Раймонд Фейст – В Тёмное Царство (страница 13)

Магнус закрыл глаза, чтобы сосредоточиться, и мысленно представил массивные деревянные двери. Он протянул свои чувства вперед, словно пальцы скользя по поверхности древесины, затем медленно проник сквозь нее, пока не ощутил другую сторону. В его сознании возник образ, ясный, как при обычном зрении, и он увидел тяжелую деревянную задвижку в двух кронштейнах. Он мысленно исследовал каждый дюйм, затем открыл глаза и отступил.

— Здесь ловушка, — тихо сказал он офицеру справа.

— Что вы предлагаете? — спросил молодой лейтенант-рыцарь.

Магнус ответил:

— Найдите способ открыть эти двери, не поднимая засов.

Магнус протянул руку, и те, кто стоял ближе всего, услышали тихое гудение. Внезапно в нижней части ворот появилось отверстие, достаточно большое, чтобы человек мог проползти на четвереньках.

— По одному, — сказал Магнус, — и чтобы никто не касался ворот или стен по бокам.

Офицер передал приказ, и солдаты быстро, один за другим, начали проходить внутрь. Магнус приготовился контролировать магию, которая могла высвободиться, если кто-то ошибётся, но его опасения оказались напрасными — каждый выполнил указание в точности.

Наконец настала очередь самого мага. Он неловко прополз в отверстие, обнаружив, что его мантия неожиданно мешает. На середине пути ему пришлось сначала поднять одно колено, затем другое, подтягивая ткань перед собой, чтобы не упасть лицом вниз.

Вставая, он усмехнулся:

— Бывают моменты, и этот один из них, когда мне хочется спросить отца, почему маги обязаны носить мантии.

Лейтенант, оказавшийся человеком без чувства юмора, спросил:

— Милорд?

Магнус вздохнул.

— Неважно.

Он повернулся к солдатам:

— Держитесь позади, пока я не прикажу идти вперёд. Здесь есть силы, с которыми не справится даже самый храбрый воин без моей помощи.

— Убивайте любого, кто не Ралан Бек и не ваш товарищ.

Затем он развернулся и шагнул в темноту, свет от его руки колыхался, будто от качающегося фонаря.

Бек шел вперед так спокойно, будто прогуливался по улице, совершенно не замечая темноты. Из нескольких дальних комнат в конце пересекающихся коридоров пробивался свет, но он игнорировал их и упрямо двигался прямо. Он не знал, откуда ему это известно, но чувствовал — нужно идти от потайного входа прямо в самое сердце крепости, где наверняка находился древний тронный зал.

Предвкушение грядущей схватки наполняло его почти радостным возбуждением. Некоторые наставления Накора ему даже нравились, но настоящего боя он не видел слишком долго. Пару раз он раскроил черепа в тавернах, но по-настоящему крови не проливал с тех пор, как в прошлом году по просьбе Накора убил того императора. Вот это было веселье! Он едва сдержал смех, вспомнив ошеломленные лица придворных, уставившихся на него, когда его меч пронзил спину старика.

Из-за поворота вышел человек в черных доспехах, но без шлема. Не успев даже остановиться, он получил клинок Бека прямо в горло — незащищенный участок над кирасой. Тело с грохотом рухнуло на пол, но Беку было все равно. В сотне футов впереди мерцал свет, и он жаждал устроить там кровавый разгром.

Он шагнул из последнего темного коридора в просторный зал с высокими сводами. Это была классическая крепостная зала, где в лютые зимы спали семья и приближенные правителя Кавелла. Некогда величественное помещение теперь выглядело уныло и заброшенно.

Сводчатый потолок по-прежнему поддерживали массивные деревянные балки, настолько древние, что стали твердыми, как сталь. Но некогда побеленные стены теперь потемнели до серого, а в вышине, во тьме, Бек слышал шелест крыльев летучих мышей. Никакие гобелены не висели на стенах, чтобы защищать обитателей от зимнего холода, исходящего от камней, не было и ковров на полу. Однако в огромном камине слева от входа, через который он вошел, пылал огонь.

С мечом наголо и с безумной ухмылкой на лице он окинул взглядом два десятка человек, расположившихся у огня.

В центре этой группы сидели двое мужчин — на грубо сколоченных креслах старинного образца: деревянная «подушка» на ножках-опорах, с прибитой спинкой, обитой подушками или мехами. Остальные разместились на походных табуретах или разложенных на полу черных плащах. Все были облачены в черные доспехи, отличительный знак Ночных Ястребов, кроме тех двоих в центре.

Один носил тунику из тонкого льна и сапоги, достойные знатного вельможи, хотя одежда висела на нем мешком, будто он недавно сильно похудел. На его шее болталось массивное золотое ожерелье — точная копия черного амулета, который Накор показывал Беку. Второй, в черных робах, похожих на одеяние священника или мага, был лысым и худым, без единого волоска на лице, и не носил никаких украшений.

