Регина Грез – Мой нежный хищник (СИ) (страница 30)
— О, не стоит беспокоится… пустяки. Оплеуха от самого барона де Лостан — это даже почетно!
— Можешь передать Дагмару, что тебя посвятили в Рыцари второй раз!
Торм рассмеялся от души: «А парень — молодец! Удар держит и еще пытается шутить, хорошо бы Даркос его подучил, тогда мальчишка и впрямь мог бы совладать с Альбертом, всего-то надо пару годков подрасти и окрепнуть…»
— Непременно передам ему ваши слова, господин Торм, а не нужно ли чего передать моей тетушке, когда навещу ее на обратном пути?
Торм задумался, с легкой грустью обернувшись в сторону Блодсбурга.
— Я приеду к ней при первой же возможности, так и скажешь.
Молодой Рыцарь отправился своим путем, а Торм поспешил догонять молодцев из родного поместья. Ох, и тяжелый разговор у него будет позже с бароном, но пожалуй, поездка того стоила… К тому же, Госпожа, ни смотря ни на что, кажется, осталась довольна, а уж Торму не впервой сносить брань от Хозяина, авось переживет и на сей раз его лютый гнев.
Катя склонила усталую голову на плечо барона и наблюдала, как нервно бьется крохотная жилка на его шее, так и хотелось прижать ее пальчиком, а потом отпустить… так ведь не осмелишься.
— Ты на меня очень злишься, Веймар?
— Очень!
И ведь он даже на нее не посмотрел, и не расправил сурово сведенные брови, и даже золотистых искорок сейчас не было видно в его серых глазах. Катя вздохнула и погладила белую рубашку, что выглядывала из распахнутого плаща мужчины. А потом пальцы девушки коснулись горячей кожи груди и задержались там на миг… и даже гораздо дольше…
— У тебя так быстро бьется сердце… Ты, наверно, обдумываешь, куда меня теперь посадить — в холодный, темный подвал или на вершину башни, а там, наверняка, сквозняки. В замке есть высокая башня, Веймар? Жаль, я не успела там все изучить…
— Теперь у тебя будет достаточно времени, ты больше и шагу не ступишь за пределы поместья!
— Ах, я так и знала… А ты… Ты больше никуда не уедешь?
— Теперь никуда! Тебе жаль, да? Больше не выпадет возможность позабавиться с юнцами?
— Что ты такое говоришь? Ансельм моложе меня… Да, я вообще его не воспринимаю как… ну, близкого приятеля. Зря ты его ударил, это было очень грубо с твоей стороны, очень дико…
— Да, я такой! И тебе придется привыкнуть!
Катя медленно убрала руку с груди мужчины и ухватилась за ворот его рубашки.
— Сейчас же верни на место!
— Что… вернуть на место?
— Свою ладонь! Туда, где она была!
— Ну, надо же… ты вот все командуешь, а меня будто и не слышишь.
— У меня превосходный слух!
— Веймар… не сердись, ладно… я больше никогда так не буду делать — уезжать без спроса. Я же только хотела тебе помочь, Торм меня представил Райнбоку, я за тебя заступилась.
Из горла барона вырвалось рычание, Катя испуганно отпрянула, заглядывая в глаза мужчине.
— Как это у тебя получается, и ведь ты часто так делаешь, я заметила…
— Всего лишь скверная привычка! И учти, что в твоем заступничестве я не нуждаюсь! Надо же, Райнбок! Этот похотливый старый тролль на тебя глазел! Грр…
— Он пожелал нам весело провести медовый месяц!
Катя вдруг отчего-то вздумала и за Райнбока постоять, забавный в принипе дядька, хотя так пошло шутил с ней.
— Пусть его это не заботит, уж я постараюсь, чтобы наш медовый месяц прошел как следует.
— Задушишь меня в объятиях?
— Довольно меня дразнить, женщина, или я сейчас остановлю Кора и утащу тебя в лес!
— Ты меня обещал не трогать до свадьбы! Слово Лостана!
— Ну, слова-то я вам, кажется, не давал… что-то я плохо помню, кажется, нет…
Веймар вдруг резко натянул поводья и в самом деле велел коню едва ли не остановиться. Впереди уже показался каменный вал, что окружал поместье. Лошади рвались домой. Барон отправил своих спутников вперед, а сам поехал шагом, пристально глядя на Катю. И та, смущаясь, отводила глаза и прятала пылающее лицо на груди жениха, никогда прежде Веймар не смотрел на нее с таким откровенным желанием…
Однако, впереди Веймар заметил небольшую группу крестьян, они торопливо шли навстречу, громко что-то обсуждая. Следовало, обратить внимание на их нужды, выслушать и принять решение, это прямой долг барона. А причина столь шумного сборища оказалась к тому же весьма серьезной, несколько всадников из вассалов Одри заехали в поселение на местную свадьбу и увезли с собой юную невесту.
Катя даже не сдержала возмущенный возглас, а Веймар стиснул зубы до скрипа. Его Зверь утробно зарычал, обнажая клыки, сегодня он все же переломит чей-то гнилой хребет!
