Регина Янтарная – Незнакомец. Суровый батя для двойняшек (страница 25)
Перебираю в голове всех знакомых женщин, кто бы мог пожить у меня два дня. Мой выбор останавливается на Марго.
Глава 25
Мария
Дерзкий рот Кирилла накрывает мой рот.
Слюнявый. Мерзкий. Противный.
Приходится терпеть, потому что не хочу, чтобы няню уволили за праведный гнев. А Кутузов не станет с ней церемониться. В этом я уверена на все сто.
– Я тебя хочу! – заявляет Кирилл.
И я едва справляюсь с эмоциями. Очень хочется залепить ему пощечину, закричать, но вместо этого приходится сжать зубы и терпеть. Сколько себя помню – последние пять лет мне приходится жить именно так, сжимая зубы.
Тешу себя надеждой, что еще чуть-чуть и я вырвусь из этого дерьма. Возьму своих детей и убегу, куда глаза глядят.
Пять лет назад я попала под опеку собственного отца. Мои надежды и мечты рухнули, как только стало понятно, что отец совсем не такой, каким я его себе представляла.
В моих мечтах папа был сильным красивым добрым.
Настоящий отец оказался злым угрюмым бессердечным.
Он отдал меня на растерзание жизни. Заставил выйти замуж, обручиться. А потом, когда его план оказался реализованным лишь наполовину – Седой сделал для него наследников, но бросил меня, не стал защищать, – папа воплотил в жизнь план В. Уже за решеткой нашел для меня нового мужа, и отдал ему. Кутузов отмывал деньги и был хранителем общака банды Угрюмого. Деньги были отмыты и вложены в бизнес. Так Дима превратился в мега богатого человека. А я стала официально его наследницей.
И Кирилл меня возненавидел…
– Почему отец переписал львиную долю своего состояния на тебя и моих младших братьев? – хрипит Кир, сжимая мои плечи до хруста.
– Ты меня сломаешь! – пытаюсь оттолкнуть хозяйского сына, но он сильный, занимается борьбой, поэтому у меня ни черта не получается.
– Тебя? – ухмыляется и сжимает пальцами мой подбородок. – Маша! Ты насквозь пропитана ложью. Тебя не сломать, потому что ты пластилиновая. Ты как нагреты металл – текучая. Фиг зацепишься за тебя, фиг поймаешь на чем-то. Я слежу за тобой…
Вздрагиваю. Если Кирилл следит за мной, то точно уже знает, что я якобы изменила его отцу.
Кир тут же отвечает на мои мысли.
– Маша! Ты спала с этим мужиком!
– Не понимаю тебя! – включаю полную дуру.
– С директором «Прибора»! – в алчных глазах Кира загорается надменный огонек. Парню кажется, что он пуп земли, шпион от Бога. Надо же вычислил меня! Поймал. Если бы этот маленький дурашка знал, что за каждым из нас ходит мистер Икс, а за этим мистером еще один мистер Игрек, а за ним мистер Зэт, то наложил бы в штанишки. Но я не рушу веру Кирилла в свое ничтожество.
– Что ты хочешь от меня? – спрашиваю устало.
– Какая ты дура непонятливая! Хочу секс или деньги…
– Отойди от нее! – слышу грозный рык от двери. Поворачиваю голову и встречаю безумный взгляд мужа. Дима безумно зол на сына и не скрывает этого.
– Папа, я… – Кир нехотя выпускает меня из рук.
– Просто пошел вон! – командует супруг, направляясь к нам. И я вся заливаюсь жаром.
– Ничего не было, мы так пофлиртовали… ты же знаешь Кира, – лепечу бессвязно.
– Маша, меня не интересуют твои нестабильные отношения с моим сыном. Надеюсь на одно, что всё это не закончится чьим-нибудь убийством. Вы же не загрызете друг друга? Как бы то ни было, я в ответе за тебя перед Угрюмым и за сына перед Богом и женой.
– Обещаю, что не причиню зла твоему наследнику.
– Вот и чудно! Надо поговорить.
– О чем? – выдыхаю я.
– Медленно работаешь! Нужно поскорее с Седым кончать. Доступ к «Прибору» нужен, – Дима внимательно смотрит на меня.
– Я старалась, – отвечаю колко.
– Лучше надо было стараться! Ты же баба, ночная бабочка. Должна всё уметь!
Издевается кобель!
У меня за всю жизнь секс был ровно две ночи – в первую брачную и сегодня. Когда я могла научиться всему-всему.
– Может, тебе практику пройти? – спрашивает с сомнением Дима.
Мотаю рьяно головой.
– Я про видео уроки говорю!
– Седой не такой, его не секс вставляет…
– А что?..
– Не знаю.
– Машка! Иногда ты кажешься мне умной, а иногда дурой непонятливой!
– Можно, я к детям пойду? – спрашиваю с горечью.
Дима думает пару мгновений и отпускает. Я направляюсь в детскую к собственным детям, а сама вся трясусь, еще недавно я хотела одного – мести бывшему и единственному мужу, но после ночи с ним сомневаюсь в своих желаниях.
Где-то в глубине души я всё ещё хочу любить и быть любимой. Мирон клялся перед небесами, что будет любить меня, и я хочу дать ему этот шанс.
Надежда всё еще теплится в моей душе.
Но отец хочет отомстить Мирону. Дима – всего лишь «рука возмездия». Они на пару разработали план, как подставить Седого, а я должна стать исполнителем их чудовищной воли.
Еще вчера я хотела возмездия, но сейчас гляжу в любимые серые глаза детей и сомневаюсь в том, что их отец заслуживает кару.
Вдруг, он еще может стать любимым папулей?
Снова заливаюсь жаром, а потом меня знобит.
Сказываюсь больной, ухожу, оставив детей с нянями. До утра не смыкаю глаз, горничная меняет мне компрессы, отпаивает меня.
А утром, едва солнечные лучи попадают в комнату, и согревают мою душу, как я засыпаю.
– Вставай! – меня трясут за плечо.
– В чем дело? – с трудом приоткрываю глаза. Шокировано гляжу на Кутузова.
– Шанс подвернулся! Одевайся и дуй к своему майору!
– Что???
Муж стаскивает меня с кровати, подводит к шкафу.
– Сестра его дочку оставила Седому, а сама на два дня укатила в другой город. Он сейчас няню ищет для малышки. Ты сгодишься. А пока будешь помогать ему, прощупай почву.
– Как же мы дети? Целых два дня без них! – с ужасом гляжу в безразличные ко всему глаза Димы.
– Я их отец! Твои дети остаются с отцом. В чем проблема? – грозно глядит на меня.
– Но… мы сегодня собирались в цирк, смотреть клоунов. Аленка огорчится.
– Ничего страшного. Возьми билеты, сходи с Седым и с его племянницей.
– Ты. Сошел. С ума? Нас же люди увидят. Завтра весь город судачить будет! – ошеломленно гляжу на супруга.