Равиль Садыков – Евреи, иудеи и все остальные (страница 6)
/12/ ДА ОНА ПОДЛИННО СЕСТРА МНЕ: ОНА ДОЧЬ ОТЦА МОЕГО, ТОЛЬКО НЕ ДОЧЬ МАТЕРИ МОЕЙ; И СДЕЛАЛАСЬ МОЕЙ ЖЕНОЮ.
Нам трудно судить поступки и решения, которые принимали люди, живущие в ту далекую эпоху. «Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» – это слова, сказанные Исусом Христом и записанные в Евангелии от Матфея в главе 7, стих 1, с которой он обратился к своим последователям на «горе Божеств».
А что же случилось с Лотом?
В книги Бытие в главе 19, мы последний раз встречаем упоминание о Лоте и его семье. Больше нигде мы не встретим этого имени. Поэтому мне хотелось бы более подробно остановиться на этой главе в заключительной ее части.
И, так: жена Лота, убегая из Содома оглядывается и превращается в соляной столб, после чего сам Лот и его дочери вынуждены будут укрываться в пещере. Оторванные от внешнего мира они теряют всякую связь с реальностью, думая, что катастрофа погубила весь людской род, и они единственные уцелевшие на земле люди. Вот, как все это описано в книги Бытие, глава 19, стихи с 31 по 38:
/31/ И СКАЗАЛА СТАРШАЯ МЛАДШЕЙ: ОТЕЦ НАШ СТАР, И НЕТ ЧЕЛОВЕКА НА ЗЕМЛЕ, КОТОРЫЙ ВОШЕЛ БЫ К НАМ ПО ОБЫЧЬЮ ЗЕМЛИ;
/32/ ИТАК, НАПОИМ ОТЦА НАШЕГО ВИНОМ, И ПЕРЕСПИМ С НИМ, И ВОССТАНОВИМ ОТ ОТЦА НАШЕГО ПЛЕМЯ.
/33/ И НАПОИЛИ ОТЦА СВОЕГО ВИНОМ В ТУ НОЧЬ; И ВОШЛА СТАРШАЯ И СПАЛА С ОТЦОМ СВОИМ; А ОН НЕ ЗНАЛ, КОГДА ОНА ЛЕГЛА И КОГДА ВСТАЛА.
/34/ НА ДРУГОЙ ДЕНЬ СТАРШАЯ СКАЗАЛА МЛАДШЕЙ: ВОТ Я СПАЛА ВЧЕРА С ОТЦОММОИМ; НАПОИМ ЕГО ВИНОМ И В ЭТУ НОЧЬ; И ТЫ ВОЙДИ, СПИ С НИМ, И ВОССТАНОВИМ ОТ ОТЦА НАШЕГО ПЛЕМЯ.
/35/ И НАПОИЛИ ОТЦА СВОЕГО ВИНОМ И В ТУ НОЧЬ; И ВОШЛА МЛАДШАЯ И СПАЛА С НИМ; ИОН НЕ ЗНАЛ, КОГДА ОНА ЛЕГЛА И КОГДА ОНА ВСТАЛА.
/36/ И СДЕЛАЛИСЬ ОБЕ ДОЧЕРИ ЛОТОВЫ БЕРЕМЕННЫМИ ОТ ОТЦА СВОЕГО,
/37/ И РОДИЛА СТАРШАЯ СЫНА, И НАРЕКЛА ЕМУ ИМЯ МОАВ.
/38/ МЛАДШАЯ ТАК ЖЕ РОДИЛА СЫНА, И НАРЕКЛА ЕМУ ИМЯ БЕН-АМИН.
Что тут можно сказать?
