Ребекка Яррос – Дерзкий Уайлдер (страница 32)

— Тогда живи. Целуйся с тем парнем. Или с каким-нибудь другим парнем, если захочешь. Наслаждайся круизом. Спи допоздна или просыпайся пораньше и встречай рассвет. Перестань думать о том, что тебе надо делать, и хоть раз в жизни сделай то, чего тебе хочется.

— Когда ты стала такой умной? — спросила я, и у меня защипало глаза.

— Я вовсе не умная. Просто кое-что знаю о любви к безрассудным парням. И в принципе о безрассудных парнях.

— Жду не дождусь, когда ты приедешь, — сказала я, повторившись, потому что не смогла удержаться.

— Да, мне тоже не терпится к тебе приехать. Но, может быть, это и к лучшему, что ты немного побудешь одна, без меня. Слишком долго ты пряталась, детка. Надо было выпихивать тебя в жизнь еще два года назад.

Я потерла лоб.

— Я не думала о Брайане. Когда я целовала… его, то не думала о Брайане. Это нормально? Или я ужасный человек?

Рейчел ответила не сразу, и я поняла, что она всерьез думает, что сказать. Рейчел была импульсивной со всеми, кроме меня, но это потому, что нам приходилось поддерживать друг друга все эти два года, когда мы обе мучительно собирали себя по кусочкам.

— Это нормально. Ты заслуживаешь всего самого лучшего, новых впечатлений, чистых, нетронутых горем чувств. Ты не должна чувствовать себя виноватой.

Невозможно.

В дверь постучали.

— Слушай, Рейчел, я позвоню из следующего порта, хорошо? Ко мне кто-то пришел. О боже, а вдруг это он? Он так и не сказал, чего хочет, просто сказал, что знает, чего именно хочет. А что, если он собирается отказаться от моей помощи по учебе?

— Поцелуй его, Лия! — крикнула Рейчел, громко чмокнула воздух и отключилась.

Я открыла дверь, и у меня все внутри оборвалось.

— Не совсем тот Уайлдер, которого я ждала, — сказала я брату Пакстона. — Брендон, да?

Он кивнул и мельком окинул взглядом мою пижаму.

Я сразу же пожалела, что не набросила халат.

— А вы — помощница Пакстона по учебе. Я могу войти?

— Мама учила меня не приглашать незнакомых мужчин в свою комнату после одиннадцати вечера, мистер Уайлдер.

Брендон поднял брови.

— Разумно. — Он быстро взглянул в сторону двери в каюту Пакстона и протянул мне визитную карточку. — Это на случай, когда он накосячит.

— В каком смысле? — Я попятилась от визитки.

— Возьмите, — настойчиво проговорил он. — Пакстон вечно косячит. Такое у него свойство. Он непременно что-нибудь себе сломает, или нарушит закон, или разобьет вам сердце. Когда надо будет его выручать, позвоните мне. Я всю жизнь за ним подчищаю.

Будь у меня шерсть на загривке, сейчас она встала бы дыбом.

— Возможно, он вас удивит, — тихо сказала я.

— Уже удивил. Вы не из тех девушек, к которым он обычно проявляет интерес.

Да, шерсть дыбом, и теперь я готова оскалиться.

— И почему же?

— Потому что вы умная. Будем надеяться, что вам хватит ума не связываться с моим младшим братом. Только сильные выживают в его компании потерянных мальчишек из Неверленда. Слабые уходят искалеченными. — Он опять протянул мне визитку. — Возьмите.

— Нет. — Я шагнула назад, готовясь захлопнуть дверь у него перед носом, но он придержал ее свободной рукой.

— Мисс Бакстер, однажды случится что-то такое, с чем вы не справитесь самостоятельно. Может быть, он окажется в турецкой тюрьме, может быть, у него не раскроется парашют, может быть, он разозлит кого-то настолько, что его столкнут раньше, чем он будет готов к прыжку. И тогда вам понадобится мой номер. Пожалуйста, возьмите визитку. Мне нужен тот, кто за ним присмотрит. Мне больше не к кому обратиться.

Искренняя мольба в его синих глазах — точно таких же, как у Пакстона, — все же заставила меня взять у него визитку.

— Но я не буду звонить. У него здесь целая команда продюсеров и компания друзей.

— Вы позвоните, — уверенно произнес он. — Потому что рядом с Пакстоном не так много людей, по-настоящему ему преданных. Все эти друзья и продюсеры будут рядом, пока все идет хорошо, а как только все пойдет наперекосяк, они разбегутся кто куда. Да, он эгоистичный, высокомерный засранец, но он мой брат. И ради него я готов на все. Вот поэтому вы мне позвоните. Понятно?

Я медленно кивнула.

— Если я позвоню, чем это обернется для него самого?

Уголок его рта приподнялся в ироничной усмешке.

