Ребекка Дессертайн – И прошёл год (страница 26)
Девочки Конни что-то сооружали в торговом зале, снизу доносился грохот. Дин отвинтил вентиляционную решетку и забрался внутрь шахты. Из магазина слышались голоса, читающие что-то на латыни. Ползя по воздуховоду, Дин пытался подобраться как можно ближе к источнику звука. Когда он находился примерно в центре магазина, он увидел свет, просачивающийся в большой вентиляционный люк. Приглядевшись, Дин увидел семерых девушек и Конни, окруживших продавщицу из книжного магазина.
– Умоляю, я всё сделаю, – плакала она. – Я открою все кассы, я знаю код от сейфа… Я встречалась с дневным менеджером.
Но девушки, не обращая внимания на ее мольбы и слезы, продолжали что-то говорить нараспев. В руках Конни держала маленькую, очень старую на вид книжку.
«Некрономикон».
Дин замер. Неужели тот самый, что упоминался в дневнике Натаниэля?
Взяв длинный серебряный нож, Конни вошла в круг и приблизилась к всхлипывающей пленнице.
– Сестры, наконец, время пришло! Мы можем воскресить его, – произнесла она холодным и ясным голосом. – Он станет нашим главой и супругом. Возвысим же ради него наши голоса! – И заговорила на латыни.
Дин вытащил из кармана куртки маленький пульт:
– Прости, Конни, но на этом придется прикрыть счет твоим жертвам, – и он нажал кнопку.
Ничего не произошло.
Он попытался еще раз, но с тем же результатом.
«Я слишком далеко, много помех, – сообразил он. – Вот дерьмо!»
Не переставая читать заклинания, Конни склонилась над девушкой. Дин продолжал лихорадочно жать на кнопку, но все с тем же результатом. Оставался только один выход. Дин неуклюже развернулся в узком лазе и всем весом ударил по вентиляционному люку. Голоса замолчали. Дин продолжал колотить ногой по люку.
– Ты не остановишь меня, Кэмпбелл! – громко проговорила Конни.
В этот самый момент Дин с грохотом выбил люк и наполовину вывалился в торговый зал, одной рукой пытаясь удержаться за трубы. Конни взмахнула рукой, и Дин с ужасом увидел, как голова продавщицы развернулась на сто восемьдесят градусов. Глаза ее расширились и тут же остекленели. Одной рукой Конни схватила ее за тонкую шею, другой полоснула лезвием по горлу. Кровь хлынула на пол, заливая линолеум и бежевый ковер. Девушки снова принялись бормотать на латыни.
Вытянув руку как можно дальше, Дин еще раз нажал на кнопку. Поочередно грянуло несколько взрывов. Битое стекло разлетелось, книги попадали с полок, разорванные журналы усыпали зал, словно конфетти. Бросив пульт и схватив обрез, Дин открыл огонь. Девушки спрятались за книжными шкафами, но Конни осталась на месте, продолжая читать заклинания. Пули отлетали от нее: ее защищала магия. Линолеум под Дином начал морщиться, потом вздыбился. Большие куски напольного покрытия отрывались от пола. Земля под ногами разошлась, показались грязные руки, разгребавшие песок и мелкие камни. Наконец, Конни замолчала и подняла голову. Еще один жест – и Дина выдернуло из вентиляционного лаза и впечатало в дальнюю стену.
– Прочь с дороги, червяк, – прошипела Конни.
Затем она опустилась на колени и осторожно вытащила из земли мумию – песок и грязь сыпались с тела, суставы скрипели и трещали после многолетнего заключения в гробу. Девушки почтительно собрались вокруг.
«Наверное, это давно умершая ведьма, – догадался Дин. – Так вот что она задумала. Приносить в жертву девчонок и поднимать своих давно умерших подружек. Мило».
На улице взвыли сирены. Девушки ловко подхватили облепленное землей тело и быстро вынесли из магазина. Дин в тот же момент свалился прямо на стеллаж с книгами, посвященными материнству, вскочил, оскальзываясь на россыпи пособий по грудному вскармливанию, и выпрыгнул в один из оконных проемов.
«Ничего себе отвлекающий маневр получился…»
«Кадиллаков» и след простыл. Дин убрался со стоянки за секунду до того, как к торговому центру подъехала вереница машин с мигалками.
Белый фургон тоже ехал прочь.
– Кажется, теперь мы знаем, чем они занимаются: воскрешают людей. Что-то на монстров не тянет, – заметил Сэм, перестраиваясь с одной полосы на другую.
– Я мог ошибиться, – сказал Сэмюэль.
– Или соврать, – зло отозвался Сэм.
Он вдруг включил аварийные фары и съехал на обочину.
– Какого черта, Сэмюэль? Я доверял тебе! Мы здесь не потому, что ведьмы создают чудовищ. Так что либо ты сейчас мне все расскажешь, либо я с превеликим удовольствием тебя здесь и выкину. Из тебя бы вышел неплохой фанат «Ред Сокс»: они в последнее время постоянно продувают, а ты тоже ведешь заведомо проигрышную игру. Что тут происходит?