Единственное на чем я хотел бы отметить для полной ясности картины – это то, что от Маова и Бен-Амина возьмут начала два еврейских рода, не внесенные в канонические книги, как колена народа Израилева, которые в последствии будут проклятыми. В книге Дварим, глава 23, стих 4, сказано:
/4/ НЕ ВОЙДЕТ АМОНИ И МОАВИ В ОБЩЕСТВО ГОСПОДА; ТАК ЖЕ ИХ ДЕСЯТОЕ ПОКОЛЕНИЕ НЕ ВОЙДЕТ В ОБЩЕСТВО ГОСПОДНЕ ВОВЕКИ;
Теперь давайте сменим тему и обратим наше внимание на тот факт, что начиная с 17 главы, книги Бытие, имя Аврама будет писаться не так, как оно писалось прежде, а немного в измененной форме – Авраам. В имени старца, в новом варианте, появится еще одна дополненная буква. Тому существует определенное объяснение. Теологи или, как их еще называют: богословы – люди, которые занимаются толкованием религиозных учений, утверждают, что таким образом Бог придает значимость личности Аврама, выделяя и возвышая его из среды других людей. Имя Аврам, в переводе с арамита означает «великий отец», но его роль и значимость, в процессе развития событий меняется, теперь он становится «отцом народов» – Авраам. Его сыновья Ишмаэль (в русском написании Измаил или Исмаил) и Ицхак (в русском написании Исаак) – дадут начало двум народам, по удивительному стечению обстоятельств, которые вступят в непримиримую борьбу друг против друга: арабы-мусульмане и евреи-иудеи. По той же самой причине Господь меняет имя жены Аврама – Сары (владычица), на имя Сарра (владычица народов), но этой темы мы коснемся позже.
Вот как сам Господь объясняет это свое решение изменить имя:
/5/ И НЕ БУДЕШЬ ТЫ БОЛЬШЕ НАЗЫВАТЬСЯ АВРАМОМ, НО БУДЕТ ТЕБЕ ИМЯ: АВРААМ, ИБО Я СДЕЛАЮ ТЕБЯ ОТЦОМ МНОЖЕСТВА НАРОДОВ. (Бытие, глава 17, стих 5).
Еще мы узнаем, что Авраам (!), чуть не зарезал своего младшего сына, пытаясь принести его в жертву Богу, словно жертвенного барана, но Бог передумал и Ицхак остался живой.
Израиль – земля, текущая молоком и медом
В книге Чисел в главе 13, стих 28 говориться:
/28/ И РАССКАЗЫВАЛИ ЕМУ И ГОВОРИЛИ: МЫ ХОДИЛИ В ЗЕМЛЮ, КОТОРУЮ ТЫ ПОСЫЛАЛ НАС; В НЕЙ ПОДЛИННО ТЕЧЕТ МОЛОКО И МЕД, М ВОТ ПЛОДЫ ЕЕ;
Такую весть принесли разведчики, посланные Моисеем, чтобы выяснить, что за земля лежит перед евреями, после их долгих скитаний по пустыне, которая в Ветхом Завете именуется как Фаран.
Такое же представление об Израиле примерно было и у родственников моей жены. И после того, как только было покончено со всеми формальностями, мы всем гуртом (я, моя жена, двое наших детей, тесть, теща и теща шурина – брат жены) двинулись в Израиль.
Из аэропорта мы все вместе отправились в город Лод или Луд, как называют его местные жители – древний город, упоминание о котором встречаться в египетских манускриптах, относящихся к эпохе правления фараона Тутмоса III – это XV век до нашей эры, город с богатой историей. С момента его основания город время от времени переходил от одного завоевателя к другому и его захватывали: греки, иудеи, римляне, мамлюки, арабы. В память об этом у города сохранилось несколько имен: Лидда, Георгиополь, Диосполис. С V веке, до нашей эры, город становится центром иудейской мудрости и просвещения. Еще, этот город известен тем, что в Лоде, в храме Святого Георгия, храниться рака с мощами, глубоко почитаемого в христианском мире, святого Георга Победоносца.
Только когда мы впервые въезжали в этот город была ночь, а город показался мне серым и унылым: серые и однообразные прямоугольные здания и неприбранные улицы. Долгая дорога, переживания и бессонная ночь окончательно вымотали нас. Мы все были крайне усталыми, и единственное, что нас всех сейчас интересовало, – это уютная постель. Наша квартира, которую для нас снял один из братьев жены, располагалась в самом захудалом спальном районе, на окраине города – решающую роль в этом вопросе сыграла цена. Собственно говоря, из-за этих самых братьев, а у жены их было два, и они к тому времени уже жили в Израиле, мы все и отправились в это «путешествие». Утром, выйдя на улицу, я убедился, что первое впечатление меня не обмануло.
