Райдо Витич – Анатомия Комплексов (СИ) (страница 21)

Ладонь Поттана легла на голое плечо сейти:

— Пора.

Эстибы помогли лечь и, закрепив тело юноши на хугане, подняли плиту на 35 градусов. Лицо Модраш грозно взирало на Лоан и словно сомневалось…

Фэйра сжала ладонями щеки парня и, поцеловав в лоб, положила ему под язык шарик цо-о [20]:

— В добрый путь… — женщина скользнула в арку и исчезла.

Поттан зашептал заклинания, налагая знаки на обнаженный торс парня жертвенной кровью. Все закружилось перед глазами Лоан, зашумело в ушах, секунда — и шепот жреца стал подобен раскату грома, а зрение обострилось настолько, что ритуальный зал, погруженный в полумрак, воспринимался как залитая ярким солнечным светом комната.

Жрец ушел. В зале остались лишь эстибы, расположившиеся на полу с четырех сторон хугана. Они будут охранять покой тела до возвращения Рэйcли.

Грудь парня еще вздымалась какое-то время и вот замерла, широко распахнутые глаза застыли, взирая на лик божества, и только вертикальные зрачки говорили о том, что хозяин тела жив и просто ушел по своим делам.

Рэй вышел, как никогда легко и не плутая, оказался перед огромным, необъятным и величественным столбом ярко-красного света. Не имеющая аналогов по мощи энергия с гулом спускалась по нему вниз, исторгаясь из зева Модраш, и обдавала жаром, окутывая столб клубами оранжевого дыма.

Рэй всматривался внутрь света и вот полетел, сначала медленно, потом быстрее.

Перед глазами замелькали картинки: каньоны, диковинные животные, бредущие в одиночку и стадами, огромный водный простор, озера, реки, вершины, покрытые снегом, густые заросли лесов, скопище странных архитектурных сооружений. Все мелькало перед глазами, кружилось — и вот замедлилось.

Перед Рэйсли предстал изумительный, ирреальный пейзаж: серые здания на фоне темно-синего неба, укрытые, как и земля вокруг, пушистым искрящимся снегом. Снег! Рэй не мог поверить своим глазам: с неба падал снег! Его было так много, что можно было купаться!..

Его охватил восторг, но никто не разделял его, словно не понимал чудо происходящего. Странные существа кутались в странную одежду, спешили куда-то, не замечая ничего вокруг, топтали ложащийся под ноги снег, как слепцы. Их и-цы было неправдоподобно доступным и открыто лежало на губах. Воздух был насыщен ароматом всевозможных энергий и пьянил. Рэй разозлился на этих глупцов, заметался в поисках хоть одного здравомыслящего и зрячего и увидел… детей! Самых настоящих, живых, из естественной крови и плоти, с маленьким, только затеплившимся, но чистым, как родник, и-цы! Они были смешно одеты, укутаны с ног до головы и напоминали колобков. Их было много! Очень, очень много!

Рэй оглянулся, присматриваясь внимательней к этому странному миру, и понял, что он наполнен детьми: маленькими, лежащими в странных приспособлениях, постарше и подростки…Это потрясло его до основания, и он вернулся к толпе тех детей, которые копошились за странной сетчатой преградой вокруг больших комков из снега. Один ребенок вдруг отделился от остальных и, пробежав пару метров, вскинул голову к небу и закружился, разведя ручки в сторону. Темно-синие глаза с наивным восторгом взирали в синеющую небесную даль, а нежное, розовое личико украшала беззаботная улыбка. От ребенка исходил изысканный аромат чего-то необычайно вкусного и удивительно приятного. Тонкое благоухание и-цы кружил голову и околдовывал, а цвет, насыщенно фиолетовый, смешанный с ярко оранжевым — волновал и очаровывал. И все это богатство открыто лежало на губах ребенка, не ведая об опасности…

Рэй вернулся потрясенным и растерянным. Где же искать тот мир, где живут так безоглядно открыто?

— … Это Земля, — пояснил потом Поттан. — Времена года на Земле сменяются, как время суток. Земляне не организованны, теплолюбивы, не образованны. У них нет проблем с водой, но их тела более хрупки, чем наши. На Кургосских торгах выставляют тэн с Земли, ты сможешь узнать все, что необходимо…

— …это девочка, — улыбнулась Фэйра. — Вот что приготовил для тебя Модраш.

— Ей не больше шести…

— А тебе 18. Когда она вырастет и будет готова, ты будешь в самом начале пути…

— Ты хочешь сказать — умру? — прищурился Рэй, и Фэйра побледнела:

— Нет, сынок, нет! Верь!

— Никто не доживает до 30…

— А большинство умирает к шести годам.

— Да, их я пережил, — горько усмехнулся парень.

— И переживешь других! Ты крестник Модраш! Тебя ждет великое будущие, не смей сомневаться!

— Фэйра, и-цы поддерживает, но не спасает…

— Это зависит от качества энергии…

— Ты встречала тех, кому она помогла?

— Да, но это были лишь самые достойные!….

Он оказался достойным. Он прошел этот путь, выдержал, дожил.

Алэна…Почему он не понял сразу, не распознал тот аромат?

Синие глаза и золото волос, в руках алое полотнище, как знак, как крик — я пришла!

