Раймонд Фейст – В Тёмное Царство (страница 12)

— Было время, когда первым на канате был бы я.

Накор сжимает руку друга:

— Рад видеть, что с годами ты поумнел, Эрик.

— Зато я заметил, что ты сам не рвешься туда, — сухо парирует герцог.

Накор лишь ухмыльнулся.

Бек замер, проводя пальцами по контуру двери. Камень, как и все вокруг, но в темноте его пальцы отчетливо чувствовали трещину, отмечавшую край потайного входа. Он позволил своим ощущениям взять верх, еще в детстве он понял, что иногда может предчувствовать события: атаку, неожиданный поворот тропы, настроение лошади или результат броска костей. Он называл это «везучим чутьём».

Да, здесь что-то есть. Прямо за этой дверью. Что-то очень интересное. Ралан Бек не знал, что такое страх. Как говорил ему Накор, в этом парне из Новиндуса было что-то совершенно иное, даже чуждое. Он бросил взгляд вниз, где в темноте едва угадывались фигуры маленького человечка и старого воина.

— Фонарь, — прошептал он.

Солдат за его спиной подал специальный фонарь с заслонкой. Бек навёл его на Накора и Эрика, на мгновение открыл и сразу же закрыл заслонку. Это был условный сигнал к осторожному продвижению.

Хотя «осторожность» была для Ралана пустым звуком. Это понятие было так же чуждо его сознанию, как и страх. Он пытался вникнуть в то, что объяснял ему Накор, но порой лишь кивал, делая вид, что понимает странного маленького человечка, просто чтобы тот не повторялся бесконечно.

Пальцы Бека скользили по щели, пока он не понял: дверь открывалась только изнутри.

— Лом, — потребовал он.

Солдат шагнул вперед, вставил лом в указанное место, но безуспешно налегал на него.

— Дай-ка мне, — сказал Бек.

С противоестественной силой он расширил щель, и дверь внезапно распахнулась с пронзительным скрипом разрываемого металла, когда железная задвижка вырвалась из креплений. Громко лязгнув, она упала на камни, и в тот же миг Бек, уже с мечом в руке, рванул в проем. Совершенно не заботясь о шуме, он обернулся к солдатам и резко поднял руку:

— Ждать! — его голос прозвучал глухо, но повелительно.

Солдаты знали приказ: Бек входит первым, они последуют только по его команде или через десять минут, смотря, что наступит раньше. Один из бойцов перевернул песочные часы с красными отметками, отмеряющими десятиминутные интервалы. Отборные воины Эрика замерли у входа, у края каменного резервуара, прислушиваясь к шуму водопада в темноте.

Бек двигался осторожно, игнорируя отсутствие видимости. Он ставил ногу легко, перенося вес только убедившись, что под ним нет ловушки или пропасти. Он знал, что способен вынести многое. За свою недолгую жизнь он не раз был ранен, но боль ему была так же неприятна, как и любому другому. Да и потом, если верить Накору, впереди его ждало кое-что интересное.

Мысль о маленьком человечке заставила Бека на мгновение замереть. Он не испытывал к нему симпатии — впрочем, Бек вообще никого не любил. Но и неприязни тоже. Его отношение к людям было простым: они либо союзники, либо противники, либо нечто незначительное, вроде лошади или другого животного, иногда полезное, но обычно не стоящее внимания.

Но этот странный картёжник будоражил в нём какие-то непонятные чувства. То ли это было что-то знакомое, то ли забавляющее — Бек не мог определить. Его обычные удовольствия были куда проще: наблюдать, как люди истекают кровью и кричат, грубо спариваться с женщинами. Он знал, что любил драки — лязг стали, рёв толпы, кровь и… смерть. Ещё он любил смотреть, как умирают. Его завораживало, как существо — человек или зверь — вот только что дышало, двигалось, а в следующий миг уже лежало бездыханной тушей. Мясом. Бесполезным мясом, если это был человек.

Сейчас он рассчитывал убить нескольких очень опасных людей — и предвкушал это.

Тихий шорох впереди заставил его забыть о Накоре и всех этих непонятных размышлениях. Кто-то двигался в дальнем конце туннеля — и всё тело Бека содрогнулось в предвкушении.

Он должен был вернуться, но потерял счет времени: сколько там вообще эти десять минут? Солдаты все равно войдут следом, да и Беку не терпелось устроить бойню. Слишком уж долго ему не доводилось по-настоящему сражаться. Накор что-то сделал с его головой, и теперь, стоило ему задуматься, как сразу начиналась боль. Но маленький человечек разрешил убивать всех, кто прячется в этой старой крепости, кроме разве что солдат старого военачальника, которые могли прорываться с другой стороны.

Голова Ралана Бека закружилась, и он с раздражением отбросил все мысли, кроме одной — найти источник шороха в темноте. Он ускорил шаг и едва не рухнул лицом в открытую яму. Лишь его «везучее чутье» заставило его в последний момент отпрянуть назад.

