Рамина Латышева – Жемчужина Зорро (страница 50)
– Чай, кофе, мате?
– Чай, – выдавила Изабелла. – Горячий.
Через пятнадцать минут Изабелла, высушенная, согретая и переодевшаяся, цедила на кухне вожделенный напиток. Зорро там не было. Когда она, раздобыв у него очередную рубашку, облачившись в нее и приведя себя в более-менее пристойный вид, вошла в помещение, на столе стояла дымящаяся чашка. В зале хозяина дома не наблюдалось, звука каменной двери девушка также не слышала, поэтому она решила, что Зорро лег спать, ведь он, в отличие от нее, не отдыхал первую половину дня в компании книг и мягких кресел и вполне мог устать, учитывая, что уже было около двух часов ночи.
Мысль о книгах зародила в ее голове идею посетить библиотеку по дороге в спальню и почитать перед сном что-нибудь успокаивающее после столь неожиданного купания. К тому же было неизвестно, представится ли ей еще один шанс вернуться в этот дом и повнимательнее ознакомиться со всем объемом литературы, который здесь хранился. В прошлый раз она сразу обнаружила Мольера и, обрадованная неожиданной находкой, не удосужилась посмотреть, какие еще книги хранились на многочисленных полках. Сейчас у нее появилась возможность исправить этот промах.
Зайдя в обширное помещение, стены которого были полностью заставлены шкафами, Изабелла осмотрелась по сторонам и сразу же отметила, что все книги были расположены по группам в соответствии с языком издания. Каждому из этих языковых разделов было отведено определенное место. Побродив вдоль стеллажей минут пять и наткнувшись взглядом на английское название, девушка запрокинула голову и оказалась лицом к лицу с английской литературой, которая затем уступала место латыни. Здесь ее ждал следующий сюрприз: она обнаружила, что две или три полки были полностью заняты запрещенной несколько веков назад литературой, о которой в то время говорила вся Европа. И хотя эти книги давно перестали быть запрещенными, она все равно не имела возможности их прочитать, вынужденная слушать внушения своих наставников о том, что нужно жить не прошлым, а настоящим.
А сейчас перед ее глазами стояло не что иное, как труд Коперника "О вращении небесных сфер". Глаза Изабеллы загорелись лихорадочным блеском, когда она увидела год издания – 1543, – то есть один из самых первых экземпляров, напечатанных еще при жизни автора! Безусловно, она знала идею и концепцию книги, но не могла даже представить себе, что когда-нибудь сможет воочию увидеть оригинал. Латынь она знала не очень хорошо, однако мысль о том, что почти триста лет истории могли оказаться в ее руках, вытеснила из головы все сомнения.
Девушка в отчаянии топнула ногой – слишком высоко для нее. В помещении не было никакой скамеечки, допрыгнуть до полки ей тоже не удавалось, поэтому, охваченная трепетным благоговением, Изабелла без дальнейших раздумий рванула из библиотеки.
Она оказалась перед спальней Зорро через пару секунд и, не дождавшись ответа на свой стук, влетела внутрь. Дверь закрылась, и девушка оказалась в кромешной темноте.
– Зорро, – тихо позвала она, на ощупь приблизившись к кровати хозяина дома и наклонившись над одеялом.
Ответа не последовало.
– Зорро, – повторила она погромче и протянула руку.
Кровать была пуста.
Как же так? Он ведь никуда не мог уйти, она бы услышала это. Конечно, оставалась еще одна закрытая дверь, за которую она так и не смогла попасть, но внутреннее чутье подсказывало ей, что это, скорее всего, была комната слуги или, в крайнем случае, подсобное помещение. Тогда куда он мог исчезнуть? И еще в тот момент, когда он был так нужен.
Изабелла огорченно вздохнула и уже было развернулась обратно в сторону двери, как внезапно какая-то неведомая сила схватила ее за плечи и, в одно мгновение опрокинув на спину, прижала ее к кровати.
– Правило первое, – послышалась ледяная интонация. – Никогда не входи одна в темную комнату. Мало ли, что там может находиться.
Девушка судорожно выдохнула, осознав, что молодой человек ничего не собирался с ней делать.
– Зачем так пугать? – задыхаясь от пережитого ужаса, прошептала она.
– Чтобы лучше запомнилось, – тем же тоном пояснил Зорро, отпуская ее руки.
– С какой стати Вы собрались меня воспитывать?! – неуверенно огрызнулась Изабелла.
– Правило номер два, – стальные тиски вновь прижали ее к кровати. – Никогда не спорь с тем, кто сильнее тебя, если ты одна.
Девушка почувствовала сквозь шелковую рубашку мускулатуру его тела и сочла разумным больше не возникать. Зорро снова отпустил ее, и она поспешно сползла с кровати.
