Рацлава Зарецкая – Бабочка во времени. Новое прошлое (страница 25)
Император кашлянул в кулак и заметил:
— Ничего мы еще не прояснили, и если я начну копать под тебя, то всплывет много чего интересного. Однако я благоразумно не лезу в это болото, потому что наверняка знаю одно: ты его создал во благо империи и моей семьи. Твои заслуги слишком велики, чтобы их не замечать, и моя благосклонность к тебе не исчезнет из-за твоей причастности к смерти того, кто и так был мне, да и не только мне, поперек горла. Однако, как я уже сказал, никто не избежит наказания за свою вину, и твое наказание заключается в том, что ты должен порвать все связи с Татьяной. Если я узнаю, что вы продолжаете видеться, то моя благосклонность к тебе испарится, и ты вернешься туда, откуда пришел — в неизвестность.
В этот момент Диме стало страшно. За себя и за их с Татьяной будущее. А еще ему было не понятно, сколько правды на самом деле знает о нем император. Слова про неизвестность показались Диме намеком, мол, Николай не верит, что Дима приехал из Парижа. Император знает, что он — никто, и прибыл из ниоткуда, однако продолжает держать его при себе и доверять.
Что ж, похоже, выбора у Димы не было…
— Я понял вас, ваше величество. — Дима встал и поклонился Николаю. — Наши отношения с Татьяной — в прошлом. Впредь я не подойду к ней и не заговорю с ней, а если она подойдет и заговорит со мной, я сделаю вид, что мы незнакомы.
Николай довольно кивнул.
— Я рад, что мы поняли друг друга. Можешь быть свободен.
Дима снова поклонился и направился к двери.
— Мне жаль, что так вышло, — неожиданно произнес император.
Дима остановился и обернулся. Лицо Николая было непроницаемым, однако в глазах, кажется, стояла грусть. — Как жаль, что среди потенциальных женихов Татьяны нет столь же приятных, умных и преданных нашей стране людей, как ты, Дмитрий. Должен признаться, что ты был бы превосходным зятем — почему иностранные принцы не похожи на тебя хоть немного?
— Как жаль, что я не иностранный принц, — тихо произнес Дима и покинул кабинет императора.
Он ожидал увидеть в коридорах Татьяну, однако девушки нигде не было. Возможно, сестры увели ее от греха подальше. Что ж, это правильно. Им предстоит крайне нелегкое и неопределенное время, за которое придется притворяться, что их связи конец. Приотворяться и ждать, что и на их улице когда-нибудь будет праздник.
Глава 11
На чаепитие к Ирэн я шла с приподнятым настроением: там я увижу царевен и получу очередное письмо от Никиты, по которому страшно скучала. Однако письма не оказалось, а все княжны, даже Мария, которая должна была в скором времени выйти замуж, пребывали в подавленном настроении.
— Что-то случилось? — осторожно спросила я Ольгу.
— Тебе разве брат не рассказывал о волнениях после завершения войны? — недовольно произнесла старшая княжна.
— Он мне мало чего рассказывает, — тихо заметила я. Для меня это было больной темой.
— Ему сейчас не до этого, — вздохнула Татьяна, которая была самой печальной из всех сестер.
— Почему? — спросила я, за что удостоилась неодобрительного взгляда Ольги. Она явно корила меня за мое неведение.
— Хоть его и оправдали, за ним все еще пристально наблюдают, — пробормотала Мария, сделав глоток чая. — И за Таней тоже…
— Оправдали? — снова удивилась я.
— Он был под следствием некоторое время, — подала голос вернувшаяся к нам Ирэн — она уходила успокоить плачущую дочь. — Но теперь с ним все хорошо. — Она повернулась к княжнам и пояснила: — Вика ничего не знала, потому что так решил Дима. Он не хотел волновать ее и Анну Николаевну.
— Не хотел волновать, — пробормотала я, растерянно глядя в свою чашку с чаем.
На этот раз Димкины тайны вызвали во мне лишь легкую грусть. Секреты, недосказанность, ложь, — ко всему этому я привыкла, и уже реагировала не так эмоционально, как раньше. Наверное, я смирилась с
Я перевела взгляд на Татьяну. Вот почему она выглядит такой печальной — переживает за моего брата. Я же, его родная сестра, ничего не знала и все это время беспечно переписывалась с Никитой.
