Ребекка Рейсин – Книжный фургончик Арии (страница 31)
Она фыркает и дует, словно серый волк.
– Получается, мне придется с тобой быть?
Я кривлю рот.
– Если честно, я занята: книги сами себя не прочитают.
– Ну, я, откровенно говоря, большего ожидала.
– Извини.
Последнее, чего я хочу, это провести неожиданно свободный солнечный день с Тори.
– Хочешь коктейль?
Я смотрю на часы.
– Для меня немного рановато.
– Какая же ты скучная, – кривится она.
– Пожалуй.
– А куда делся тот парень?
Теперь моя очередь прищуриваться.
– Какой парень?
– Тот, что выглядит потерянно, как будто не уверен, как тут оказался. Скромный и симпатичный, если тебе нравятся книжные герои.
Джонатан!
– А что?
– Что – что?
– Зачем он тебе? – непринужденно интересуюсь я.
– Ну, а с кем мне еще тусоваться? А что, Ария, он занят или что?
Надо было просто притворяться, что я не понимаю, о ком она.
– Конечно, нет. Но я почти уверена, что он уже уехал. Он приезжал на один вечер, на мероприятие.
Она цокает языком.
– Жаль. Я бы не отказалась познакомиться с ним поближе. Ты знала, что я сидела с ними у Макса в фургоне, когда вы с Рози убежали?
– О? – Она меня провоцирует, и тяжело сохранять спокойное выражение лица, но у меня получается. Я повторяю про себя, что она неразумный ребенок в теле взрослого.
– Да, Рози ушла в Поппи, а ты, наверное, читала про чужие жизни вместо того, чтобы жить своей.
– Ты права, пожалуй. У меня больше общего с вымышленными героями. – Я победно улыбаюсь, становится приятно, когда ее глаза темнеют.
Она отмахивается от моих слов.
– Ну, в общем, мы выпили пива и, я уверена, между нами установилась связь.
Я приподнимаю бровь.
– И ты не узнала его
– Мы пропустили этап пустой болтовни и перешли сразу к важным темам…
Я ей не верю, но к ушам все равно приливает кровь.
– Звучит потрясающе.
– Так и было. Знаешь, когда прям чувствуешь, что кому-то нравишься – хотя ты, наверное, не знаешь, – но он так смотрел на меня, очень внимательно…
Я перебиваю ее:
– Ах, это. Он выронил линзы на писательском мероприятии, сказал, что без них слепой, как крот. Он не упоминал?
Это ужасная, отвратительная ложь, но я не могу сдержаться.
– Уверена, ты ошибаешься.
– Я там была. Видела, как он на четвереньках ползал по полу, искал их на ковре. Почему, ты думаешь, мне пришлось его провожать? Он же ничего не видел, бедняга. Как вообще можно потерять сразу обе линзы? Но, наверное, он много моргал, потому что там столько фотографий снимали, вспышки и все такое – он же все-таки знаменитость.
Ее лицо опускается, и я понимаю, что этот раунд остался за мной.
– Ну, дело было не только во взгляде. Во всем. Воздух прямо-таки дрожал от напряжения…
– Ага. Электричество. Ну ладно, пора мне бежать. Если проведу слишком много времени в реальном мире, то чокнусь. Покеда!
Она уже смотрит сквозь меня, куда-то вдаль, где немецкие кочевники Отто и Йёрг идут с реки с удочками на плечах. Я машу им рукой, а потом разворачиваюсь на каблуках и сбегаю. Почему мысль о том, что Джонатан проводил с ней время, настолько бесит? Это не ревность, он свободный человек и может делать все, что ему вздумается. Между нами ничего нет, кроме того пьяного поцелуя, ведь так?