Не прошло и мгновения с появления Бека, как восемнадцать сидевших мужчин вскочили на ноги. Двое из них затрубили в костяные свистки, и пронзительный сигнал тревоги разнесся по всей крепости.

Человек с золотым ожерельем казался измождённым, его глаза расширились, когда он, указывая на Бека, завопил:

— Убейте его!

Первый мечник уже занёс клинок, когда Бек, крепко сжав свой меч обеими руками, сузил глаза, предвкушая грядущую бойню. Но человек в робах внезапно рявкнул:

— Нет! Стойте!

Его взгляд впился в Бека с каким-то странным благоговением.

Все, включая самого Бека, замерли, пока черноризец пробирался между воинами. Он обошёл ближайшего к Ралану бойца и направился прямо к молодому убийце. Бек почувствовал в этом человеке какую-то необычную силу, а его «везучее чутьё» подсказывало: сейчас произойдёт нечто странное. Он замешкался, но всё же начал замахиваться на человека в робах.

Тот поднял руку — не для защиты, а словно умоляя.

— Подожди, — сказал он, и Бек снова заколебался.

Черноризец медленно, почти нежно протянул руку и положил ладонь на грудь Бека.

— Жди.

Затем он медленно опустился на колени и прошептал так тихо, что слова едва долетели:

— Что прикажет нам наш повелитель?

Человек с амулетом застыл в немом изумлении, затем тоже опустился на колени, и через мгновение все остальные в зале последовали его примеру. Еще полдюжины воинов ворвались в зал, услышав тревогу. Увидев своих собратьев на коленях с опущенными взглядами, они тут же последовали их примеру.

Меч Бека слегка опустился.

— Чего?

— Что прикажет нам наш повелитель? — снова спросил человек в черной робе.

Бек попытался вспомнить, что говорили Накор, Паг и другие на Острове Колдуна. Наконец он произнес:

— Варена больше нет. Он сбежал в другой мир.

— Не Варен, — ответил черноризец. — Он был лишь верховным среди слуг нашего господина. — Медленно протянув руку, он коснулся груди Бека. — Я чувствую нашего повелителя здесь, внутри тебя. Он живет в тебе; говорит через тебя. — Подняв глаза, он повторил: — Что прикажет нам наш повелитель?

Бек был готов к бою, но это превосходило его понимание. Он медленно оглядел зал, и в его голосе прорвалось нарастающее раздражение:

— Я не знаю…

Затем он внезапно взмахнул мечом и с яростью обрушил его вниз:

— Я не знаю!

Спустя несколько минут в зал ворвался Магнус с отрядом солдат Эрика за спиной, а с другой стороны вошли королевские бойцы. Все они застыли перед открывшейся картиной. Двадцать шесть обезглавленных тел лежали в лужах крови. Отрубленные головы все еще катились по кровавым камням и пропитанным кровью плащам.

Огонь в камине потрескивал. Бек стоял рядом, весь в крови. Его руки были красны до локтей, а лицо заляпано кровавыми брызгами. Он выглядел как одержимый бесом. Магнус видел это по его глазам. Он дрожал так сильно, что казалось, вот-вот содрогнется в конвульсиях.

Наконец Ралан Бек запрокинул голову и издал вопль, эхом разнесшийся под сводами. Это был первобытный взрыв ярости и разочарования. Когда даже эхо утихло, он оглядел зал и уставился прямо на Магнуса. Как капризный ребенок, он ткнул пальцем в трупы и заявил:

— Это было не весело!

Он вытер меч о тунику ближайшего мертвеца и вложил его в ножны. Затем схватил ведро с водой, стоявшее у камина (видимо, для нагрева), и вылил себе на голову, даже не снимая шляпы. Подобрав относительно чистый плащ, он начал вытираться, говоря уже более спокойно:

— Какое уж тут веселье, если они даже не сопротивлялись. — Он огляделся по сторонам и добавил: — Я проголодался. У кого-нибудь есть еда?

Глава 5

Приготовления

Миранда была возмущена.

— Ты с ума сошел?! — крикнула она гораздо громче, чем требовалось в маленькой комнате.

Магнус наблюдал за матерью со скрытой усмешкой, пока она отступала от стола отца, словно ища пространства для разгона, затем развернулась с драматично нахмуренными бровями. Она часто выплескивала гнев по поводам, которые в итоге все равно решались так, как хотел его отец. Но за годы Паг научился понимать, что ее взрывной характер требовал физического выражения раздражения.

— Ты с ума сошел?! — еще раз взревела Миранда.

— Не больше, чем ты, когда полгода выслеживала армию Изумрудной Королевы на Новиндусе, — спокойно ответил Паг, поднимаясь из-за стола.

— Это совсем другое дело! — Миранда все еще не выдохлась. — Там не было ни одного Пантатийского змеиного жреца, который мог бы меня обнаружить, не то что бросить вызов, а я, между прочим, умею перемещаться без сфер цурани, помнишь?

Магнус заметил, как отец собирается что-то сказать. Вероятно, о том, что Накор, Паг и он сам тоже осваивают этот навык, но передумывает и молчит, пока Миранда продолжает: