Ребекка Рейсин – Чайный фургончик Рози (страница 24)
– Именно так.
– Врушка.
Ария хохочет – по своему обыкновению громко и заразительно.
– Да, та еще.
Я вливаю третью по счету массу для чизкейка в форму. Попутно рассказываю подруге, что произошло у нас с Максом.
– Да ладно?! Ну ты точно победишь, я даже не сомневаюсь.
У меня вырывается нервный смешок.
– Очень на это надеюсь. Нельзя сделать по-настоящему вкусный чизкейк, если он приготовлен не по традиционному рецепту. Особенно с «сыром» из кешью. Можно я поставлю это к тебе в холодильник? Мой уже забит.
– Конечно. Надеюсь, ты так про него и забудешь и у меня будет приятный полуночный перекус.
Ее смех тянется за мной до самого фургона Арии; я ставлю чизкейк в холодильник.
К нам уже образовалась очередь: видимо, Макс уже растрепал о нашем соревновании. К моему облегчению, клиенты еще не выбрали сторону, а только встали где-то между нашими фургонами.
Тем временем Ария сметает с тарелки корниш пасти и кладет себе ванильное мороженое.
– Там столько народу! Что-то я переживаю…
– Очаруй их, Рози! – Ария с набитым ртом указывает на меня ложкой. – Покажи им ту милую, забавную девушку, которую я знаю и обожаю. Иначе ты не сможешь победить.
Когда стрелка часов подбирается к двенадцати, я решаюсь на нечто невообразимое. Я выхожу из Поппи и обращаюсь к гостям, чувствуя, как мои щеки краснеют. Я рассказываю им о предстоящем соревновании, о себе, представляюсь специально обученным шефом со звездой Мишлен. Толпа реагирует не очень уверенно, и тактику приходится сменить. Я объясняю, что я здесь новенькая, но ужасно хочу победить того, чьи принципы идут вразрез с моими. На это народ откликается куда охотнее.
Я опускаю взгляд на часы. Еще пять минут, и надо бежать обратно в Поппи надевать фартук.
– Макс, ты готов? – кричу я, и его самодовольная рожа тут же выглядывает из фургона. Одним своим видом он излучает вселенскую уверенность. Мужчина подмигивает, только раззадоривая во мне сопернический дух.
– Подходите сюда! Подходите за лакомым кусочком нежного, бархатного малинового чизкейка! Вкуснее нигде не найдете!
Макс выгибает бровь, мол, и это все?
– Посетители фестиваля! Попробуйте мой малиновый чизкейк без вредных, смертельных для вас ингредиентов, но зато с минимумом калорий!
– А у меня калорий в меру! Приготовленный с использованием
– Чизкейк приготовлен из этических ингредиентов! – ревет Макс.
– Выручка пойдет на благотворительность местным детям! – ору я.
– Доход отправится в фонд общества защиты животных!
У складной стойки появляется Ария, что-то жующая. Она переводит взгляд с меня на Макса и обратно, будто смотрит игру в теннис. Наконец,
Мужчина подходит к окошку и ухмыляется, демонстрируя желтые от курения зубы.
– Макс говорит, в вашем чизкейке столько сахара, что от него можно схватить инфаркт. Ну я и решил – охренительный способ сдохнуть.
Я еще не поняла, шутит мужчина или планирует действительно убить себя сахаром, как тот хрипло хохочет, распугав всех птиц в округе.
Я отрезаю щедрый кусок чизкейка и добавляю на тарелку взбитые сливки.
– Не дайте ему запудрить вам мозги. Сахар спустился к нам прямиком с небес, – я с улыбкой протягиваю ему порцию. – Не забудьте проголосовать.
Макс установил нехитрую конструкцию на одном из столов: голубые карточки опускают, чтобы проголосовать за него, розовые – за меня. Молва о соревновании разносится по всему фестивалю, и к нам приходит все больше и больше покупателей. Ария помогает мне подавать чизкейк, очаровывая всех своим чувством юмора и громким смехом. Вскоре у нас не остается порций, а у Макса все еще стоит длинная очередь.
– Время вышло! – объявляю я, сверившись с часами. Кто же победил? Справилась ли я? – Пора подсчитать голоса!
Я киваю Арии, и она идет к коробке с карточками. Мы с Максом выходим из своих фургонов, я комкаю в ладонях фартук и бегу к столику, чтобы понаблюдать за подсчетом.
– Уверена, что победила? – спрашивает Макс.
– Может быть, – ухмыляюсь я.
Мне непривычно стоять перед всеми, быть в центре внимания… Да и клиентов я раньше никогда не завлекала криками и рассказами. Совсем не похоже на мою старую жизнь в Лондоне! От предвкушения у меня кружится голова.
– И-и у нас есть победитель! – Ария встает перед нами, и я не вижу ее лица. – У Рози тридцать семь голосов за ее чизкейк с
Гости оглушительно аплодируют, и я краснею. Макс искренне улыбается и протягивает мне руку для рукопожатия.
– В любви и на войне все средства хороши, – своим глубоким голосом говорит он.
– Мы что, на войне?
Он пожимает плечами.
– Ну не в любви же?
– Конечно нет! – тут же реагирую я, на что Макс только улыбается.
Мы пожимаем друг другу руки, и он заключает меня в объятия. Причем такие крепкие, что из меня весь дух выходит. Он пахнет именно так, как я представляла, – чем-то природным, земляным, стихийным. Мне требуется усилие, чтобы вернуть себя в реальность.
– И что же у нас в меню?
– Рано тебе пока знать, – отрезаю я, уже перебирая в голове идеи. Господи, как это будет сложно! Ни мяса, ни муки, ни яиц, ни масла, ни сливок. Почему я решила, что это хорошая идея?
– Тогда в понедельник вечером, когда фестиваль закончится?
Хорошая идея – не придется закрывать кафе перед носом посетителей фестиваля.
– Да, отлично.
Макс убирает руки в карманы, а я ковыряю землю носком ботинка. Воздух между нами искрит; то ли от моей победы, то ли от сопернического духа Макса. Как бы то ни было, мне сложно подбирать слова, и я никак не могу придумать отмазку, чтобы поскорее вернуться в свой фургон, подальше от него.
– Ой, у меня же там миксер… перемешивает. Мне надо бежать.
– Пока, Рози.
Да что же он так на всех влияет? Мое сердце глухо стучит, и я с трудом держусь на ногах. Пока я пытаюсь избавиться от тягучего тумана в голове, на помощь приходит Ария. Ну хоть у кого-то осталась крупица мозгов!
Очередь перед нами все растет и растет: шум и суматоха около наших фургонов привлекли заинтересованных покупателей. У нас столько заказов, что Ария едва успевает их разносить.
Я мило улыбаюсь и стараюсь как могу: как можно быстрее раскладываю по тарелкам «Триумф Никербокера», смазываю булочки джемом и сливками и кладу щедрые порции мороженого в вафельные рожки.
Когда все гости довольны и обслужены, мы берем перерыв. Я вывешиваю табличку «вернемся через пять минут». Мне нужен чай «Чувство и чувствительность» для успокоения нервов и души.
– Как ты его разнесла на соревновании, а? – восклицает Ария. – Ой, повеселись там на своем свидании от души!
Она достает заварочный чайник и ставит воду кипятиться.
– Это не свидание.
– Конечно, свидание.
– Нет!
– Тогда почему ты выбрала такой странный приз за победу?
Правда, почему? А, точно!
– Потому что меня бесит, как он потягивает свой капустный сок с чувством превосходства над другими.
– Ты просто подсознательно хотела пойти с ним на свидание.