Просто это из-за Тори. Не хотелось бы, чтобы он был с такой змеей. Может, если наши пути еще пересекутся, аккуратно предупредить его? Но серьезно, не упадет же он в объятия такой, как она? Не то чтобы это было мое дело…
Тогда я вспоминаю слова Рози о том, что Тори пытается вписаться в компанию и притворяется кем-то, кем она не является. Она могла бы быть очень милой под маской дерзкой злюки, но что-то я сомневаюсь. Думаю, что я ее раскусила.
В обычной ситуации я бы пошла к Рози, но сегодня не хочется беспокоить ее такими банальностями. Ведь это лишь банальности, так?
Вернувшись в фургон, я достаю дневник Ти Джея, надеясь почувствовать с ним связь, его слова всегда заземляют меня. Или мне кажется, будто я плыву в потоке, и скоро меня унесет в открытое море. Это странное ощущение, и я не могу понять, что изменилось, почему вдруг я чувствую себя так. Может, это новые люди, новые места. Все кажется таким зыбким и переменчивым.
Я так устал и не могу отделаться от мысли, что с моей простудой что-то не так. Никак она не проходит. Но я не смею говорить об этом Арии. Она заставит меня отправиться к доктору, и придется выносить целый шквал тестов, и ради чего? Скажут, что мне не хватает витамина B? Вместо этого я просто дремлю на переменах и надеюсь, что ученики не заметят, что со мной не все в порядке. Как-то не очень я себя чувствую. Может, нам нужен отпуск. Я всегда хотел съездить в Озерный край.
Ария может целый день провести за книгой в моих объятиях. Я буду обнимать ее, когда расплачется (а она всегда плачет, кода герои наконец оказываются вместе, говорит, это от счастья), а потом мы будем смотреть, как на воде отражается лунный свет. Это лучшее для меня лекарство…
Глава 17
Нашу поездку задерживают новости о беременности Рози, но она все еще отказывается внимать голосу разума. Она хочет отправиться в Бордо на фестиваль еды, литературы и вина, как и было запланировано, хоть и на неделю позже. Не уверена, что это хорошая идея, но я готова ее выслушать. Мы с толпой кочевников посетили каждый сад и замок в Блуа и Долине Луары – больше всего мне понравился замок Шамбор[29], – но через какое-то время они все смешались в один, а у нас появилась локальная шутка. «ТНОЧЗ!» – кричали мы друг другу, что означало: «только не очередной чертов замок». Может, и впрямь пришло время двинуться дальше…
Я выхожу из фургончика и замечаю аккуратно упакованный сверток. В него засунут небольшой конверт, так что я спешно его вскрываю. Интересно, от кого это? Мэри сменила гнев на милость?
А,
я отыскал этот бриллиант вчера в книжном и подумал о тебе. Ты, конечно, не госпожа Бовари, но я подумал, что тебе может понравиться. Это винтажное издание (жаль, что не первое!) и довольно красивое. Люблю запах старых книг и их вид. На их страницах словно отпечаталась память о тех, кто был до нас, пока они терпеливо ждут следующего этапа в своих путешествиях по другим мирам…
Я улыбаюсь и мощно, совсем не как леди, нюхаю ценный том, вспоминая о самой госпоже Бовари. По какой-то причине я сама не читала этот классический роман, но я помню, о чем он. Я представляю ее красоту, чувствую ее отчаяние, вожделение страсти, чего-то большего. Меня переносит назад в ту эпоху, и на какое-то мгновение я становлюсь ею, отбрасываю все сомнения и поддаюсь своим желаниям.
Ах если бы только… Я быстро шлю Джонатану сообщение с благодарностью и говорю, что надеюсь скорее прочесть. Надо бы вернуть должок, но какая книга понравилась бы известному писателю? Я иду к фургону Рози и обдумываю, какой французский автор порадовал бы его…
– Тук-тук, – говорю я и захожу к ней.
– Я тут! – отзывается она из задней части фургона. Я отодвигаю розовую занавеску, которая отделяет гостиную от спальни.
– Как себя чувствуешь? – она все еще немного зеленоватая, но улыбается широко.
– Немного лучше.
– Врушка.
Она слабо улыбается.