Чтобы сменить угнетающую тему, я обратилась к Ирэн:
— Так почему от Никиты нет письма? Ты не пояснила.
Подруга пожала плечами и потянулась к пирожному, которое уже было третьим по счету, учитывая то, что Ирэн еще даже не допила свою первую чашку чая. Кажется, кто-то подсел на сладости.
— Я несколько раз писала ему, но он не отвечал. Возможно, ему некогда, а возможно, нас раскусили, и теперь он больше не напишет.
Я тяжело вздохнула. Сегодня день плохих новостей.
Внезапно Татьяна приблизилась ко мне и порывисто сжала мои ладони. От неожиданности я чуть не вылила на нее свой чай.
— Вика, милая, помоги мне! — с мольбой в голосе и глазах произнесла она.
— Ч-чем? — пробормотала я, убрав от княжны чашку с чаем от греха подальше.
— Позволь обмениваться через тебя письмами с Димой, как ты обмениваешься с Никитой через Ирэн! Умоляю тебя! Я не смогу без общения с ним…
Я удивленно посмотрела на ее сестер.
— Батюшка с матушкой узнали об их романе и запретили им общаться, — вздохнула Мария.
— Им даже взглянуть друг на друга нельзя — везде за ними следят, — прошептала Анастасия, печально глядя на Татьяну.
— Прошу, Вика, — молила княжна. В ее красивых глаза стояли слезы.
Все знали об их романе, кроме меня. Я же только догадывалась, и никто не подтвердил моих догадок. Ни одна живая душа, ни один близкий мне человек. Все подтвердилось только сейчас, через разговор. Будто бы я не достойна всяких пояснений. Так с чего я должна помогать этим двоим?
— Конечно, я помогу, — кивнула я, вопреки своим мыслям. У нас с Татьяной были похожие ситуации, и мне было ее жаль. Обижалась я не на нее, а на брата.
Княжна расплылась в улыбке. Ее бледные щеки вдруг порозовели, она вытерла ладонью проступившие слезы, хохотнула и вернулась на свое место. Достала из ридикюля конверт и протянула мне.
Да у нее уже все готово!
С натянутой улыбкой я приняла письмо и убрала в свой ридикюль.
Вернувшись домой, я прождала брата до почти до рассвета. Волконские и слуги уже видели десятый сон, когда вернулся Дима. Уставший, грязный и помятый, он явно не был расположен к разговору, но я щадить его не стала.
— Привет, — произнесла, перегородив ему дорогу к спальне.
— Привет, — буркнул он, зевнув.
— Ты как волшебник Хаул, который возвращается под утро домой после тяжелых ночных рейдов, — вспомнила я героя из мультфильма «Ходячий замок».
Уставшее лицо Димы озарила легкая улыбка.
— Не спорю, я такой же красавчик, вот только не умею превращаться в птицу.
— И слава богу, потому что добром это не кончилось.
— Меня бы обязательно расколдовал поцелуй прекрасной девушки.
Мое настроение немного понизилось.
— Кстати об этом. — Я протянула брату письмо. — От твоей ненаглядной.
Брат взял письмо и удивленно воззрился на меня.
— Я давно уже знаю про вас с Татьяной. Вернее, я просто догадывалась, но Ирэн и княжны сегодня подтвердили мою догадку. Жаль, что о влюбленности своего брата я услышала от третьих лиц.
Я поджала губы и потупила взгляд, ожидая оправданий Димы, которые незамедлительно последовали:
— Прости, что не говорил. Сначала я полагал, что все это несерьезно, лишь легкое увлечение, а потом… Потом все стало так запутанно и сложно, что у меня просто не было времени поговорить с тобой.
— У тебя никогда нет времени поговорить, — с обидой заметила я.
— Просто я занят и…
— Просто я занят, — передразнила я брата.
— …спасаю страну.
— Спасаю страну.
— Что ты как попугай!
— Что ты как попугай!
— Вика! Тебе сколько лет?!