Регина Андреева – Кошечка в сапогах исполняет желания (страница 2)

Посмотрела по сторонам, чтобы найти глазами хоть одно нормальное и обыденное. Понять – я не сошла с ума.

Сделать это было сложно.

Женщина, что спасла меня, копошилась возле лодки. Она была одета в длинное темное платье, на сильных плечах – мех убитой лисы. Как в фильмах про средневековье и варваров! Широкая, грузная, она вытаскивала вещи из лодки и складывала их на берег.

Маленький мальчик лет шести, по-видимому, ее сын, скакал рядом в нетерпении. Он был одет еще страннее. В большой безразмерной рубахе, подвязанной на поясе веревкой, в ярко-красных сапогах с золотым узором, тоже большего размера, чем нужно ребенку.

Впереди журчала река. Позади – редкий лес, тут и там лежали большие валуны, чуть поодаль виднелась прибрежная пещера. Ни намека на цивилизацию.

Где провода, столбы, вышки связи? Почему я не слышу шума железной дороги?

Но больше всего меня волновал мой внешний вид. Галлюцинация не прошла, я всё еще видела и ощущала себя четвероногой кошкой. Передние лапы, покрытые шерстью, никак не хотели становиться нормальными человеческими руками.

"Как в сказке", – подумала, но потом напрочь отвергла эту мысль.

Сказок не бывает.

Должно быть логическое объяснение.

Я осторожно потопталась на одном месте, чтобы не упасть снова. Тело легкое, как перышко, и неустойчивое. А что это сзади? Хвост! В шоке посмотрела на часть тела, которой у меня в принципе никогда не было. Мокрая шерсть прилипла к телу, поэтому хвост казался облезлым и почти лысым. Ужас! Я должна прийти в себя, так не бывает.

– Мама! – закричал мальчик.

Я подскочила, выгнув спину, как обычная дворовая кошка на лай собаки. Уф, вот это реакция. Откуда только взялась?

– Мама, оставим его, оставим?!

– Цыц, – буркнула женщина. – Такой же впечатлительный, как твой папаша. Он тоже бросался на новые игрушки, тут же избавляясь от старых. Я была лучшей, он должен был выбрать меня! Но он… Легкомысленный ублюдок испортил мою жизнь.

– Мама… – перебил мальчик. – Не говори так о папе.

– Да что о нем говорить, – вздохнула женщина, постепенно успокаиваясь. – Ну, и? Зачем тебе этот блохастый? Смотри, какой дохлый.

Я озадаченно вытянула одну лапу и просканировала шерсть на наличие посторонней живности. Врёт, нет у меня блох. И вовсе я не дохлая, а стройная. Сейчас шерсть подсохнет, вообще красавицей буду. Ой!

Передо мной встал мальчик. Надув губы, он обиженно смотрел на мать.

– Хочу. Играть. С этим котом.

Мальчик часто задышал, из ноздрей начал выходить пар.

– Ладно, – буркнула женщина и вперилась в меня острым взглядом. – На что сгодится блохастый? Давай-ка, присмотри за моим сыном, пока я разбираю вещи.

Дзынь.

Я покачнулась от резкой и неожиданной силы. Будто некто большой и властный поставил в лоб щелбан. Бр-р-р!

Пора делать ноги. Разум никак не хотел воспринимать действительность. Мне всё казалось, что стоит сбежать из этого театра абсурда, как всё закончится, и я снова окажусь дома, в мягкой постели, рядом с Марком. Ведь это просто дурной сон.

Неприятная горечь засаднила горло.

Женщина отвернулась, и я попятилась к лесу. Ходить на четвереньках было странно, но жить захочешь – и не такому научишься. Главное – держать хвост выше, а голову ниже, так я лучше чувствовала равновесие. Еще немного, выберусь отсюда. Может, это всё симуляция мозга? Может, я в больнице, в коме?

Я взобралась на бревно, за которым стоял лес. Аккуратно спустила задние лапы на ту сторону, начала съезжать и вдруг взвыла от боли.

