Ребекка Яррос – Дерзкий Уайлдер (страница 36)
— Да! Но ты подожди и увидишь Пенни. Она лучше всех. И все это знают.
— Он отпустил руль. Прямо в воздухе.
Брук медленно повернулась ко мне.
— Все хорошо, Лия. Он постоянно так делает. Они все так делают. Они тренируются над огромными ямами с поролоном, пока у них не начнет получаться. С ними все будет в порядке.
— Он сумасшедший.
Брук пожала плечами:
— Они все сошли с ума, если по правде.
Начался второй заезд. Не все спортсмены приземлялись как надо. Кто-то скользил по посадочной площадке и заваливался набок вместе с мотоциклом. Каждый раз, когда это происходило, Брук совершенно спокойно говорила мне, что все хорошо.
— Если случится что-то серьезное, сразу будет понятно, — сказала она.
Время шло, гонщики продолжали тренироваться. Двигатели ревели, мчась к трамплину, и почти затихали — вместе с моим сердцебиением, — пока мотоциклы взмывали в воздух. Грохот моторов, когда гонщики газовали после удачного приземления, стал для меня лучшим звуком на свете. Было шумно и грязно, но, когда сидишь на трибуне и наблюдаешь со стороны, кажется, будто все это происходит в отдельной реальности, в собственном маленьком мире Мятежников, куда тебе разрешили заглянуть одним глазком. Пенни исполнила трюк, который я даже не могу описать: на середине сальто спрыгнула с седла и тут же села обратно. Лендон поставил свой мотоцикл вертикально.
Пакстон сделал двойное сальто назад.
— Он перекрутил, — прошептала Брук, подавшись вперед.
Учебники и тетрадки упали с моих колен — Пакстон резко пошел на снижение почти вертикально к посадочной площадке.
— О боже!
Его заднее колесо стукнулось о земляной настил.
Мотоцикл вылетел из-под него при ударе.
И завалился… прямо на Пакстона.
Мотор затих.
— Пакстон! — крикнула я, поднявшись на ноги.
Его голова отскочила от рампы, а потом он съехал вниз вместе с упавшим мотоциклом.
— Это… нехорошо, — прошептала Брук у меня за спиной.
Но я уже спрыгнула с трибуны, хотя расстояние до земли было метра два с половиной, не меньше, и помчалась к Пакстону, вокруг которого собрались остальные члены команды.
— Туда нельзя, — сказал один из охранников, обхватив меня за талию.
— Отпусти меня! — Я попыталась вырваться, однако он был выше меня почти на голову и тяжелее килограммов на сорок. Я пиналась, топала ногами, махала руками, но все бесполезно. Для него я была просто мошкой.
Я не видела Пакстона, видела лишь искореженное заднее колесо его мотоцикла.
— Он жив, — сказала Пенни, пробившись сквозь толпу. Она была в полном защитном снаряжении, но без шлема. — Отпусти ее, Майк. Она с нами.
Охранник меня отпустил, и я бросилась к Пенни.
— Пакстон сильно поранился?
Ответом на мой вопрос стала подъехавшая к рампе скорая помощь.
— О нет!
— Найди Брук. Ребята поедут с Паксом, а мы встретимся с ними в больнице.
Глава 12. Пакстон
Я закрылся рукой от фонарика, светившего мне прямо в глаза.
— Со мной все в порядке, — уверил я сотого доктора за последние двадцать минут.
Сколько времени прошло после падения? Час? Или больше?
— Хотя выглядишь ты паршиво, — заметил Лендон, откинувшись на спинку стула рядом с моей койкой.
— Спасибо. — Я показал ему средний палец. — Я перекрутил сальто.
— Да, — сказал он и наклонился вперед. — Защитный нагрудник спас тебе жизнь. Ты его расколол точно посередине.
— Охренеть! Да уж, нехило я… Ты его взял для стены славы?
Лендон кивнул:
— Забрал сразу, как только его с тебя сняли. Повесишь рядом с протектором, который разнес, когда готовился к затяжному прыжку.
Я одобрительно хмыкнул:
— Где мы?
— В какой-то римской больнице. Что ты помнишь?
Я на секунду задумался.
— Я понял, что перекрутил сальто, попытался выровнять мотоцикл, но мы упали вертикально. После удара ничего не помню. — После того, как Лия выкрикнула мое имя. — Где Лия?
Лендон ухмыльнулся.
— Ждет в коридоре. Позвать ее к тебе?
— Да, — сказал я. — Она, наверное, перепугалась до полусмерти.
— Малышка крепче, чем тебе кажется. Она сломала палец охраннику, когда пыталась к тебе пробиться.
Меня переполнила гордость
— Она нечто особенное.
— Да, — согласился Лендон и вышел из палаты, закрыв за собой дверь. Воспользовавшись секундами тишины наедине с собой, я проверил, как действуют мои руки-ноги. Все шевелилось и двигалось, но дышать глубоко было больно.
— Ты цел! — воскликнула Лия, ворвавшись в палату, как вихрь. Ее коса почти полностью расплелась, что придавало Лие несколько безумный вид, отчего она стала в моих глазах еще красивее.
— Цел, — ответил я и попытался сесть.
— Нет! Тебе надо лежать! — крикнула Лия, бросившись к моей койке. — Ты правда не очень пострадал?
— Да.
Она за меня волновалась, искренне волновалась. И мне это нравилось. Пожалуй, даже слишком нравилось.
— Хочешь меня поцеловать? — спросил я.
— Да, — тихо проговорила она, наклонилась и легонько прижалась губами к моим губам. В моем сердце снова зажегся этот теплый сияющий свет.
— Может, ты скажешь мне «да» из сочувствия?
Лия выгнула бровь.
— Нет.
— Ну, стоило попытаться.