Бек достал маленький цилиндр, который дал ему Накор, и открутил крышку. Внутри лежали тонкие палочки. Он вытащил одну, снова закрыл цилиндр и убрал его в тунику. Размахивая палочкой в воздухе, он через несколько секунд добился того, что на ее конце вспыхнуло крошечное пламя. Как и обещал Накор, после кромешной тьмы туннелей даже этот слабый огонек казался удивительно ярким.

Бек заглянул в зияющую у его ног яму, но так и не увидел дна. Он был рад, что не упал — не из-за страха перед травмами, а потому что тогда пришлось бы ждать на дне, пока солдаты старого военачальника не подтянутся. Вряд ли они заметили бы его исчезновение, пока кто-то сам не свалится туда, а ему совсем не улыбалось, чтобы на него ещё и приземлились. Да и неизвестно, взяли ли они достаточно верёвки, чтобы его вытащить.

Он сделал два шага назад, затем, разбежавшись, мощно оттолкнулся и перепрыгнул яму, легко приземлившись в дюжине футов от точки отрыва. Бросил горящую палочку на пол и раздавил её каблуком.

Прислушался — не выдал ли его шум приземления. Убедившись, что остался незамеченным, двинулся дальше по коридору. Мельком подумал, не стоит ли предупредить идущих следом солдат о ловушке. Но тут же удивился самой этой мысли — какое ему дело до того, свалится ли кто-то в яму? Это было слишком сложно — такие вещи понимал Накор. Некогда сейчас об этом размышлять.

Впереди послышались приглушённые голоса, и Бек знал — впереди ждёт кровавая баня.

Магнус взглянул на небо и решил, что пора выступать. Он дал знак двум стражникам следовать за ним по длинной дороге, ведущей к древней крепости. На первый взгляд, эта дорога годами не использовалась, но при утреннем осмотре Магнус заметил мельчайшие признаки искусной маскировки — кто-то недавно ею пользовался, тщательно скрывая этот факт. Это убедило его, что доверие отца к менталисту Джовалу Делану было оправданным. Никакие местные бандиты, контрабандисты или шайки молодых головорезов не стали бы так старательно заметать следы.

Отряд тем временем скрытно продвигался по ущелью Кавеллский Проход — единственному очевидному пути к древней цитадели. Магнус не был столь сведущ в военном деле, как его отец и брат, но даже он понимал, насколько смертельно опасен штурм этой крепости. Лишь слухи о демоническом присутствии и проклятии, а затем почти столетие мира в регионе объясняли, почему столь важный стратегический объект оставался заброшенным.

Однако сейчас его больше заботило другое — нужно было как можно дольше скрывать продвижение отряда. Хотя Магнус был молод для мага его силы, он унаследовал уникальные способности от родителей. Его мать всегда тоньше чувствовала присутствие магии, тогда как отец лучше разбирался в природе заклинаний и артефактов. Магнусу повезло унаследовать оба дара. Именно поэтому он сразу ощутил и распознал как минимум четыре магические ловушки, расставленные между основанием ущелья и древними воротами на вершине подъёма.

Ловкими движениями истинного мастера Магнус нейтрализовал каждое заклятие, позволяя солдатам Эрика бесшумно приблизиться. Даже если бы наверху стоял дозорный, ему было бы трудно разглядеть в ночном мраке призрачные серые фигуры, крадущиеся по краям дороги. Малой луне предстояло взойти лишь через час, да и ее свет в ясные ночи был тусклым. А в эту ночь небо затянули тучи.

Офицер жестами подал сигнал приготовиться. Когда-то древний подъемный мост перекрывал разрыв между дорогой и воротами крепости. Теперь он висел на единственной цепи, бесполезно болтаясь по ту сторону пропасти, слишком широкой, чтобы ее можно было перепрыгнуть. По цепочке передали сигнал, и с тыла выдвинулись две пары бойцов с штурмовыми лестницами, которые должны были послужить импровизированными мостками. Магнус же воспользовался своими способностями, чтобы вознестись над провалом.

Он наблюдал, как солдаты спокойно шагают по перекладинам, не обращая внимания на зияющую бездну под ногами. Один неверный шаг — и смерть неминуема. Магнус восхитился их выучкой.

Теперь маг направил свои чувства вперед, пытаясь обнаружить новые магические ловушки, но не нашел ничего. Стражник крепости, видимо, удовлетворился ловушками вдоль дороги, которые должны были предупредить обитателей о непрошеных гостях. Магнус двинулся дальше, не страшась физической опасности, ибо ощутил нечто впереди, от чего волосы на его руках и шее встали дыбом.

Он поднял руку, и слабый свет заструился из его ладони, озарив смертоносное пространство между разрушенными внешними воротами, где когда-то подъемный мост и решетка служили первой преградой, и закрытыми внутренними дверьми, которые, как предположил Магнус, были заперты изнутри. Солдаты за его спиной выстроились в безмолвном ожидании. В призрачном мистическом сиянии бледные волосы и высокий рост Магнуса придавали ему почти сверхъестественный облик, но какое-либо беспокойство воинов, оказавшихся под командованием мага, никак не проявлялось, пока они ждали его указаний.