив голову, мягкие золотистые волосы скрывали ее лицо, но Габриэль сразу понял, кто это.

— Алисия… — обратился он к ней впервые за двадцать лет и расплылся в улыбке. — Алли… Так вот где ты была всё это время?

Алисия Клингерман. Подруга детства Габриэля Миллера и первая жертва его благородной миссии по поимке человеческой души. Он без конца сожалел о том, что в тот день увидел, но упустил душу Алисии. Оказывается, он не потерял её. Она всегда была рядом.

Габриэль протянул руку, совсем забыв о странных вещах, которые с ним творятся.

Рука Алисии метнулась с нечеловеческой скоростью, и её тонкие пальцы сжали ладонь Габриэля. Ужасно холодные, они впивались в кожу, словно ледяные иголки.

Габриэль машинально попытался стряхнуть руку Алисии, но маленькие пальцы держали его, словно клещи.

— Мне холодно, Алли, — тихо сказал он, перестав улыбаться. — Отпусти.

— Нет, Гейб. — Златовласая голова качнулась из стороны в сторону. — Теперь мы всегда будем вместе. Пойдём.

— «Пойдём»?.. Куда? Мне нельзя уходить, у меня куча дел, — возразил Габриэль, изо всех сил пытаясь освободить свою руку.

Но безуспешно. Более того, его постепенно затягивало в пол.

— Пусти, Алисия. Кому говорю, — строго сказал он ей.

Почти в ту же секунду Алисия подняла голову. И как только Габриэль увидел лицо под аккуратной чёлкой, он почувствовал, как у него сжалось сердце. Скрутило живот. Участилось дыхание. Побежали мурашки.

«Что это? Что со мной происходит? Что это за чувство?»

— А… а-а-а… — невнятно протянул Габриэль и медленно покачал головой. — Отпусти. Хватит. Отпусти.

Он не задумываясь попытался оттолкнуть Алисию, но та сразу же поймала его ладонь. Холодные, словно металл на морозе, пальцы впились почти до крови.

Алисия хихикнула:

— Это страх, Гейб. Ты ведь хотел знать, что такое настоящие эмоции? И как? Здорово, правда?

Страх.

Источник тех взглядов, которые видел Габриэль, когда убивал людей ради опытов и поисков.

Теперь он и сам ощутил это чувство, но оно оказалось не сладким, а наоборот крайне неприятным. Он не хотел с ним сталкиваться. Он хотел, чтобы оно прекратилось.

Однако…

— Нет, Гейб. Так будет всегда. Ты будешь чувствовать этот страх вечно.

Маленькие туфли Алисии исчезли в железном полу. Ноги Габриэля тоже начали проваливаться.

— А… нет… Не надо. Отпусти… Не надо, — бормотал Габриэль, словно в бреду, но продолжал тонуть.

Вдруг из пола выскочила бледная рука и вцепилась в его ногу. Затем ещё одна. И ещё. Много.

Габриэль понял, что это руки всех его жертв.

Страх усилился. Сердце колотилось как бешеное, со лба ручьями лился пот.

— Нет… Нет, нет-нет-нет-нет! — закричал Габриэль. — Помоги, Криттер! Вставай, Вассаго! Ганс! Бриг!

Но сколько он ни звал подчинённых, дверь в зал оставалась наглухо закрытой, а Вассаго лежал в соседнем STL и не собирался просыпаться.

Полупрозрачное тело Габриэля уже погрузилось в пол по пояс, а тянувшая его за руки Алисия — по плечи.

Перед тем как окончательно исчезнуть, маленькая девочка весело рассмеялась.

— А… а-а-а… а-а-а-а-а-а!!! — завопил Габриэль.

А снизу без конца появлялись новые руки, хватая его за плечи, шею, лицо.

— А-а-а-а… а-а-а… а…

Что-то булькнуло, и мир погрузился во тьму.

Габриэль Миллер понял, какая судьба его ожидает, и навечно зашёлся истошным воплем.

Время Андерворлда вновь начало ускоряться.

Как только нарушилась синхронизация, в реальный мир выбросило сотни японских игроков, которые зашли с помощью амусфер. Они очнулись в своих комнатах и кабинках интернет-кафе, охваченные разными чувствами.

Все они долго молча осмысляли случившееся в параллельной реальности, думали и делали выводы. Наконец они смахнули с глаз слёзы и взялись за мобильные телефоны и амусферы, чтобы подробно рассказать покинувшим Андерворлд до победы друзьям обо всём, что произошло.

Синон и Лифа вышли из Андерворлда незадолго до начала ускорения, потому что у их персонажей закончилась Жизнь.

Очнувшись в филиале «Рэс» в Роппонги, они посмотрели друг другу в глаза, кивнули и какое-то время лежали неподвижно, ожидая, пока утихнут последние отголоски боли.

Сино и Сугуха не сомневались, что Кирито ожил, победил последнего врага, спас мир и уже скоро вернётся к ним. Когда это случится, они обязательно расскажут ему о своих чувствах, пусть он и не ответит на них.

Девушки улыбнулись друг другу, точно зная, что думают об одном и том же.

Однако они кое-чего не знали.

Освободившись от всех ограничителей, FLA собирался разогнать ритм Андерворлда до прежде невиданных значений.

Множитель превысил тысячу, пять тысяч…

Он двигался к фазе максимального ускорения и своему пределу — ускорению времени в пять миллионов раз относительно реального.

Когда погасли звёзды над головой, ушла и наполнявшая меня энергия. Я поплыл по воздуху лицом вверх совершенно вымотанный.

Отрубленная левая рука восстановилась. Я из последних сил сжимал рукоять «Голубой розы» и старался сдержать слёзы. Я понял, что жившая в мече душа Юджио, которая столько раз спасала и подбадривала меня, окончательно сгинула ради того, чтобы остановить клинок Габриэля.

Мёртвые не воскресают ни в реальности, ни в Андерворлде.

Вот почему память о них так дорога и прекрасна.

— Так ведь, Юджио?.. — прошептал я, но ответа не было.

Я медленно поднял клинки и вложил в ножны за спиной. Тьма над головой начала рассеиваться, таять и растворяться. К небу возвращался его настоящий цвет.

Голубой.

Небо Дарк Территори больше не было кроваво-красным. Надо мной, насколько хватало глаз, раскинулась чистейшая синева. Не знаю, повлияло ли на это начало фазы максимального ускорения или же молитвы сотен тысяч людей, но небо стало настолько ясным и голубым, что на глаза наворачивались слёзы. Ощутив сильнейшую тоску, я вдохнул полную грудь этого чудесного цвета.

Выдохнув с закрытыми глазами, я медленно перевернулся в воздухе. Разомкнув веки, я увидел, что лестница беззвучно рушится. Я взмахнул крыльями и неторопливо полетел вверх параллельно исчезающим ступеням. Моей целью был летающий островок, к которому они вели.

Его круглая площадка утопала в пёстрых цветах. Через лужайку тянулась дорожка из белых плит, ведущая к небольшому храму. Я приземлился на середине дорожки, превратил крылья обратно в плащ и осмотрелся.

В нос ударил сладкий, свежий аромат цветочного нектара. В воздухе порхали лазурные бабочки, в кронах деревьев щебетали пташки. В сочетании с чистейшим голубым небом и мягкими лучами солнца лужайка казалась шедевром художника.

Островок был совершенно безлюдным. Никто не ждал меня ни на дорожке, ни у колонн храма.

— Хорошо… Значит, они успели, — пробормотал я.