Райан Хардинг – Генитальный измельчитель (страница 10)
Грег выбрал ее из разложенных на ковре инструментов, и протянул ему.
- Нет... ту, с плоской головкой.
Приняв ее, Вон брезгливо взял член Билла и ввел отвертку ему в мочеиспускательный канал. В этот момент они решили, что будет мудро заклеить ему рот. Очередной удар в кадык заставил Билла надолго замолчать. Из-за попыток освободиться от уз запястья у него кровоточили. Крови от вторжения отвертки было немного, поэтому Вон попросил молоток с круглым бойком, который Грег любезно ему предоставил. Яички отреагировали на молоток сильнее. Одного удара по каждому было достаточно, чтобы вдавить их в стул и, как следствие, превратить в месиво из молочно-белой и темно-красной кашицы (это сочетание смогло бы заинтересовать производителей шоколадных яиц "Кэдбери"). Изрядная ее часть окрасила руку Вона, что вызвало у Грега хихиканье.
- Ни слова! - рявкнул Вон. - Не забывай, в чьих руках молоток.
Грег каким-то образом сумел подавить смех.
- А для "кремового выстрела"... - объявил Вон. - Грег... терку для сыра.
Эта идея пришла Вону в голову, когда он пару раз ободрал об такую терку костяшки. После разочарования от почти бескровного воздействия отвертки, казалось, она должна была помочь. Грег взялся за ручку отвертки, чтобы как следует растянуть орган Билла, который к тому времени основательно набух от вмешательства, и стал уже совершенно бесполезен. Вон приложил к нему терку и принялся скрести, словно некто, страдающий синдромом навязчивых состояний, пытающийся оттереть губкой свой белый "Кадиллак". Ему казалось, что крики Билла вот-вот прорвутся сквозь клейкую ленту. Словно зачарованный, он наблюдал, как тот видит и чувствует, как кожа и эректильная ткань отрываются от его члена. Наверное, самым завораживающим во всем этом был звук - влажный и какой-то неуверенный. С головкой пришлось повозиться, так как ширина терки превосходила длину члена. Вону пришлось даже упереться локтями. Кровь с наструганными кусочками плоти проникала сквозь дырочки терки и скапливалась у нее на дне. Потом, растекаясь по стулу, капала на полиэтилен, расстеленный на полу.
- Черт! - воскликнул Грег. - Осторожнее! Ты мне пальцы порежешь!
Вон принялся лупить Билла молотком по макушке, пока удары не стали более глухими, а потом и вовсе не сменились чавканьем. Похожие на грибы комочки мозга сыпались Биллу на лицо и колени, где смешивались с генитальной "стружкой". Неопытному зрителю показалось бы, что у Билла случился выкидыш.
Пока Вон уделывал его, Грег готовился к любовной сцене с Гейшей. Она отвернулась от Билла в тот момент, когда они стали перебирать отвертки, поэтому не видела, что с ним случилось. Но слышала она достаточно, чтобы чуть не сорвать столбики у кровати. Но, к счастью для мира кинематографа, узлы на простынях не позволили ей этого сделать. Решено было оставить ее лежать лицом вниз - ради удобства Грега.
- У тебя есть "Джергенс" (крем для тела - прим. пер.) или что-нибудь в это роде? - спросил он. Они дали ей вытереться насухо после сцены с ванной, и "насухо" было здесь ключевым словом.
- Без смазки может быть больно.
Вон снял камеру со штатив и подошел к кровати.
- Извини, но нужно чем-то жертвовать ради искусства.
Грег погрустнел, но потом улыбнулся.
- Природа поможет.
Он зажал одним пальцем левую ноздрю, и с силой выдохнул через правую. Сложив ладонь чашечкой, принял струю мокроты и быстро намазал на полувставший член... Тот пришел в полную боевую готовность. Гейша, услышавшая обмен репликами и звук сморкания, принялась снова биться и извиваться, но Грег привык, что женщины пытаются избегать его подобным способом. Ровно через две секунды он был уже внутренне спокоен.
