Регина Грез – Мой нежный хищник (СИ) (страница 28)
— Я — Катарина! — с грациозным поклоном произнесла девушка.
— О, Катрин… прелестное имя для Дамы… в свое время я знавал одну Катарину… она не давала мне уснуть до утра… у меня едва хватало сил на глоточек вина… как она уже снова готовилась меня оседлать… Надеюсь, барону Веймару с вами повезет также?
Райнбок прищурился, сверля девушку открытым глазом. Катя покраснела и, опуская очи, произнесла еле слышно:
— Можете даже в этом не сомневаться, Милорд! Боюсь, вы теперь долго не увидите Веймара на турнирах и прочих состязаниях, после нашей свадьбы я намереваюсь запереть любимого Супруга в спальне как минимум на целый месяц. «И желательно, одного…»
Райнбок громко икнул и снова разразился диким хохотом. Катя подула на прядку волос, откидывая ее с чуть взмокшего лба и устало вздохнула.
— «Чего только не скажешь во благо спокойствия будущего Мужа и родного дома!»
Семья для Кати всегда была в приоритете — так уж девушку воспитали. Свою семью надо защищать любыми способами, даже в ущерб мелким личным привычкам и желаниям.
Герольды снова затрубили и на арену выехали богато одетые всадники с развевающимися плюмажами. Райнбок предложил Катюше и двоим спутниками занять место в Галерее рядом с собой, но предусмотрительный Торм почему-то ответил вежливым отказом.
— Наша Леди еще никогда не бывала на подобных игрищах, позвольте нам разместиться поближе к выходу. К тому же Госпожа с утра немного бледна, я беспокоюсь о ее самочувствии…
— Сказал бы сразу, что Веймар уже заделал ей щенка! Оттого ему и приспичило так спешно жениться… Я вообще от него не ожидал подобной причуды! Меня и на аркане не затащишь под венец — вокруг столько красоток, как можно удовлетвориться всего лишь одной — не пойму!?
Торм склонил голову, пряча улыбку — Райнбок был женат несколько раз: первую жену через месяц после свадьбы он отправил обратно к родителям, сославшись на ее развратное поведение, вторую супругу он обменял на отличного породистого коня с полной боевой экипировкой, придравшись к тому, что женщина слишком холодна в постели. Правда, новый муж «ледышки» отнюдь на нее не жаловался, полагая, что Райнбоку просто приглянулся жеребец, а супруга порядочно надоела…
Обо всем этом, конечно, Леди Катрин не следовало знать… Девушка во все глаза сейчас наблюдала за происходящим на арене. А, может, искала синюю накидку Ансельма, юный рыцарь уже давно покинул своих новых друзей и присоединился к небольшой кучке будущих «поединщиков».
А вот и глашатай — на арену перед могучим Райнбоком вышел долговязый мужчина средних лет и зычным голосом поблагодарил «великодушного устроителя торжества и щедрого покровителя Блодсбурга — Всемилостивейшего Хозяина Райнартхолл — барона Райнбока!».
Тот же, кому адресовалась эта льстивая, витиеватая речь, лишь раздраженно махнул рукой, веля поскорее переходить к самой интересной части мероприятия. Новые зовы труб и первая пара рыцарей, уже полностью закованных в доспехи, склонила копья перед Алым пологом. После чего один из мужчин скинул с головы блестящий серебряный шлем и провозгласил:
— Я — Рыцарь Солат фон Лавенберг, посвящаю свою будущую победу Гризольде Великолепной из Кариндхолл! И да поможет мне Дух моего предка, чей образ я ношу у самого сердца с рождения.
Торм поспешил шепотом пояснить Кате некоторые детали:
— У него на гербе — крылатый лев, под лапой которого прячется маленькая мышка. Это древний символ Лавенбергов — по легенде, однажды их предка — Солнцегривого льва во время полуденного отдыха разбудил мышонок. Однако Свирепый Зверь сжалился над крохой и отпустил его с миром, хотя мог бы запросто раздавить в гневе. Зато потом шустрый мышонок спас Льву жизнь, он перегрыз веревку, что удерживала затвор клетки, куда вскоре заманили Хищника его враги.
— Замечательная история! — восхитилась Катя, с любопытством рассматривая миловидное и одновременно мужественное лицо Рыцаря Солнечного Льва.
