Ребекка Занетти – Одна проклятая роза (страница 49)

От изумления в горле пересохло. Она ревновала, но была слишком упряма, чтобы спросить меня о предстоящем вечере.

ТОРН: Каждый раз, когда ты публикуешь что-то обо мне, твои наказания увеличиваются.

АЛАНА: Сначала доберись до меня.

ТОРН: Я сделаю это, так что жди, и предупреждаю: я прощу тебе видео с Нико, потому что ты не знала, разрешено это или нет. Если задействуешь кого-то другого в ролике обо мне без моего разрешения, я отрежу ему язык и повешу это кровавое месиво на твоей входной двери, прежде чем выпорю тебя за то, что вообще заговорила обо мне.

Она не отвечала в течение нескольких секунд.

АЛАНА: Ты сущий дьявол.

ТОРН: Наконец-то ты поняла это.

По правде говоря, я был не против того, чтобы она снималась с Нико. На видео у парня был такой вид, будто у него несварение и его в любой момент может вывернуть. Я сомневался, что существовал человек, который ненавидел сниматься для соцсетей больше, чем я, но Нико, казалось, был близок к этому. Телефон завибрировал, и я удивленно опустил взгляд.

АЛАНА: Надеюсь, сегодня вечером ты заразишься герпесом.

Я громко рассмеялся, и когда смех эхом разнесся по салону, я замер.

«Когда в последний раз со мной такое происходило?» – подумал я.

Вкус меда снова коснулся вкусовых рецепторов.

Под пристальным взглядом охранника я начал одной рукой набирать ответ.

ТОРН: Поскольку ты единственная, с кем я трахаюсь, он тебе передастся, и я превращу твою жизнь в ад.

АЛАНА: Ты уже это делаешь.

ТОРН: Да, испытать несколько оргазмов подряд, должно быть, ужасно. Хватит меня провоцировать.

Она будто хотела, чтобы я разозлился перед встречей. Я застыл – это действительно было так. От этой мысли сердце, если оно у меня тогда еще было, застучало как сумасшедшее.

ТОРН: Ты чертовски очаровательна, когда ревнуешь.

АЛАНА: Ты умрешь очень медленной и мучительной смертью и все это время будешь плакать как ребенок.

ТОРН: Согласен, что, вероятно, она будет медленной и мучительной, но я никогда не плачу.

«Пора везти ее домой. И эта подозрительная встреча с группкой благодетелей у Нико… Они что-то замышляют», – подумал я.

АЛАНА: Мы больше не встретимся. Честно говоря, я ищу себе парня. Ты выбыл из игры, приятель.

Рык вырвался из груди.

ТОРН: Ты зарабатываешь наказания быстрее, чем дьявол раздает их.

АЛАНА: А ты и есть чертов дьявол, который ведет счет.

ТОРН: Да, это так. И, детка, от меня не спрячешься. Будь готова.

Ворота открылись, и я убрал телефон в карман. Как бы сильно мне ни хотелось весь вечер подшучивать над Аланой, сначала нужно было узнать, причастна ли Сильверия к созданию проклятого вируса. Челюсть болела, десны воспалились. Если бы еще и зубы выпали, я бы точно кого-то убил.

Я ехал по длинной извилистой дорожке, ведущей к особняку, который возвышался на вершине пологого холма. Несмотря на то что был конец сезона, повсюду росли белые розы. Лил мелкий дождь.

Статуи различных богинь были расставлены по всей территории. Надо отметить, пасмурная погода не помешала некоторым из них сверкать. Очевидно, они были украшены настоящими бриллиантами. Цитринов же нигде не было видно.

«Любопытно», – подумал я.

Я припарковался возле белых позолоченных дверей и, поднявшись по лестнице, вежливо постучал. Еще раньше я бы принес на подобный ужин цветы, но теперь, когда в моей жизни появилась Алана, мне казалось неправильным дарить цветы другой женщине, даже если это деловая встреча.

Дверь открылась, и я с некоторым удивлением отметил, что Сильверия выполнила эту черную работу сама. Идеально очерченные губы, накрашенные ярко-красной помадой, выделялись на ее бледном лице. Темные волосы были собраны в строгий пучок на затылке. Она выглядела величественной и статной в облегающем шелковом платье со сверкающими вставками и в туфлях на семисантиметровых каблуках. Бриллиантовая подвеска спадала ей на грудь и сочеталась с серьгами.