– Правило номер три, – раздалось у нее за спиной. Изабелла отскочила в сторону. – Всегда будь бдительна. Следи за тем, что происходит вокруг.
– Как Вы здесь оказались? – пролепетала девушка.
– Правило номер четыре. Никогда не задавай лишних вопросов. – Голос вновь растворился в темноте.
– Перестаньте, – затравленно огляделась по сторонам Изабелла, не представляя, откуда молодой человек мог появиться в следующий раз.
Она стояла на месте без движения, пытаясь сообразить, как можно было спрятаться в относительно небольшой комнате, в которой до каждого предмета она могла дотянуться рукой.
По спине пробежал неприятный холодок. В звенящей тишине было слышно ее учащенное дыхание, легкий шорох шелковой рубашки и даже едва уловимый звук пересыпавшихся по ее плечам волос. Но больше ничего. Изабелла не могла поверить, что кому-нибудь было под силу свободно перемещаться по комнате, не издавая при этом ни звука. Однако Зорро словно испарился.
Стало совсем не по себе. Она инстинктивно обхватила себя руками и медленно двинулась к двери.
– Зорро, – тихо позвала Изабелла.
Ответа не последовало. Девушка резко обернулась, но сзади тоже никого не было.
– Зорро, – дрогнувшим голосом повторила она, почувствовав, как по телу пробежала легкая дрожь. – Прекратите, слышите?
И вновь тишина.
– Пожалуйста, хватит, – Изабелла резко повернулась в сторону двери и, истошно завизжав, чуть не потеряла сознание.
Она попала прямо в его руки.
– Правило номер пять. Никогда не выходи на открытое пространство.
Девушка, судорожно дыша, недвижно повисла на его плече.
– И правило номер шесть. Не показывай, что тебе страшно.
Кого она выбрала себе в соперники? Зачем она устроила эту негласную борьбу? Его боялся даже дом губернатора, а она вздумала выступить против него в одиночку. Еще несколько недель назад более осторожного и вдумчивого человека, коим она являлась на протяжении жизни, сложно было найти. Куда же сейчас делись эти столь ценные качества? Что за опрометчивость? Что за безрассудство? Вспомнить хотя бы ее ночную вылазку в костюме Дымки…
Молодой человек молча открыл комнату и подтолкнул свою сожительницу к выходу. Изабелла зажмурилась от яркого света и на ощупь выбралась из страшного помещения. Она немного задержалась на пороге, привыкая к освещению, и уже было повернулась в сторону своей спальни, поспешив укрыться за спасительной дверью, как вдруг почувствовала на своей талии руку молодого человека и вынужденно обернулась. Перед ее глазами внезапно оказалась та самая книга, которая послужила причиной столь прикладного занятия по выживанию. Девушка широко распахнула глаза и перевела на хозяина дома потрясенный взгляд.
– Судя по звукам в коридоре, после кухни ты направилась в библиотеку выбрать себе книгу для чтения перед сном. Из всех наук наибольшей популярностью у тебя пользуется астрономия. Основная часть представленных в библиотеке книг достаточно распространена, чтобы ты их не читала. Очевидно, ты присмотрела себе что-то запрещенное. Насколько я понял, кроме английского, ты свободно владеешь французским и немецким, однако на этих языках интересующих тебя книг по астрономии нет. Следовательно, ты могла найти только издание на латыни. Единственной запрещенной книгой по астрономии, написанной на вышеупомянутом языке, является "О вращении небесных сфер". Дополнительным подтверждением твоего выбора именно этого издания служит его чрезвычайно неудобное для тебя расположение. В противном случае, тебе не пришлось бы врываться посреди ночи в закрытую и темную спальню постороннего мужчины.
– Спасибо, – ошеломленно выдавила Изабелла.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – прошептала девушка и, переняв негнущимися пальцами вожделенный объект, юркнула в отведенную ей обитель.
Вот так просто. Он объяснил ей ход своих мыслей без ее закономерных вопросов и намеков. Ей иногда начинало казаться, что он видит этот мир и его обитателей насквозь и что от него ничего нельзя скрыть и нельзя скрыться.
Изабелла ничком упала на кровать и закопалась в одеяло.
Он снова сделал это. Снова поиграл с ее сознанием: увлек в дебри наук, сразил ее глубиной своих знаний, выхватил из суровой реальности, заставил отвлечься от тяжелых мыслей и погрузил в ее родную культуру и язык, а затем в очередной раз устроил ей встряску столь неожиданным ночным купанием и представлением в спальне. И, надо отдать ему должное, изрядно ее этим утомил. Она испытала столько впечатлений за этот вечер, что сейчас у нее не было сил даже на то, чтобы думать.
Девушка закрыла глаза и уткнулась в подушку.
Эта земля меняла ее. Этот воздух, этот бескрайний океан, эта свобода. И