Едва берег скрылся из моего зрения, голова затрещала. Она стала тяжелой, а в груди громко застучало кошачье сердце.

"Не подчинишься – умрешь", – пронесся в голове гудящий голос, который я уже слышала прежде.

Умрешь? Он сказал "умрешь"? Кому, по его мнению, я должна подчиняться?

Пошатываясь, я снова забралась на бревно и посмотрела на мать и сына. Парень бегал, проверял кусты и камни. Он искал меня.

Странным образом головная боль начала отступать, а сердце перестало стучать, как бешеное.

Тогда прояснилось многое. Она велела мне присмотреть за сыном. И пока я смотрела на него, я чувствовала себя как обычно. Но стоило отвести взгляд – с моим телом начинало твориться ужасное.

В тот момент я вспомнила о сделке и о том, каковы обязанности обеих сторон. Будучи дочерью своего отца, я хорошо разбиралась в договорах, важных пунктах, юридических формулировках. Но плохо разбиралась в иррациональном. Точнее, не разбиралась вовсе.

Всё, что меня сейчас окружало, было пропитано иррациональностью. Неужели это происходит со мной? За свои двадцать пять лет я даже фэнтези не читала! Не то чтобы всерьез верить в чудо.

Но мои глаза видели, лапы ощущали, хвост дрожал.

Я понимала, что попала. И даже примерно представляла куда. Прикрыла кошачьи веки, чтобы решительно открыть их вновь.

Скажи это слово, Роксана.

Сказка.

Я попала.. в сказку?

Не может быть!

Глава 3. Волшебные сапоги

Мальчик глядел на меня сверху вниз с обожанием. Пухлые ладошки сжимались в попытке схватить меня за подсохший хвост, но я была проворнее.

– Можно тебя погладить? – спросил он, чуть не плача.

Сжалившись, сделала шаг навстречу и прогнула спинку. Гладь.

Ребенок расплылся в счастливой улыбке, неуклюже коснулся шерсти, зарылся обеими руками и прикрыл глаза.

– У меня никогда не было домашних животных, – зашептал он, прижимаясь ко мне. – Мама не разрешает, ведь мы всё время переезжаем.

Пригнула кошачьи уши, когда детская ладошка накрыла голову.

– Мама говорит, что я сын самого главного человека в королевстве, поэтому меня надо беречь. Говорит, я должен стать сильнее перед встречей с ним.

Осмотрела мальца с ног до головы. Совершенно обычный ребенок. Рыжеволосый, чумазый, с большими глазами, нос торчком. Только одет странно, не по-современному, хотя сейчас здесь странным казалось абсолютно всё.

Ненароком опустила взгляд на ярко-красные сапоги с золотистым узором.

– Ненавижу их, – в сердцах воскликнул мальчик, и я удивленно посмотрела на него. – Они мне сильно жмут, но мама заставляет носить. Они скрывают магические проклятья и отклонения. А я просто хочу быть собой.

Он наклонился ближе и заговорщически зашептал:

– Я пытался сжечь их в костре, утопить в речке. Они неубиваемые!

– Людвиг! – раздался голос его матери.

Мальчик непроизвольно сжался, будто боялся, что она слышала его слова. Женщина закончила разбирать вещи и подошла к нам.

– Идем, сын. Пора на тренировку.

– Ура!

Мальчик с облегчением скинул красные сапоги, отбросил их подальше и босиком вскочил на траву.

Если я думала, что на этом странности закончились, я ошибалась.

Ноги ребенка начали изменяться. Ступни выросли в половину, крохотные детские пальчики превратились в крупные пальцы-картошки. Ноги покрылись рыжими волосами. То же произошло с руками и ушами.

От прежнего милого мальчика осталась только рубаха. Пояс на ней порвался, упал на траву. Он стал выше, толще, волосатее.

– Фух! – пробасил он совершенно недетским голосом и, разминая затекшие пальцы на ногах, заковылял к пещере, где его ждала мать.

Я поняла, что всё это время стояла, держа хвост торчком и выгнув спину. Мои эмоции непроизвольно отражались на поведении кошачьего тела.