– Должно быть, приятно иметь бриллианты в качестве талисмана, – сказал я.

Она улыбнулась, обнажив ровные зубы.

– Это правда. Сомневаюсь, что вы принесли мне хотя бы один в подарок.

– Боюсь, вы правы.

Она жестом пригласила пройти внутрь.

– Хм… Придется поработать над вашими манерами.

Я вошел в вестибюль высотой с пятиэтажный дом. Черный мраморный пол был отполирован до блеска, а с потолка свисала великолепная люстра с кристаллами, бриллиантами и несколькими цитринами. Увидев последние, я удивился, но, вероятно, они были нужны для поддержания баланса, ведь люстра была изготовлена вручную много лет назад.

– Проходите, – сказала Сильверия и повела меня в большую комнату, где над потайным камином висел портрет ее покойного мужа, а затем – в обеденный зал. От великолепия этого места у меня сжались зубы.

За длинным столом из красного дерева уже сидели ее дочери и мужчина по имени Гораций Уимпл, который, насколько я понимал, был ведущим программистом в «ТаймДжеме» и любовником Сильверии. Ходили слухи – меня обычно такое мало волновало, – что они были вместе еще с детства.

Он пристально посмотрел на меня. Этот статный мужчина лет шестидесяти с небольшим с лысой головой и умными серо-зелеными глазами был одет в костюм от «Армани», который ему очень шел.

– Торн, – поприветствовал он меня, протянув руку.

Я спокойно встретил его взгляд.

– Гораций, – пожал руку и повернулся к дамам за столом: – Стейси, Коринда, вы выглядите очаровательно. – Обе улыбнулись и начали что-то щебетать.

Они уже меня раздражали. Сестры были совершенно не похожи друг на друга: Коринда была высокой блондинкой с короткой стрижкой, а Стейси – брюнеткой, ниже ростом и с волосами чуть ниже плеч. Единственное, что их объединяло, – голубые глаза, доставшиеся от матери.

Их настоящий отец, насколько я знал, умер, когда они были еще маленькими, после чего Сильверия снова вышла замуж за Брукса Рендейла, который тоже вскоре умер.

Я внимательно осмотрел комнату.

– Удивительно, что вы не пригласили свою третью дочь. Ходят слухи, что она настоящий компьютерный гуру, – сказал я.

– Падчерицу, – поправила Сильверия. – Она отдалилась от семьи.

– Вы хотя бы знаете, где она? – спросил я, склонив голову набок.

– Нет, и мне все равно, – ответила она, изящно махнув рукой.

А вот я точно знал, где Элла, ведь она была частью окружения Аланы.

«Означает ли это, что теперь она и в моем близком кругу?» – Эта мысль заинтриговала меня.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – попросила Сильверия и отодвинула мне стул напротив дочерей. Гораций сел в конце стола, а Сильверия заняла место во главе. Очевидно, в спальне она тоже доминировала.

Как только я сел, в комнату вошли пять официантов и поставили перед нами салаты.

– Надеюсь, вам понравится сегодняшнее меню, – вежливо сказала Сильверия. – На десерт будет чизкейк. Я так понимаю, это ваше любимое блюдо.

Мой любимый десерт – Алана Бомонт.

– Хорошо.

Гораций разлил дорогое вино по бокалам.

– За новых друзей, – сказал он, подняв бокал, и его глаза засверкали как алмазы.

В тот момент за Аланой следили две мои группы охраны и несколько команд Матиаса и Соколовых – мне это было точно известно. Просто чудо, как эта девушка могла куда-то пойти, не наткнувшись на кого-то из телохранителей. По словам моих людей, этим вечером она спокойно работала в «Аквариусе». Я не видел ничего плохого в том, чтобы работать допоздна. При мысли о ней губы невольно тронула улыбка, а во рту появился привкус меда.

Все три Рендейл мгновенно улыбнулись мне в ответ.

– Мы подумали, что было бы неплохо познакомиться с вами поближе и обсудить сотрудничество, – спокойным тоном начала Сильверия.

– Я все про вас знаю, – сказала Стейси, вздохнув.