— И очень даже поучительная… Никогда не надо обижать слабых, они тоже могут принести посильную помощь… если уж кого-то чересчур заботит личная выгода… если кто-то не умеет быть милосердным просто так…
Катя немного рассеянно слушала представление второго рыцаря, кажется его имя было Харост, и он казался гораздо старше и неказистей статного «Солнцегривого», которому уже вовсю симпатизировала девушка.
Но вот все происходящее потом произвело на чувствительную Катину душу весьма неприятное впечатление. Рыцари налетели друг на друга как два разъяренных петуха и вот уже «Лев» почему-то оказался на земле. А этот грозный «Хворост», как немедленно обозвала его девушка, тут же развернул коня, подскочил к Солату и как-то уж чересчур умело пристукнул его сверху по затылку рукояткой короткого кинжала. «Лев» уже не поднялся и его вскоре за ноги оттащили с поля боя верные оруженосцы.
Катя разочарованно вздохнула и вдруг поняла, что ее интерес к турниру начинает резко ослабевать… А когда на третьем поединке с коня полетел Ансельм, девушка со скучающим видом попросилась у Торма домой. Почему-то все, что сейчас творилось на арене, стало мучительно напоминать Катюше трансляцию футбольного матча с участием российской сборной, а наблюдать за поражением родной команды не мог спокойно даже выдержанный Катин отец…
Торм понимающе усмехнулся девушке и скомандовал Кротху потихоньку пробираться к выходу. Именно на такое развитие событий и рассчитывал старый вояка, заранее занимая самые удобные места для поспешного бегства. Время едва перевалило за полдень, когда компания из Ульфенхолл уже покинула шумный город, чтобы поскорее добраться до родного поместья, куда уже, оказывается, успел вернуться сам Хозяин.
Глава 9. «Мой молчаливый друг…»
Едва ушей Веймара коснулось известие о том, что Катарина отправилась в Блодсбург, барон пришел в неописуемый гнев. Нарида пятилась задом, прижимая к груди кувшинчик с водой, который она припасла, чтобы напоить «мальчика», уставшего с дороги — немного охладить его пыл… Веймар рвал и метал, понося старую прислугу последними словами. А, потом, вдруг осознав, что никакой бранью не приблизит к себе желанную девушку, мужчина потребовал свежего коня и стремительно помчался в сторону города.
Чуть поотстав от Господина, «летели» его верные воины, правда, приказа сопровождать себя барон им не отдавал, но быстренько посовещавшись, мужчины решили, что не годится оставлять Хозяина Ульфенхолл одного в таких расстроенных чувствах. Правда, из некоторых соображений «свита» все-таки нарочито отставала…
А Катя в это время вовсю наслаждалась поездкой по ровной мощенной дороге и чем дальше оставался Блодсбург и его развлекательные мероприятия, тем веселее становилось на душе у девушки. Не прошло и получаса, как на взмыленной лошади маленькую кавалькаду догнал Ансельм. Выяснилось, что он торопится в поместье к Рыцарю Дагмару, дабы рассказать тому последние новости и посетовать на собственные неудачи.
Путь в Черные камни лежал как раз через Волчьи земли и Катя от души была рада приятному спутнику. Девушка как могла утешала юного Рыцаря, предсказывая Ансельму множество выигранных турниров впереди. Путешествие до родного поместья обещало быть весьма приятным.
Торм и Кротх помалкивали, следя по сторонам, а Катюша вовсю болтала со своим разговорчивым «паладином», который, правда, не смог подарить ей победу на поединке. Девушку это совершенно не заботило и она открыто заявила об этом Ансельму, а заодно спела новую песенку на стихи Р. Бернса:
— Ах, Леди Катарина, как же мне повезло, что вы согласились стать моей Дамой! Я непременно сложу в вашу честь прекрасную балладу, где воспою вам тонкий ум, вашу несравненную красоту и ваш дивный голос!
Катя едва рот открыла, чтобы рассыпаться в благодарностях, как ее остановил Торм, у старого вояки в отличие от Кати настроение вдали от Блодсбурга стало быстро ухудшаться. «Не о вдовушке ли симпатичной он уже тоскует…»
— Только Веймару совершенно не нужно знать, что у вас появился такой пылкий поклонник. Прошу вас, Леди… юноша только начинает жить, зачем лишать его возможности найти себе другую Даму.