Сэмюэль пожал плечами, признавая поражение:
– Дин пытается заполучить «Некрономикон».
– Зачем?
– Я так понимаю, хочет воскресить тебя. Вытащить из ада.
– Ему не стоит подвергать себя такой опасности, – равнодушно сказал Сэм.
– Да ну?
– Нехорошо выйдет, если Дин попробует по ошибке поднять Люцифера. Но для нас тут точно есть работа. Ведьмы что-то замышляют: они не стали бы просто так оживлять старых знакомых.
Сэмюэль покачал головой: про сделку с Кроули он рассказать не мог. Надо убедиться, что Дин не поднимет Люцифера. «Глупый мальчишка», – подумал он. Нельзя оставить Дина на Сэма и сорваться в погоню за ведьмами. Даже если они замышляют что-то ужасное.
– Сэм, у меня есть дела. Нужно отлавливать альф, сам знаешь, – начал он. – И мне нужна твоя помощь.
– Прости, Сэмюэль, невинные люди гибнут. Это работа. Ты можешь возвращаться, а я останусь.
– Ладно, – кивнул Сэмюэль.
Сэм перегнулся через него и открыл пассажирскую дверь:
– Увидимся.
Сэмюэль недоверчиво вытаращился на него:
– Хочешь, чтобы я ушел?
Сэм дернул плечом:
– Я хочу поехать за Дином. А он на хвосте у старой ведьмы. Не хочу его упустить.
Сэмюэль вышел из фургона. Фары встречных машин подсвечивали легкую морось в темном воздухе. Сэм кивнул, захлопнул дверь и поехал следом за братом.
Дин прокрался в номер, когда уже было далеко за полночь. Лиза спала, но едва Дин сел, чтобы стянуть ботинки, зашевелилась.
– Чем пахнет?
– Порохом.
Лиза села и подозрительно уставилась на него:
– Зачем ты стрелял?
– Тренировался, – Дин лег рядом. – Ты все еще злишься?
– Да.
– Ладно. Может, утром поговорим?
Лиза повернулась к нему спиной. Дин промолчал: на сегодня с него было достаточно.
Он закрыл глаза, но, несмотря на усталость, сон все не шел. Он хотел найти кого-нибудь, кто поможет воскресить брата, и он нашел. Просто все пошло не так. Он отыскал «Некрономикон» и сильную ведьму, способную использовать эту книгу. И все было бы идеально, если бы она не убивала девушек и не возвращала к жизни старых ведьм.
Дин снова открыл дневник Натаниэля.
Глава 25
Прошло несколько недель. Салем неистовствовал. Титуба, слуга преподобного Пэрриса, созналась в ведьмовстве. Она сказала, что четверо пришли к ней во сне и приказали «написать книгу», чтобы доказать верность Сатане. Судьи – на этот раз их было четверо – настояли, чтобы Титуба назвала имена людей, которые принудили ее заколдовать девочек. Имена были названы, и снова невинные люди предстали перед судом и получили обвинения. Стоило каждому из них появиться в молитвенном доме, как девочки начинали вопить и корчиться. Шли дни, и судебный процесс все больше беспокоил Натаниэля. Городок охватывала истерия. Но пока Констанс и ее дочерей не привлекали к процессу, вопрос о настоящей ведьме оставался открытым. Сидя в конце зала, Натаниэль хорошо видел Прюденс Льюис. Она всегда стояла рядом с обвиняемыми, всегда на одном и том же месте, а остальные девочки – выстроившись в ряд справа. Пристально наблюдая за Прюденс много часов подряд, Натаниэль заметил, что каждый раз, когда девочки начинали биться в припадке, они брали пример именно с нее: если Прюденс начинала вопить, то и они начинали. И это повторялось каждый раз, когда выявляли новую «ведьму».
Натаниэль поверить не мог, что все обвиняемые занимаются колдовством. Взять хотя бы Марту Кори – набожную женщину, которая посещала церковь по воскресеньям и четвергам. Она просто не могла быть ведьмой.
– Мальчики, я хочу, чтобы вы проследили за Прюденс Льюис, – распорядился Натаниэль. – Мне нужно знать, куда она пойдет сегодня вечером, когда и с кем.
Калеб и Томас кивнули.
После полудня, когда зимний свет померк, и жители Салема тащились по домам по глубокому снегу, Калеб и Томас поджидали Прюденс. Она вышла из молитвенного дома в сопровождении преподобного Пэрриса и Джона Готорна, и вместе они направились к дому Пэрриса. Мужчины вошли в дом, а Прюденс осталась снаружи. Подождав немного, она вышла на дорогу и внимательно огляделась. Мальчики спрятались за изгородью и затаили дыхание. Решив, что ее никто не видит, Прюденс пошла по дороге, ведущей из городка, а потом резко свернула через поле. Калеб и Томас следовали за ней, держась на приличном расстоянии, с трудом видя в сумерках ее фигуру. Потом Прюденс вошла под тень деревьев.
– Она идет к дому Констанс Болл? – прошептал Калеб.
Он шагал след в след за братом, твердый снег поскрипывал под его сапогами.