Райхан З – Конец лета (страница 2)

Фатима стояла у уже заведенной машины, из глушителя которой вырывалось сизое облако дыма. С легкой улыбкой она бережно сжимала два тома – «Приключения Тома Сойера» и «Волшебник страны Оз», купленные для сестры. Она надеялась, что в этот раз автобус не будет трясти, как в прошлый, и ей удастся скоротать долгий путь за чтением.

В дверях появилась тётя, волокущая за шиворот обоих сыновей. Глаза мальчишек блестели от какого-то предвкушения.

– Эй, Фатима, больше не приезжай! – выкрикнул один из братьев.

Тётю Джуму от этих слов бросило в краску – такой стыд она испытала перед племянницей! Сорванцы же, закатившись хриплым хохотом, тут же рассыпались по двору, словно испуганные тараканы. Фатима только покачала головой с лёгкой усмешкой. Что с них взять? Очередная глупая мальчишеская шутка.

Спустя десять – пятнадцать минут, Дядя Ибрагим подкатил машину к пыльному зданию автовокзала. Когда Фатима вышла, порыв тёплого ветра едва не сдёрнул с неё платок. Она поспешно принялась его поправлять, пока дядя выгружал сумки из багажника. На всякий случай девушка достала из сумочки маленькое зеркальце, чтобы убедиться, что ни одна прядь из-под косынки не вылезла.

Убедившись, что никто не смотрит в её сторону, она заодно быстро нанесла бальзам для губ – ведь в такую погоду они моментально пересыхали. Убирая зеркальце, Фатима внезапно заметила мужчину средних лет с выпирающим животом, которого она раньше не видела. В отличие от спешащих пассажиров, он стоял напротив, облокотившись на машину, и неприятно ухмылялся, обнажая жёлтые зубы.

«Эй…» – прохрипел он, подмигивая. Девушку так и передёрнуло от такого внимания. Как хорошо, что она не одна: иначе этот невоспитанный мужлан мог бы бросить ей неприятные замечания вдогонку или, что хуже – навязать знакомство! Дядя Ибрагим как раз захлопывал багажник. Возможно, его вид мало кого мог напугать, но сопровождение мужчины убавляло пыл у ловеласов, желавших познакомиться с молодой женщиной. Увидев, что обе сумки уже стоят на земле, Фатима схватила ту, что поменьше. Дядя попытался остановить её, но девушка поспешила уверить, что ей не тяжело, и решительно шагнула к входу вокзала.

В этот день здесь было особенно людно – в основном студенты, только что сдавшие сессию и теперь спешившие домой, с рюкзаками, перекинутыми через плечо, и чемоданами на колесиках. Воздух гудел от разговоров и перешёптываний. Диспетчеры хрипло выкрикивали номера рейсов, но их голоса тонули в общем гуле. Где-то рядом зазывали пассажиров, а неподалеку металась семья: «Подождите, мы сейчас! Мы и стоя поедем! Главное – не уезжайте!» Некоторые водители, махнув рукой, соглашались – и вот уже переполненные автобусы отъезжали, набитые до отказа. Дядя, несмотря на тяжелую сумку, проворно пробивался сквозь толпу, а Фатима едва поспевала за ним. Мальчишки с тележками, предлагавшие помощь с багажом, неловко задели девушку плечом. Она вздрогнула – платок снова съехал набок. Хотелось остановиться, поправить его, но дядя шел так быстро и не оглядывался, что измученной Фатиме пришлось просто бежать за ним, крепче прижимая свою сумку и боясь потерять его из виду.

Ей не пришлось долго пробиваться через толпу: впереди она сразу увидела автобус, на который у нее уже был билет. Пассажиры потихоньку занимали свои места. До отправления оставалось двадцать минут – нужно было успеть занять место у окна. «Если бы тетя не приставала со своим завтраком, я бы уже сидела внутри», – с досадой подумала Фатима. Но тетя и слышать ничего не хотела, пока тарелка не опустеет. Она с благодарностью смотрела, как дядя Ибрагим несет самую тяжелую сумку. Одна бы она не справилась. Тетя Джума, как всегда, перестаралась – помимо пирогов и любимого Фатимой сыра, сунула в багаж даже кукурузу с огорода.

Попрощавшись и поблагодарив дядю за помощь, девушка села в автобус. Свою небольшую дорожную сумку с книгами и мелочами она положила на соседнее сиденье – пусть другие пассажиры думают, что место занято. Надежда проехать одной затеплилась в ней – если автобус не заполнится до отказа, соседнее место так и останется свободным.

Она оглядела салон. Среди пассажиров были не только студенты, но и пожилые люди, оживлённо болтавшие на родном языке. Их голоса, сливаясь в многоголосый гул, наполняли весь салон. Где-то мелькали знакомые слова на даргинском, но на другом диалекте; где-то – аварский, режущий слух и плавные, певучие тюркские фразы. Казалось, здесь собралась вся пестрая палитра дагестанских народов.

