Ребекка Рейсин – Чайный фургончик Рози (страница 22)
Подруга улыбается чуть печально:
– Мне тоже разбили сердце. Жизнь порою ужасно жестока. Но потом я просыпаюсь под голубым небосклоном и пушистыми облаками в каком-нибудь забытом уголке страны и думаю: у всех бывают взлеты и падения. Но надо идти вперед, невзирая на боль, пока над нами не воссияет солнце…
– А где он теперь?
– Не со мной.
Может, поэтому она хотела бросить кочевническую жизнь? Потому что потеряла мужчину своей мечты? Вдруг он тоже путешественник и она боится его встретить? Если я послушаю и ее историю, то точно перестану верить в любовь. Если кто-то бросил ее, как могу
Может, не сошлись в чем-то? Я хотела спросить Арию, но она уже отвернулась и стала собирать остатки вещей для пикника, как бы показывая, что разговор окончен. Она всегда просит меня открыться, но сама ничуть не лучше.
– Ария? Что с ним случилось?
Глава 13
У Арии плотно сжаты губы. Я не собираюсь отступать: после разговора с Нолой я поняла, что мне нужно убедить подругу, что она может мне доверять.
– Ты же всегда переживаешь о чужих отношениях, а что насчет собственных?
Нельзя же только обо мне говорить, правильно?
– Я просто хочу тебе помочь, – вздыхает Ария.
– А я хочу помочь тебе. Что это за парень на фотографии с золотой рамкой?
– Ты рылась в моих вещах? – у подруги расширяются глаза.
– Конечно же нет! Но я зашла к тебе, когда ты прижимала ее к груди, вся заплаканная. Сложно ничего не заподозрить.
Она выглядит подавленной, и мне становится стыдно. Не так надо было это говорить.
– Все нормально. Просто рана еще свежая, – говорит Ария, замечая выражение моего лица. Она хлюпает носом и достает из кармана скомканную салфетку.
– Что случилось?
Ария тяжело сглатывает и выдавливает:
– В тот день, когда ты зашла ко мне… Было ровно два года, как его нет в живых.
Мы садимся обратно на плед.
– Тут нужен чай, он всегда помогает, и это не исключение. – Я беру фляжку, наливаю нам по чашке и одну протягиваю Арии.
– В этой истории мало радостного, Рози, – предупреждает она.
– Но это
Она рассматривает чай и сжимает кружку в руках.
– Где-то два с половиной года назад мой муж Ти Джей вернулся домой раньше обычного и лег спать. Я думала, простудился. Приготовила ему куриный суп, который успешно подгорел, заставляла его пить много жидкости и прочее-прочее. Через пару дней он вернулся к работе преподавателем, но все равно плохо себя чувствовал.
Я киваю, показывая, что она может продолжать.
– У него была какая-то постоянная усталость. Но ты знаешь, как ведут себя парни – пока нога не отвалится, к доктору не пойдут. Я все наседала на него, а он отказывался, будто знал, что у него что-то серьезное. Он так и откладывал целый месяц, пока я не взбесилась и не отправила его к врачу силком. Тот перенаправил его, и пошло-поехало…
Я прихлебываю чай, наблюдая, как на лице Арии отображаются все возможные эмоции: сожаление, грусть, муки совести…
– У него был рак четвертой стадии. Прогнозы неутешительные. Они предлагали химиотерапию, но сказали, что болезнь слишком запущена и это уже вряд ли поможет.
Ее глаза блестят от накативших слез, как и мои. Как они могли такое сказать? Это же ужасно! Но я молчу, не перебивая Арию.
– Ти Джей отказался от лечения. Знал, что ему станет только хуже, и не хотел лишаться той жизни, какая у него была. Он всегда хотел увидеть Озерный край, поэтому мы купили фургончик и отправились туда. Конечно, тогда он был не книжным магазином, а просто ржавым корытом. Но это было наше убежище. В нем я окружала мужа любовью и заботой и молилась о чуде. Как он и мечтал, мы исколесили Озерный край. Знаешь, там невозможно не поверить в магию. В этом маленьком раю мужу стало полегче, но ненадолго. Рак наступал, и вскоре он не мог встать с кровати, так что мы вернулись домой. Но Ти Джей отказался выходить из фургона, и я припарковала его у нас на подъездной дороге. Там мы и остались. К нам иногда приходили медсестры, но в основном я старалась делать все сама. Постоянно переживала, что делаю что-то не так, что даю ему неправильное количество болеутоляющих и от меня только хуже. Но Ти Джей никогда не жаловался. Он только легонько сжимал мои трясущиеся руки и говорил, что любит меня.
Я сглатываю ком в горле, догадываясь, что у этой истории не будет счастливого конца, как в романтических книгах Арии.