Модраш… его цвета, его воля, его дар. А он дважды чуть не потерял Алену, отказывался, медлил…

Глупец! Долой сомнения. Он не выпустит ее из своих рук, а чтоб задобрить Модраш и доказать, что он лишь замешкался, но не терял веры, Рэй будет терпелив и мягок с землянкой.

‘А если это действительно она?’ — похолодел Лоан и замер на минуту, вглядываясь в лицо девушки — ‘Модраш может наказать за промедление, приняв его за пренебрежение, и забрать ее…Я,…возьму ее в жены…’ Рэй качнул головой: безумие! И все же …’Если это она?’

Лоан взял себя в руки: ’Значит, так тому и быть! Я возьму ответственность на себя и докажу, что достоин! Она станет моей женой…. Если она …та. И ждать я больше не стану. Хватит, все очевидно’.

ГЛАВА 10

Алена открыла глаза и с удивлением воззрилась на Рэя: что он здесь делает? И подумала: ’Наверное, опять будет нотации читать, ‘отец родной’! Или экскурс в философию устроит.’ Девушка вздохнула и приподнялась, желая сесть удобнее. Это удалось с трудом: голова отчего-то кружилась, а тело было непослушным и тяжелым. ‘Ах, да! ‘ — вспомнилось ей недавнее происшествие, и слабость уже не удивляла.

Рэй устроился на освободившемся пространстве: уперся спиной в стену, а ногой в край постели, и, сложив руки на коленях, молча уставился в стену напротив.

‘Между прочим, я здесь сплю!’ — хотела сделать замечание Алена, но взгляд наткнулся на кисть Лоан, и мысли поплыли в другом направлении. ‘Ничего себе! Вот это нейл-арт! Ему бы графу Дракулу без грима играть, Стокер бы обрыдался, до того б реалистичный вампир получился!’

Рэй проследил за ее взглядом и вопросительно посмотрел на девушку.

— Так, — пожала она плечами. — Маникюрчиком любуюсь — веселенький.

Очень ей порезвиться хотелось, ‘покусать’ чудика инопланетного. Душа праздника требовала — гордость ее переполняла, оттого что уела она злобных гуманоидов, а те и знать не знают! Молчит кэн, значит не в курсе, иначе б сетованием замучил, нудил бы, как комар над ухом, страшилки рассказывал, а не изображал роденовского мыслителя в извращенном варианте.

Нет, какая она все-таки умница, раскрасавица, ‘комсомолка, спортсменка’ и сплошь героическая личность! Вот вам, гремлины флетонские, и простая российская студентка! И Вейтклифа — садюгу уела, и ‘Шерхана’ достала, и, главное, контролер нейтрализовала! Так и хотелось кэна подразнить: рожицу скорчить, ручками покрутить и язык показать: а приборчик — то ваш, тю-тю!

— Эйфория? — покосился Лоан на ее довольную улыбку. — Это от кровопотери, пройдет.

— В смысле? — не поняла Алена и застыла. Дошло. Улыбка мгновенно слетела с лица, взгляд стал растерянным. Мысли расползлись, как насекомые по газону, и Алена, всерьез озаботившись своим умственным потенциалом, поняла, что ее диагноз не утешителен.

Она поморщилась, мотнула головой, закусила с досады губу и увидела, наконец, что сидит в лифчике и джинсах. Кофта отсутствовала. На плече красовался здоровый бугор, накрытый пластырем, величиной с ладонь. ‘Замечательно!’ — сникла девушка, устыдившись, и покосилась на парня. Тот по-прежнему разглядывал стену, изображая статую пофигиста. Это немного успокаивало и внушало уважение к такту флетонских сержантов.

‘Умница, так и сиди’, - мысленно посоветовала ему девушка и начала осторожно сползать с постели, желая как можно скорее и незаметнее перетечь в ванную комнату и одеться. Она уже спустила ноги на пол, как Лоан опустил свою ладонь ей на колено и придавил взглядом:

— Куда?

Голос был тихий, тон убийственно-спокойный и Алену мгновенно приморозило к ложу. Нехорошее предчувствие быстренько заселилось в душу, и по коже поползли мурашки.

— Мне … надо…в ванную… — просипела она.

— Сиди. Порезвилась и хватит, — лениво заметил кэн, спустил ноги на пол и внимательно посмотрел ей в глаза. — Твой скудный умок в состоянии оценить и запомнить смысл слова — благоразумие?

Алена нахмурилась, не зная, что делать: то ли бежать куда подальше от греха, то ли послушать, изобразив буйную тягу к знаниям. Бежать было некуда, и ей остался второй вариант, а чтоб беседа была душевной, но не закосила в сторону ‘сэкси-трах’, девушка сложила руки на груди, прикрыв, как смогла, неглиже и постаралась придать лицу глубокомысленное выражение:

— Э-э-э… в смысле? — ответила невпопад, забыв вопрос.

Рэй кивнул с пониманием и начал снимать с руки браслет. Алена с любопытством рассматривала красивую безделушку: широкие, небесно-голубые, сверкающие квадратные пластины, вправленные в странный металл: то ли платина, то ли еще какой драгметалл из инопланетной системы периодических элементов. Дивная вещица. На новенький Мерседес потянула, а то и два, если б такие огромные, голубые алмазы существовали в природе.