— Это уже между нами, братьями. Как было всегда.

— Мне бы хотелось, чтобы вы ушли, — прямо сказала я, не в силах выбирать выражения.

— Вы мне нравитесь, — он коротко кивнул. — Жаль, что Пакс не из тех, кто способен на серьезные отношения, потому что вы бы ему подошли.

— До свидания, Брендон, — сказала я и захлопнула дверь, как только он убрал руку.

Его визитная карточка была черной с белой выпуклой надписью: его имя, номер телефона и должность. Вице-президент по операционной деятельности в «Уайлдер энтерпрайзис». Она казалась тяжелой в руке, но, опять же, это был не просто кусок картона. Это было обещание, заверение, предупреждение и угроза — все вместе.

Может быть, Пакстон стал таким смелым, потому что вырос среди акул.

Я положила визитку в ящик своей прикроватной тумбочки и собралась лечь спать, но спать совсем не хотелось. Без Пенни каюта казалась пустой, и я вышла на общий балкон. Положив руки на гладкие перила, я смотрела на яркие огни Барселоны, стараясь не глядеть вниз.

Две недели. Мы отбыли из Майами всего две недели назад, но мне казалось, что прошло несколько месяцев, — как будто я уже начала меняться. Даже Хьюго заметил, что я постепенно выхожу из своей раковины, когда мы встретились за ужином с его друзьями. Было приятно пообщаться с людьми, не имеющими отношения к Мятежникам и живущими за пределами того вихря хаоса, который создавал вокруг себя Пакстон Уайлдер.

Я уже поняла, почему всех затягивал этот вихрь.

Пакстон был притягательным, неотразимым. И дело не только в его восхитительном теле, лице или татуировках. Рядом с ним у меня появлялось стойкое ощущение, что все возможно и впереди ждет целый сияющий мир, надо только не побояться в него войти.

Пакстон был полной моей противоположностью, и он заставлял меня верить, что я тоже могу стать такой, совершенно бесстрашной.

Пакстон… тоже стоял на балконе, сосредоточенно глядя на звезды, словно они могли бы подсказать ответ, который он так отчаянно ищет. Он снова был задумчивым и напряженным, точно нес на плечах неподъемную ношу — как в день отплытия, когда я увидела его впервые, — но таким он мне нравился еще больше, ведь теперь я знала, из чего складывалось его бремя. Съемки фильма, его оценки, команда Мятежников… это и правда большой груз ответственности.

Словно услышав мои мысли, он повернул голову и увидел меня. Напряжение между нами было почти осязаемым даже на расстоянии в десять метров.

Он подошел ближе, и напряжение лишь возросло, пока мне не стало казаться, что сейчас мою грудь разорвет изнутри.

— Лия.

Он произнес мое имя, как молитву, как мольбу о чем-то таком, что я, вероятно, и не могла ему дать. После разговора с его старшим братом я даже была не уверена, что достойна такого тона, особенно если учесть, что я все-таки взяла визитную карточку.

— Привет. — Я повернулась спиной к перилам и лицом к Пакстону, который остановился прямо передо мной. — Слушай, я только что…

— Подожди, — перебил меня он. — Можно я скажу первым? В прошлый раз в основном говорила ты.

Я кивнула.

Он шагнул вперед и схватился за перила с обеих сторон от меня, так что я оказалась в кольце его рук.

— Я уже говорил, что точно знаю, чего хочу, и что дам тебе время подумать. Но будет нечестно, если ты сделаешь выбор, не зная всех фактов.

— Хорошо, — ответила я едва слышным шепотом.

Господи, ну почему он так приятно пахнет?! Соленой морской водой, горячим песком, сандалом и Пакстоном. Этот запах надо разливать по флаконам и продавать. Хотя нет, лучше не надо. Иначе все женское население планеты сойдет с ума.

Он посмотрел на меня в упор. В глубине его синих глаз отражалась луна, а его взгляд был таким же горящим и яростным, как тогда на хаф-пайпе, когда я упала.

— Ты сказала, что пыталась воспользоваться мной и заставила меня ответить на поцелуй, потому что ты моя помощница по учебе и воспользовалась своим положением. Как бы с позиции силы.

— Может быть, — прошептала я, и мои щеки запылали.

— Вот он я, стою прямо перед тобой. Сам добиваюсь тебя. Сам бегаю за тобой. А не наоборот. Я не знаю, что между нами происходит, но не могу просто игнорировать это. — Он прикоснулся к моей щеке, одновременно успокаивая меня и возбуждая. — Будь мы одни на том пляже, я бы не сдерживал себя, когда ты меня поцеловала. И не думал бы о том, как оградить тебя от чужих глаз.

Пакстон провел большим пальцем по моей нижней губе, и я легонько поцеловала кончик его пальца, не в силах сдержаться.