Увиденное ввергло меня в состояние уныния. Дома-коробки с облупившейся краской, почти никакой растительности, за исключением двух-трех пожелтевших колючек. Я оказался в типичном ближневосточном городе с его характерным для этого региона укладом жизни и бытом; с шумом и суетой на тесных улочках. Но я тешил себя надеждой, что за этим унылым пейзажем скрывается другой Израиль, о котором мне рассказывали знакомые и родственники моей жены. В любом случае, я уже не был в состоянии что-либо поменять.
Мы вдесятером разместились в небольшой (площадью 60 кв. м) трехкомнатной квартирке. Условия были не самые комфортные, приходилось спать на полу, но утешало то обстоятельство, что у нас была крыша над головой. Случись ночью отправиться в уборную, то ты мог, того и гляди, ненароком наступить на кого-нибудь из родственников.
Не сказал бы, что для меня это было чем-то новым и непривычным. У меня за плечами был многолетний армейский опыт – жизнь в казарме, где в одном помещении размещались сто и более человек, ночевки под открытым небом на голой земле и в палатке. Был опыт жизни в хрущевской двушке, в которой прошли мое детство и отрочество. В нашу крохотную родительскую квартирку каким-то чудом, бывало, набивалось по десятку и более человек. У моих покойных родителей было доброе сердце и огромное количество родственников, друзей, знакомых, братьев и сестер, которые совершенно спокойно могли заявиться к нам в гости, причем бывало и одновременно. Прибавьте сюда их домочадцев (жен, мужей, детей), а еще друзья – друзей и знакомые – знакомых, которые так же приходили к нам в любое время суток, не дожидаясь приглашения. Наша квартира была открыта для всех, и наша семья всегда отличалась своим гостеприимством, и в нашем доме были рады любому гостю. В принципе, так жила большая часть моих соотечественников в то далекое время, когда люди не запирали двери своих домов, и любой мог войти в дом без приглашения – это считалось нормой.
Много лет спустя, значительно повзрослев и имея за плечами богатый жизненный опыт, я решил вернуться и посмотреть на нашу квартирку, туда, где я вырос, и с ужасом обнаружил – до чего она маленькая, и как же мы все могли разместиться на столь крошечном пространстве?!
Видимо, со временем я уже немного поотвык от такого образа жизни, как говорят – заматерел – стал опытнее и старше.
Но все это теперь осталось в прошлом.
Сейчас мы всем скопом проживали в крошечной квартирке, на самой окраине древнего города Лода, в дешевом районе.
Я не люблю вспоминать об этом времени.
В Каунасе у нас с женой была своя отдельная, светлая и просторная квартира, почти в самом центре города, с отдельным санузлом, большими и светлыми комнатами и встроенной лоджией, более четырех метров длинны, из которой открывался прекрасный вид на город. Это была своего рода награда, за долгое скитание по съемным квартирам и за 17 лет безупречной службы в рядах Вооруженных Сил. Когда мы поженились у нас не было своего жилья и получив долгожданный ордер – документ подтверждающий, что у нас теперь есть своя собственная квартира мы несказанно обрадовались с женой и были счастливы. И вот круг замкнулся, и нам нужно было начинать все с нуля. Опять надо было ютиться с семьей по чужим «углам». Буду с вами честен – были и другие варианты. В Израиле было разработано несколько программ для новоприбывших репатриантов, и одна из них – «первый дом на родине». Новых репатриантов брали на свое попечение кибуцы. Не слишком роскошно, но для первого времени это было совсем неплохо. Мы получили бы отдельное жилье, пусть и скромное, без всяких изысков, но, во всяком случае, мы жили бы не в такой тесноте, в которой мы находились сейчас. К тому же в кибуце нам не стоило бы самим заботиться ни о работе, ни о пропитании; не ломать голову, в какой садик будет ходить наш младший сынишка и какую школу будет посещать наш старший сын – все это кибуц брал на себя. Мы могли, приехав в Израиль, спокойно поселиться в одном из более чем двух сотен кибуцев, разбросанных по всей стране от севера до юга. Я лично отдавал предпочтение северу страны. Там больше растительности и в отношении климата – не так жарко, как на юге.