Он ослабил ей кляп, чтобы записалось немного криков, потому что по гримасе Гейши не было понятно, от боли она вопит или от восторга. Подобным фильмам вряд ли была свойственна неопределенность. Он сделал все возможное, чтобы в кадр вошли лучшие части ее тела, одновременно стараясь не включать менее аппетитные конечности Грега. Когда подошло время сюрприза, он подошел к подножию кровати, постоянно держа ее гладкое, бронзовое тело в видоискателе. К тому времени, Грег уже кончил, кряхтя, по мнению Вона, слишком уж театрально, а потом отстранился от нее с тяжелым вздохом, словно только что тягал 400-фунтовую штангу. Вон начал было сомневаться в собственном психическом здоровье, увековечивая каждый изгиб женского тела, лежащего перед ним на животе. Неужели он позволил Грегу урвать себе
Поняв, что сотрудничать она не собирается, Грег стал снимать, а Вон снова заткнул ей рот кляпом и приложил к ее икрам ножовку. Эти маленькие жертвы ради искусства причиняли ему настоящую боль. Но он решил, что, если хотя бы рот и задница останутся при ней, он сможет получить величайшее удовлетворение от надругательства позже. В конечном счете, Грегу снова пришлось устанавливать штатив и пихать пилу слева, в то время как Вон тянул ее вправо. Зубцы уловили ритм и принялись рвать упругую плоть. Из углубляющихся симметричных порезов на конечностях хлынул богатый малиновый цвет. Кости оказались предсказуемо прочными, но даже им в итоге пришлось уступить под усиленным напором. Вон отчленил конечности без особых усилий, разорвав остатки артерий, вен и сухожилий. Это походило на фокус, в котором маг и его ассистент распиливают ящики и разводят их в стороны. Грег отбросил брызжущие кровью обрубки, оставив их на потом. Быстро перерезал один из удерживающих Гейшу узлов, забрался на кровать и встал над ней, широко расставив ноги. Затем схватил ее под руки и поднял. Уложив ее лицом вверх, он надавил ей локтем на грудь и с удовольствием отметил, что обрубки взорвались красным с куда большим напором. Он свесил ее с края кровати, удерживая при этом на месте, так чтобы у Вона был свободный доступ.
Вон улегся на спину и подлез под торс Гейши, словно это была машина на ремонте. Он осторожно поднял кусачки и, невзирая на брызжущую ему на руки и грудь предательскую кровь, быстро отрезал сначала правую половую губу, затем левую. Они упали ему на лицо и прилипли, словно мокрые листья.
Слезая с кровати, Грег намеренно наступил ей на живот. Обрубки последний раз брызнули кровью. Гейша уже почти не сопротивлялась, притом, что одна рука была у нее свободна. Ее красивая бронзовая кожа стала значительно бледнее. Вон приложил отсеченные губы себе к мочкам ушей. Они ненадежно приклеились, как игральная карта ко лбу, затем соскользнули на плечи словно бледные лепестки. Он стряхнул их с себя и бросил к стене у изголовья кровати. Одна губа прилипла, другая сползла за изголовье, оставив красный блестящий след. Вон повернул свой окровавленный профиль к камере и помахал рукой.
- Привет, мам!
Первоначально Трэвис Виклунд испытывал большие опасения по поводу своего похищения, но удача определенно повернулась к нему лицом. Они хотели, чтобы он "чпокнул"
...Пока он не увидел ведро извивающихся личинок и прозрачную трубку рядом с ним.
- Мы стремимся во многом быть первыми, - объяснил только что вышедший из душа Вон.
Они перенесли съемку в гостевую спальню и позаботились о том, чтобы привести себя в порядок. Так чтобы Трэвис не догадался, что его услуги могут не потребоваться, если им когда-либо придется снимать продолжение.
- Мы хотим первыми снять... - запнувшись, Вон сделал паузу. - Кино... такого рода. Мы хотим, чтобы зомби блевал личинками на Сару.
Трэвис поежился.
- Мне придется брать их в рот?
Грег чуть не рассмеялся.
- Нет, - утешил его Вон. - Не в рот. Это хорошая новость, если можно так выразиться.
Разумеется, Трэвиса пришлось привязать к стулу, как только они рассказали ему программу действий. По правде сказать, у Вона и Грега на кассете уже было несколько сценок с Сарой, поэтому "насильственный половой акт" с ней был уже делом прошлым. Они заставили Сару как следует порастягивать и пораздвигать свои актерские ножки. Хотя, кто не видел ее преисполненной готовности ко всем желающим тысячу раз до этого? И чем спонтаннее и неправдоподобнее была ситуация, тем сильнее она хотела этого. Не то, чтобы Сара Пенси любила заниматься сексом. Просто, это был тот случай, когда актер полностью сливался с ролью. Это была игра на совершенно новом уровне, достойная Шона Пенна в