У Фатимы была лучшая подруга – Белла, лезгинка по национальности. А соседями по парте у неё были табасаранцы, азербайджанцы и горские евреи. Все они так и норовили научить её каким-нибудь словам или фразам на своих родных языках. За год учёбы в этой многонациональной среде Фатима научилась на слух отличать один язык от другого.

Поскольку больше всего времени она проводила с Беллой, её слух привык к мелодике лезгинской речи. И теперь, в автобусе, Фатима невольно прислушивалась к диалогам на этом языке, пытаясь проверить свои знания. Однако быстро поняла, что её словарный запас слишком скуден: она узнавала лишь отдельные слова, вроде «буба» – отец, «диде» – мать или «хувер» – сестра, а общий смысл разговоров ускользал от неё.

Воспоминания о Белле грустно отозвались в сердце. Два месяца не видеться с лучшей подругой – для Фатимы это настоящее испытание. Но перед прощанием она обещала писать ей и добавила в конце: «Не жди от меня частых писем. Наша жизнь так размеренна, что их чтение, боюсь, станет верным средством от бессонницы». Девушки посмеялись. Белла заверила, что будет рада, если она станет присылать письма хоть каждый день. В общем, прощание было под стать тому, как прощаются неразлучные подруги.

– Фатима? – кто-то позвал её по имени, оторвав от мыслей.

Перед ней стоял Темир – ее однокурсник, с которым ей никогда не приходилось разговаривать. После неловкого приветствия он осторожно спросил:

– Не ожидал тебя здесь встретить. Свободно? – он кивнул на соседнее сиденье, где лежала её сумка. Девушка и сама не ожидала его увидеть и на мгновение растерялась: щёки вспыхнули, предательски залившись румянцем. Перед тем как робко поздороваться, она вдруг осознала, что так и не поправила волосы и платок, и теперь боялась даже представить, в каком виде перед ним предстала. Но, заметив, что парень тоже нервничает (он явно ждал, когда она разрешит ему сесть рядом), она быстро убрала сумку, освобождая место.

– Пожалуйста, присаживайся. Прости, я всё ещё не пришла в себя после всей этой беготни, – сказала она, наконец поправляя прядь волос.

Темир, присаживаясь, тихо рассмеялся.

– Меня зовут Темир, – представился он. Фатима прекрасно знала его имя – и даже больше. Он частенько становился темой её разговоров с подругой. Интерес к нему возник неспроста: их взгляды встречались в колледже, а в коридорах он то и дело попадался на пути – он украдкой смотрел и тут же отводил глаза, ни разу даже не сказав «привет». Перед каждой переменой она была почти уверена, что он снова окажется рядом. И теперь она не понимала, что удивило её больше: то, что он оказался с ней в одном автобусе, или то, что он всё-таки заговорил с ней.

Белла часто дразнила подругу, приписывая ей симпатию к нему. Фатима, конечно, делала вид, что обижается, но скрыть, что ей это нравилось, было невозможно. Усевшись рядом с Фатимой, молодой человек засомневался, правильно ли поступил, взявшись за такую авантюру. Сердце его, до этого бившееся в привычном ритме, застучало сильнее, едва он опустился на сиденье рядом с ней. Воздух, до этого просто теплый, внезапно стал густым и обжигающим. Он ощутил его всей кожей; на лбу выступили первые капли пота. «Ну и жара начинается», – выпалил он, сразу же пожалев о банальности сказанного. Он растерялся: оказаться рядом с красивой девушкой из колледжа – это одно, но вот заговорить с ней… Раньше он мог просто любоваться ею на переменах, не рискуя быть замеченным, но теперь по глупости вызвался сесть рядом. Ну что ж, раз уж сел – придется говорить. Но о чем? Мысли путались, не давая сосредоточиться. Он подавил вздох и, стараясь выглядеть непринужденно, слегка заерзал на месте. Вдруг он увидел книгу у нее в руках и мгновенно сообразил, что сказать.

– Что читаешь? – спросил он, чтобы заполнить паузу.

– «Приключения Тома Сойера». Везу сестренке…

– «Том Сойер»? – рассматривая обложку, повторил он. – Интересная книга. Я ее в школе читал.

Повисло неловкое молчание. Слишком банально получилось. Нужно сказать что-то еще.

– У тебя есть сестра? – он тут же пожалел о глупом вопросе. Она же только что сказала, что везёт книгу сестрёнке.

– Да, младшая, – тихо ответила девушка, глядя в окно.

– У меня тоже есть братья, – почти сразу же выдал Темир, чувствуя, что нужно скорее заполнить паузу. – Старшему двадцать пять. Он молод, но давно женат, и у него уже трое детей. – Он нервно рассмеялся, сам не понимая, зачем делится такими подробностями. – Кажется, он на этом не собирается останавливаться. А младший скоро закончит школу.

Фатима задумалась на секунду, подбирая слова:

– Наверное, ваша мама всегда мечтала о дочери? С тремя сыновьями трудно справиться.