Ребекка Яррос – Дерзкий Уайлдер (страница 7)

Прыжок с разбега, и мы уже мчимся в воздухе, и по моим венам проносится бодрящая волна единственной вещи, к которой у меня есть зависимость, – адреналина.

У Лии перехватило дыхание, а потом она шумно выдохнула. Она не держалась за свой привязной трос, но я по-прежнему крепко обнимал ее за талию двумя руками. Мне надо было ее отпустить, обеспечить дистанцию как минимум в треть метра, согласно технике безопасности, но что-то подсказывало мне: ей будет безопаснее рядом со мной.

А может, мне просто безумно хотелось быть к ней ближе.

Мы промчались над носом корабля, затем – над капитанским мостиком и приблизились к верхней палубе, где нас встретила громкая музыка. Вечеринка по случаю отплытия уже началась. Тысяча с лишним студентов веселились на палубе, они приветствовали нас, когда мы пролетали над ними – слишком быстро, чтобы разглядеть обращенные к нам лица.

Дропзона располагалась прямо перед бассейном. Огромная надувная подушка с гигантским красным крестом, как будто я мог ее пропустить. Одновременно с Лендоном я потянулся к тормозной стропе, чтобы сбросить скорость.

Я дернул стропу, но ничего не произошло.

Мы пролетели мимо Лендона, и я дернул сильнее. Какого хрена?

Без паники. Я протянул руку вперед к отдельному тормозному механизму на подвесе Лии, но стропа просто провисла без всякого сопротивления. Мы не то что не затормозили, мы еще больше набрали скорость.

До дропзоны – всего секунда, но мы двигались слишком быстро. Ты обещал Лие, что все безопасно. Ты обещал, что с ней ничего не случится. На такой скорости она может отскочить от воздушной подушки прямо в толпу или, еще того хуже, за борт.

– Умеешь плавать? – крикнул я, сжимая ее ребра.

– Да, – ответила она.

– Хорошо! – Дропзона промчалась под нами быстрее, чем я успел сделать вдох. – Задержи дыхание!

Я почувствовал, как она набрала воздух в легкие. За миг до того, как мы оказались над бассейном, я схватился за оба наших ремня отцепа и дернул со всей силы, молясь, чтобы все получилось. Мои молитвы были услышаны.

Мы упали.

Я еще крепче прижал Лию к себе и поднял колени, чтобы принять на себя основной импульс удара.

Будет больно!

Мы мощно ударились о воду – даже странно, что не отскочили. Боль пронзила мне спину, я задохнулся, но не отпустил Лию, пока не стукнулся задницей о дно бассейна. Потом толкнул Лию вверх со всей силы, чтобы она как можно скорее выплыла на поверхность.

Я рванул следом, вынырнул и наполнил легкие чистым соленым воздухом.

– Цела? – спросил я у Лии, которая барахталась неподалеку. Ее глаза были огромными, как два блюдца, дыхание – сбивчивым и слишком частым. – Лия? – Я в два гребка сократил расстояние между нами, прижал ее к себе и потащил на мелкую сторону бассейна. Наконец я нащупал ногами дно и смог встать.

Ее рот судорожно открывался и закрывался, но она не издавала ни звука.

– Это было эпично! – крикнул какой-то студент с края бассейна, и только тогда я осознал, что на нас смотрят все.

– Мятежники! Мятежники! – скандировала толпа.

Впервые в жизни я не улыбнулся в объектив камеры своей фирменной улыбкой отчаянного экстремала, не вскинул руки над головой в победном жесте. Я обхватил ладонями лицо Лии, чуть приподнял ее подбородок и заглянул в ее невероятные глаза цвета крепкого виски.

– Лия, скажи что-нибудь. Что угодно.

Она сделала глубокий вдох, перестала дрожать и уперлась руками мне в грудь.

– Ты. Полный. Придурок.

Ну ладно. Хоть так.

А потом она оттолкнула меня со всей силы. Я поскользнулся и упал в воду, которая тут же залилась мне в нос. Когда я вынырнул, Лия уже выходила из бассейна, ее мокрая футболка облегала каждый изгиб ее миниатюрного, но великолепно сложенного тела, джинсы липли к ногам. Кстати, а почему она в джинсах в такую жарищу?

С ней все в норме, да? Она не хромала, ее не шатало. Вроде бы получилось смягчить ей падение, но мне все равно было тревожно. С виду она цела. Злая как черт, но цела.

– Уайлдер, ты в кадре! – крикнул с края бассейна Бобби в полной съемочной экипировке, с планшетом в руках и гарнитурой на ухе.

Я снял шлем, откинул с лица мокрые волосы, с трудом оторвал взгляд от Лии, выбрался из бассейна и подошел к сцене, где Лендон и Пенни уже стояли рядом с диджеем. Музыка отбивала басовый ритм, отдававшийся мощным гулом в голове, и обычно, когда мне удавалось выполнить очередной экстремальный трюк, такие минуты были вершиной блаженства. Со всех сторон ко мне тянулись девчонки и парни, прикасались или хлопали по спине, пока я пробирался к сцене.

Я нацепил свою фирменную улыбку безбашенного Уайлдера и поднялся на сцену, перешагивая через две ступеньки.

– Мне нужны оба этих подвеса. Пусть их снимут и отдадут мне, – тихо сказал я Бобби, проходя мимо него.

Его глаза широко распахнулись, однако он кивнул:

– Да, Уайлдер. Сейчас же распоряжусь.

Нужно разобрать эти гребаные тормозные узлы по винтикам и понять, почему они отказали, причем сразу оба. Страшно представить, чем все могло бы закончиться. Лия могла получить многочисленные переломы, а то и вовсе разбиться в лепешку о стену, к которой крепился трос.

Пенни одарила меня ослепительной улыбкой мощностью в миллион ватт и подняла руку, чтобы дать мне пять, но я заметил в ее глазах тревогу. Я притянул Пенни к себе, изображая победные объятия и держа руки у нее на лопатках, чтобы не касаться талии. Обнимать Пенни, когда на ней только бикини, всегда было странно.

– Все в порядке? – шепнула она.

– Да. Но нам нужно будет собраться после вечеринки. Без камер.

Она кивнула и отстранилась, продолжая сверкать улыбкой. Потом взяла микрофон и обратилась к зрителям:

– Ничего так рискованный спуск, да?

Толпа студентов взорвалась аплодисментами, и Лендон вскинул руки в победном жесте, но потом посмотрел на меня и вопросительно поднял брови.

– Позже, – произнес я одними губами, и он кивнул.

Пенни передала мне микрофон, и я включился в представление.

– Как жизнь, Мятежники?

Толпа впала в неистовство, и я улыбнулся своей знаменитой улыбкой.

– Если вдруг кто не знает, я – Уайлдер, это Нова… – я указал на Лендона, который поднял кулак. – А это Бунтарка. – Пенни помахала рукой. – И все вместе мы – Мятежники. – Толпа снова взорвалась аплодисментами. – Мы решили: раз уж летние X Games закончились, немного отдохнем от завоевания медалей и безумств, которые вы обожаете смотреть на Ютубе, и отправимся с вами в кругосветку. К счастью, наши спонсоры согласились. Вы рады?

Зрители отозвались криками и бурными аплодисментами.

Лендон взял микрофон.

– Только не ждите от нас никаких экстремальных трюков на борту. Мы обещали вести себя в высшей степени прилично.

– Как вы видите, они уже выполняют свое обещание, – сказала Пенни в микрофон Лендона, и зрители рассмеялись.

Корабль отошел от причала, и Лендон передал мне микрофон.

– Ну что, ребята? Готовы к приключению всей жизни? – спросил я, используя нашу коронную фразу.

– Мы готовы!

– Настоящие Мятежники! – поддразнила Пенни с улыбкой.

– Тогда продолжаем нашу вечеринку! – крикнул я в микрофон и подал знак диджею.

Музыка снова включилась на полную мощность, и студенты дружно начали танцевать, размахивая руками, в которых держали бокалы. Я передал микрофон диджею и поманил Пенни и Лендона к краю сцены, куда еще не успели добраться операторы с камерами.

– Что, мать вашу, произошло? – спросил Лендон, вмиг посерьезнев.

– Тормоза отказали. На обоих подвесах.

Мы все понимающе переглянулись.

– И пока вы не спросили, я дважды проверил тормозные узлы у себя в комнате, прежде чем мы отправились в башню.

– До или после того, как ты привел свою новую подружку? – спросила Пенни. – Ее присутствие было не предусмотрено, и ты знаешь, как я ненавижу, когда ты резко меняешь планы без предупреждения.

– Она моя помощница по учебе. Ничего больше. И вы оба знаете, что, если ей здесь не понравится, мне трындец. Нам всем трындец. Я надеялся завоевать ее расположение.

– И добился прямо противоположного, брат, – заметил Лендон.

– Да уж. Слушайте, я не собираюсь впадать в паранойю, но пока я не изучу отказавшие тормоза и не пойму, в чем там дело, мы все готовим свое снаряжение сами. Не подпускаем к нему никого. Договорились?