Драгоценная невеста была доставлена к замку, а барон с кучкой воинов поехал разбираться с новой бедой. Впрочем, девушка чувствовала себя настолько измотанной этой дорогой, что мечтала лишь об отдыхе. И Катя отдыхала вплоть до обеда следующего дня, пока ей не пришла мысль отправиться на прогулку вдоль крепостной стены, а точнее за ее пределами. Пока барон все еще «разбирается со своими недругами» можно немного подышать ароматами сочных лугов.
— Леди, я вас умоляю, останьтесь в замке хотя бы до возвращения Веймара, — взмолился Торм.
Его серьезный разговор с бароном был отложен на неопределенный срок, но вряд ли Хозяин забудет пожурить старого слугу за недавнюю вылазку Госпожи. А тут еще новые приключения назревают…
— Я со вчерашнего вечера только в замке и нахожусь, а во дворе все на меня смотрят и кланяются, мне даже не по себе, я хочу просто побродить немного вон там у леса.
— Прямо у реки?
— А рядом есть река? Торм, что же ты молчал, я люблю текущую воду! Пойдем со мной, туда и обратно, ну, давай еще кого-нибудь возьмем… Точно, для охраны!
— Госпожа, вы меня погубите! Какая там река — крохотный мутный ручеек, да и только… Барон же запретил вам выходить.
— Я же всего одним глазком взгляну на ручеек, Торм! И тотчас назад… Неужели ты так сильно боишься, Веймара? Нарида сказала, что ты ему и слово не можешь сказать поперек, а когда-то носил на руках.
Торм лишь вздохнул и украдкой погрозил кулаком окну, из которого выглядывал белый чепец старой болтливой няньки.
— Идемте, Госпожа… Только туда и обратно…
Веймар вернулся в Ульфенхолл, когда солнце стояло уже высоко. Ему удалось почти миром договориться с людьми Одри вернуть девушку, крестьянка даже не пострадала, хотя была порядком напугана. На обратной дороге маленький отряд застигла ночь и уставшие люди разбили лагерь у леса. Потом пришлось заезжать в Брахту, чтобы вернуть девушку семье, барон сам проследил за тем, чтобы ее как должно принял обиженный супруг. А порукой чести юной красавицы должен был послужить именной перстень Веймара.
«И с каких это пор я стал таким сентиментальным… Меня ждет своя прелестная невеста, а я развожу по домам похищенных деревенских девок… Грр… ауфф! Еще один повод местному люду восхвалять отвагу и доброту своего барона».
А вот когда Нарида с нескрываемым удовольствием сообщила Веймару, что Катрин вопреки его приказу отправилась за крепостную стену… и этот выживший из ума старый Торм даже не попытался ее остановить…
«Выпорю! — безоговорочно решил Веймар, — уж на сей раз она не отвертится!»
И сейчас его Зверь абсолютно был с ним согласен. Барон заметил Торма еще издали, мужчина вместе с таким же пожилым дюжим конюхом нежились на полуденном теплом солнышке, но вот Катарины рядом с ними не было.
— Где госпожа?
— Она сейчас у реки, милорд.
— Одна?
— Она запретила нам идти с ней. Она хотела искупаться.
— И ты так просто ее послушал?! Я тебя не узнаю, Торм… да что с тобой стало!
— Если бы ты сам больше времени проводил с ней, то понял, что ей очень трудно в чем-то отказать, ей, похоже, уже нравится роль здешней Хозяйки… Да, и что же с ней может случиться? Она в трех шагах, я отсюда слышу ее голос.
Со стороны обрыва неподалеку, и правда, доносился смех Катарины и какая-то из ее задорных песенок, а также плеск воды.
Веймар зловеще прищурился:
— Ну, что ж… тогда я сам отважу ее от таких прогулок. Она штаны обмочит от страха и будет целыми днями сидеть в замке. Можете возвращаться, она скоро сама домой прибежит.
Закатав до колен свои узкие джинсы, Катя весело шлепала босыми ногами по мелководью. И вдруг странное ощущение чьего-то присутствия заставило девушку подозрительно оглядеться. На обрыве, прямо напротив нее стоял большой лохматый волк. Несколько мгновений Катя смотрела прямо в его холодные желтоватые глаза, а потом зверь, угрожающе зарычал и спрыгнул на берег вниз, сразу же оказавшись в двух шагах от девушки.
— О Боже! Спасите!
Катя в ужасе отбежала подальше в воду и, прижав ладони к судорожно бьющемуся сердцу, не спускала взгляд с волка. А тот почему-то остановился, словно раздумав нападать, и как-то даже насмешливо фыркнул, встряхиваясь всем телом.
— Так, ты еще и смеешься, глупое животное! — немедленно возмутилась Катя, — думаешь, я тебя не узнала, ты явился мне на Моховом болоте, помог мне в Священной роще, а сейчас явился сюда напугать меня до полусмерти? Ничего не выйдет, дружочек! Я тебя не боюсь ни капли, так и заруби на своей серой морде.