Рэки Кавахара – Sword Art Online: Progressive. Том 1 (страница 47)
По ходу дела я нашёл немало хорошей добычи и далеко забрался в двадцатиэтажный лабиринт. Карты я, как обычно, подарил Арго совершенно безвозмездно, чем в очередной раз сыграл на нервах Линда, Кибао и их сине-зелёных рейдеров.
Ещё бы они не злились — какой-то выскочка постоянно опережает их на один-два этажа. Пока они ещё не поняли, что за этим стоит злобный чёрный битер, но это вопрос времени. Впрочем, мы и так уже на ножах, хуже наши отношения всё равно не станут.
Как бы там ни было, эти два дня я провёл с пользой. Теперь, когда мне окончательно удалось вывести афериста на чистую воду, я позволил себе выдохнуть, глядя, как он сидит у наковальни и смотрит в землю.
В принципе, программу-минимум я уже выполнил. В отличие от квестов, за этот успех мне не полагалось ни наград, ни бонусов, ни очков опыта, да и вообще я только что обеднел на две тысячи семьсот колов, но для меня самое главное то, что Незха больше не будет пачкать свои руки опасной аферой.
Несмотря на всю ловкость этого фокусника, он обкрадывал игроков такими темпами, что уже скоро кто-нибудь ещё обязательно бы обо всём догадался. И, если бы не повезло с характером, этот человек вполне мог приговорить Незху к смертной казни на глазах толпы.
Тогда дело приняло бы самый скверный оборот. Например, игроки одобрят казнь, создав таким образом прецедент.
Разумеется, я не пытаюсь сказать, что Незху нужно оправдать и простить. Руфиоль и Шивата расстались со своими любимыми клинками, а Асуна хоть и не потеряла клинок, но поначалу поверила рассказу о разбившемся из-за неудачной заточки клинке и горько плакала. Как вспоминаю эти случаи, понимаю, что кузнец должен понести наказание.
Но наказание ни в коем случае не должно превратиться в убийство Незхи, которое совершат другие игроки. Если люди почувствуют, что так можно, уже скоро споры из-за монстров или добычи начнут решаться силой. Я назвался битером и терпел презрительное отношение только ради того, чтобы защитить бывших бета-тестеров от линчевания, но после такого все мои усилия пойдут прахом.
Поэтому я решил уговорить Незху или стать честным кузнецом, или вовсе забросить ремесло и стать бойцом. Вернее, решали мы, конечно же, вместе с Асуной. Мы прикинули, что без доходов от аферы «Храбрецы Легенд» быстро вернутся туда, откуда взялись…
Я стоял, сжимая в правой руке меч. Наконец до меня донёсся тихий голос:
— Я ведь… не отделаюсь извинениями, да?..
Конечно, это проговорил Незха, всё ещё не поднимавший головы. Он так вжимался в землю, словно надеялся провалиться сквозь неё.
— Я бы хотел вернуть игрокам украденные мечи, но… — хрипло продолжил он, — не могу. Почти все я продал! Значит, мне придётся расплатиться жизнью!
Незха сорвался на крик, поднимаясь на непослушных ногах. Молот выскользнул из правой руки, но кузнец даже не посмотрел на него и бросился бежать.
Однако уже через несколько шагов путь ему перегородил игрок, спрыгнувший на площадь. Спрятанные под капюшоном накидки, но всё равно блеснувшие в свете уличных огней длинные волосы немедленно выдали фехтовальщицу Асуну.
В здравом уме никому бы не пришло в голову выпрыгивать из окна второго этажа, но у неё это получилось с невероятной лёгкостью. Асуна встала на пути Незхи и властно объявила:
— Твоя смерть ничего не решит.
Её, в отличие от меня, Незха опознал моментально, ведь именно у неё он три дня назад ненадолго похитил «Флерет ветра».
Лицо робкого кузнеца вновь перекосилось. Даже у меня, бесчувственного болвана, душа заболела — я хорошо видел, как его переполняют вина и отчаяние.
Незха сразу отвернулся, не желая встречаться с Асуной взглядами.
— Я с самого начала решил… — с трудом выдавил он из себя, — что, если обман раскроется, я расплачусь собственной жизнью.
— Сейчас в Айнкраде лучше быть преступником-аферистом, чем самоубийцей. Аферист предаёт только заказчиков, а самоубийца — всех игроков, пытающихся пройти игру!
Асуна разила языком почище «Прямого выпада». Незха содрогнулся, поёжился… и резко поднял голову.
— Всё равно! Всё равно слабака вроде меня ждёт только смерть! Рано или поздно или меня загрызут монстры, или я сам себя прикончу!
Выслушав крик Незхи, я не сдержался и приглушённо засмеялся. Асуна сурово покосилась, даже Незха повернул ко мне лицо, одновременно перекошенное от отчаяния и оскорблённое моим поведением. Я виновато поднял руки и извинился перед кузнецом:
— Прости, я смеялся не над твоими словами. Просто неделю назад эта девушка разговаривала прямо как ты…
— Э-э…
Незха ошалело округлил глаза и ещё раз посмотрел на Асуну.