– Последние несколько дней он стал с кем-то разговаривать. Что-то вроде: «Я почти готов», «дай мне еще пару дней»… Я сваливала все на морфин и кучу лекарств, но потом поняла – он договаривался с тем, кто пришел за ним. А потом он проиграл эту схватку. Его последние слова… – ее голос обрывается, а слезы градом бегут по щекам. – «Мы с тобой еще встретимся».
Я обнимаю Арию, чувствуя, как ее худые плечи содрогаются от рыданий.
– Он верил в реинкарнацию?
– По крайней мере в то, что мы найдем друг друга в следующей жизни, – подруга криво улыбается. – Кажется, что это все выдумки, да? А потом ты видишь смерть в лицо и сразу начинаешь верить. Я держусь за эту мысль, и порой она помогает мне пережить день.
Она тяжело сглатывает и промокает глаза салфеткой.
– Зато ты знаешь, что вы обязательно встретитесь! В другой жизни, в другом месте и, может, даже говоря на другом языке.
Ария кивает, комкая в руках салфетку.
– Он ждет меня, а я жду его. Я больше никогда никого не полюблю.
Я прикусываю язык, чтобы не выпалить первое, что придет мне в голову. Будет ли честно, если она останется одна до конца жизни?
– Думаешь, он бы хотел этого?
Она безразлично пожимает плечами.
– Вряд ли. Он бы хотел, чтобы я влюбилась, вышла замуж и завела детей. Но я не могу. С ним никто не сравнится, ни за что на свете.
Интересно, залечивает ли время такие раны? Может ли притупить боль, чтобы Ария могла двигаться дальше? Но я ее понимаю. Она все еще любит своего мужа и никогда не перестанет любить. И никто не сможет дотянуть до его уровня.
– Он не хотел бы, чтобы ты осталась одна, Ария.
Подруга недовольно цокает языком.
– У меня есть мои книги и ты. А еще приключения и друзья-путешественники. Мне больше ничего не надо.
Прошло ведь лишь два года. Конечно, она еще не смирилась с утратой любимого, лишь держится как может.
– Ти Джей хотел, чтобы ты продолжала странствовать?
Она подливает себе чай. Это способ истинных британцев справиться с любой напастью в жизни.
– Да, наша короткая поездка нас сильно вдохновила. Но когда его не стало, я не знала, куда ехать и что делать. Как-то раз на фестивале я столкнулась с группой путешественников, и мы с ними разговорились. Рассказали, где уже были и куда еще собираемся отправиться. Я решила стать как они: ездить по всему миру и быть свободной. Никто не станет выражать сочувствие о моей утрате штампованными фразами, никто не будет спрашивать о моем прошлом. Так появился мой книжный магазинчик. С учетом всего, что произошло, это был лучший вариант. Стать скитальцем.
Она ненадолго замолкает, но я знаю, что она уходит от темы не просто так.
– Но просто так от скорби убежать нельзя. Она всегда идет за тобой по пятам, следует словно тень. В тот день, когда мы встретились, я умоляла о каком-нибудь знаке. Каком-нибудь грандиозном и значительном, чтобы я решила остаться на дороге и не возвращаться домой, поджав хвост. Не успела я закончить свою просьбу, как появилась ты, чуть не сбила меня, а потом выпала из фургона лицом в грязь. Я так и увидела Ти Джея перед собой, который смеялся и говорил: «Вот твой знак! Оставайся свободной!» Все было именно так, как должно было быть! Это он тебя отправил, я точно знаю. И ты спасла меня – ты, прекрасная странноватая девушка.
Волосы на моих руках встают дыбом.
– Думаешь, я появилась в твоей жизни благодаря ему?
Благодаря мертвецу, которого я даже не знаю? Меня накрывает престранное чувство – похожее на дежавю, но не совсем. Будто я вот-вот что-то вспомню, но мысль от меня убегает. Я не могла встречаться с Ти Джеем, это невозможно. От всех этих разговоров о смерти и реинкарнации свихнуться можно, но мне так хочется верить, что я действительно важна для кого-то…
– А ты так не думаешь? – не поняла Ария.
– Ну… – Моя жизнь пусть и пошла в совершенно неожиданном направлении, но это уже перебор. – Наверное, отрицать такую возможность не стоит.
Я подбираю слова, и они кажутся мне подходящими. Как сказала бы Алиса – все чудесатее и чудесатее…
– Ну ведь все сходится, Рози! Смотри, ты была несчастна. Ты годами обманывала себя, что у тебя прекрасная жизнь, – ты явно дала мне это понять. И тебе всегда чего-то не хватало. А тут появилась я! Которая была готова сдаться. Наши пути сошлись – потому что это была судьба или предначертано звездами, не знаю. Я считаю, что это был так необходимый мне подарок Ти Джея, это звучит правдивее всего.
– Подарок?
– Лучший, какой можно было придумать.
Я краснею от неожиданного комплимента. Мы немного молчим, но меня мучает любопытство: почему же Ария так не хотела об этом говорить?