— Простите, вы случайно не… — робко спросил он после долгого молчания, — Асуна из числа рейдеров?..
— Что?.. — теперь уже Асуна потрясённо заморгала, попятившись на шаг. — Откуда ты знаешь?..
— Ну как, все знают фехтовальщицу в накидке с капюшоном, единственную девушку среди сильнейших игроков…
— А-а… — протянула Асуна с некоторым смущением и натянула капюшон на глаза.
— Кажется, тебя стали узнавать по маскировке, — сказал я, шагая к Асуне. — Может, избавишься от накидки, пока тебя не начали называть «Серой шапочкой»?
— Не лезь! Не в своё! Дело! Она мне нравится! В ней тепло!
— Н-ну ладно…
Я решил не спрашивать: «А весной-то ты что делать будешь?» и повернулся к Незхе, потрясённо застывшему на месте. Мне очень захотелось задать ему один вопрос, и я всё-таки не сдержался:
— Кстати, э-э-э… а меня ты знаешь?..
Я вовсе не пытался оценить степень своей популярности. Просто изучал, насколько распространилась легенда о «Битере № 1» среди простых игроков.
— М-м-м… нет, простите, вас не знаю…
Ответ одновременно успокоил и потряс меня, и, кажется, это отразилось у меня на лице. Асуна решила подколоть меня в ответ и похлопала по плечу:
— Я же говорила, ты слишком морочишь себе голову.
— Но мне тоже нравится бандана.
— Тогда я сама тебе кличку придумаю. Хочешь быть «Украинским самураем»?
— Почему «украинским»?
— Потому у тебя бандана в жёлто-синюю полоску, цвета украинского флага. Или можешь быть «Шведским самураем», если не нравится.
— Прости, но я пока лучше без клички поживу…
До сих пор Незха слушал наш разговор молча, словно громом поражённый, но теперь нашёл в себе силы робко вставить:
— И-извините, а… это правда? Асуна правда говорила, что когда-нибудь всё равно умрёт?..
Я немедленно решил, что она не захочет отвечать на этот вопрос, и поспешил прийти на помощь.
— Правда-правда, — ответил я нарочито жизнерадостным тоном. — Ты не поверишь, она четыре дня гриндила[31] в лабиринте и хлопнулась в обморок прямо у меня на глазах. Я, разумеется, не мог её там бросить, но STR, чтобы вынести на себе другого игрока, мне не хватало. Поэтому пришлось достать одноместный спальник и…
Асуна со страшной силой наступила мне на ногу. Когда я замолк, она с непринуждённым видом подхватила:
— Если честно, я и сейчас продолжаю так же думать. Здесь всё-таки только Второй уровень, до последнего — Сотого — ещё очень далеко. Во мне до сих пор спорят два голоса: один утверждает, что нужно пройти игру до конца, а второй уверен, что я всё равно погибну где-нибудь по пути. Но знаешь…
Карие глаза под капюшоном ярко вспыхнули. Похожий свет я видел в глазах Асуны, когда впервые встретил её в лабиринте, но с тех пор его оттенок заметно изменился.
— Я решила, что больше не буду сражаться ради смерти. Мне всё ещё не хватает веры заявить, что я борюсь, чтобы выжить и пройти игру, но одна цель, пускай даже пустяковая, у меня всё-таки появилась. Ради неё я и буду воевать.
— О… неужели? И какая? В одиночку слопать целый «Дрожащий торт»? — спросил я почти на полном серьёзе.
Асуна протяжно вздохнула.
— Нет, — бросила она мне и снова повернулась к Незхе. — Уверена, ты тоже найдёшь себе цель. Даже нет, я уверена, что ты уже нашёл её. Ты уже знаешь, ради чего должен сражаться. Что-то ведь заставило тебя покинуть Стартовый город?
Незха ответил не сразу. Он опустил голову, но не закрыл глаза, а уставился на свои кожаные ботинки. Я их заметил только сейчас и понял, что это не городская обувь. Это часть доспеха.
— Да… была у меня цель, — тихо ответил он.
В глубине его переполненного отчаянием голоса будто зажглась маленькая искорка. Но Незха замотал головой, пытаясь затушить её.
— Но её больше нет. Она сгинула ещё до… задолго до того, как я пришёл в этот мир, в тот день, когда я купил нейрошлем. Во время проверочного подключения он обнаружил у меня FNC…
FNC. Full-Dive Nonconformity. Несовместимость с полным погружением.
Устройства полного погружения — исключительно сложные аппараты. Их нужно подстраивать под каждого конкретного пользователя, чтобы подключиться к его мозгу сверхслабыми микроволнами.
Но бытовые нейрошлемы продавались десятками тысяч штук — не регулировать же каждый! Поэтому в них есть функция автоподстройки. Во время первого погружения приходится терпеть долгие и скучные проверочные и калибровочные подключения, зато в следующие разы можно погружаться мгновенно по включению питания.
Однако изредка случается такое, что во время первого подключения аппарат решает, что пользователь «несовместим» с полным погружением. Как правило, под этим понимаются мелкие неполадки — неполноценная работа одного из чувств, лаги[32] при связи с мозгом и так далее, хотя бывает и такое, что полное погружение вообще не запускается.